В 1941 году автор передал рукопись для хранения в архив Кабинета теории и истории Всесоюзной академии архитектуры, а в 1942 году погиб в блокадном Ленинграде во время артиллерийского обстрела. Издание рукописи по тем или иным причинам не случилось и после войны.
Рукопись была разделена автором на шесть глав. Текст описывает Щуко как крупнейшего советского архитектора, легко переходившего от неоклассики к конструктивизму, неординарного графика и яркого театрального художника, и в то же время является документом своей эпохи. Рукопись дополнена списками проектных и театрально-декоративных работ архитектора, автобиографией Владимира Щуко, а также воспоминаниями о нем архитектора Владимира Мунца, которые помогает создать объемный и правдоподобный образ зодчего. Издание снабжено предисловием и комментариями Ильи Печенкина и Ольги Шурыгиной.
С любезного разрешения издательства, публикуем фрагмент последней главы, посвященной кульминационной работе Владимира Щуко – проекту Дворца Советов.
Проект Дворца Советов в Москве. Вариант. 1933. Перспектива
В. А. Щуко, В. Г. Гельфрейх, А. П. Великанов и др.
Дворец Советов
…На четвертом туре (в закрытом конкурсе) 10 мая 1933 года был принят за основу проект Б. М. Иофана. 4 июня были приглашены для совместной работы с ним Щуко и Гельфрейх. Тогда же Совет строительства вынес постановление об увенчании здания скульптурой В. И. Ленина высотой от 50 до 70 м.
Лето и осень этого же года Щуко и Гельфрейх посвятили исканиям возможности увязать скульптуру со зданием по принятому основному проекту Дворца. Эти искания отразились в ряде вариантов, выполненных Щуко и Гельфрейхом с группой своих сотрудников, с одной стороны, и Б. М. Иофаном – с другой. В вариантах Щуко и Гельфрейха виден весь последовательный ход этих исканий. Они представляют соединение первого конкурсного проекта Щуко и Гельфрейха с утвержденным проектом Иофана, который, в свою очередь, в некоторых частях испытал влияние их первого конкурсного проекта.
Искания заключались прежде всего в том, чтобы из венчающей части здания в концепции утвержденного проекта Иофана создать пьедестал для крупнейшей фигуры. Это можно было сделать только двумя путями: или сдвинув фигуру на один из краев этой венчающей массы здания (мысль Иофана), или же поставив скульптуру в центре венчающей части (мысль Щуко и Гельфрейха). При последнем решении пришлось бы увеличить высоту сооружения и число цилиндрических объемов, суживающихся по мере их нарастания.
В первых вариантах нижний первоначальный ярус трактуется как барабан, а переходная часть к скульптуре – как уступчатый купол. Постепенно значение первого основного барабана начинает уменьшаться, а роль последующих уступов – соответственно, возрастать. Их этих вариантов создалась трехъярусная композиция круглых частей, сперва с преобладанием нижнего яруса, потом – довольно четкая композиция с преобладанием по высоте и объему второго яруса при значительной высоте третьего яруса и наименьшей высоте первого. При всех этих вариантах нижняя прямоугольная часть сохраняет примерно трехступенчатый характер.
В конечном результате искания авторов привели к выводу о необходимости повысить всё здание. Для того чтобы отойти от куполообразной формы, нужно было, конечно, значительно увеличить высоту. Тем самым здание приняло форму пьедестала.
Итогом этой работы явились шесть вариантов Щуко, Гельфрейха и их группы, которые были представлены в виде фото в Совет строительства. Последний одобрил круглый вариант № 1 и предложил продолжать дальнейшую его разработку со смягчением перехода от четвертого барабана к пятому.
Проверка силуэтов всех этих вариантов делалась не только путем построения перспектив, но и путем вмонтирования в фото, снятое с модели центральной части Москвы, масштабного макетного изображения Дворца Советов.
Принятый вариант № 1 во многом сходен с окончательной композицией. В верхней части он состоит из пяти уступов, которые возрастают по мере движения кверху; они обработаны вертикальными лопатками без антаблементов. Здесь уже введены диагональные пилоны, уступы которых в каждом ярусе увенчаны скульптурой так, как мы видим это в техническом проекте.
Последние два яруса представляют как бы башню, состоящую из нижнего очень высокого цилиндра и небольшой верхней части, служащей уже непосредственной опорой для фигуры. В прямоугольной нижней части главный вход решен также в прямоугольной форме.
В октябре и ноябре 1933 года была сделана перспектива и развитие квадратного в плане варианта. Вариант выглядел тоже очень строго, классично и лаконично. Нижние части Дворца очень близки к предыдущим вариантам. Верхние части дают очень уравновешенное соотношение прямоугольных объемов: в основном объеме три группы ярусов с постепенным умеренным нарастанием высоты кверху. Этот вариант был отклонен советом строительства.
В работе Щуко и Гельфрейха над вариантами в течение этого периода участвовали архитекторы П. В. Абросимов, А. П. Великанов, Л. М. Поляков, И. Е. Рожин, А. Ф. Хряков, Е. Н. Шухаева и Ю. В. Щуко.
В следующий период (ноябрь 1933 – февраль 1934) шла работа над архитектурным проектом Дворца Советов с центральным положением фигуры, совместно с Б. М. Иофаном. Эскизный проект был представлен в двух вариантах. Один вариант прямоуголен в плане, другой сохранял трапециевидную форму нижней части. Совет строительства постановлением от 19 февраля 1934 года утвердил прямоугольный вариант.
Прием этого варианта устанавливает окончательно основы образа Дворца Советов, и начинается длительный период искания тремя авторами – Гельфрейхом, Иофаном и Щуко – его силуэта, его деталей и всего характера его архитектуры.
Среди вариантов этого этапа нужно особо отметить варианты с винтообразным решением. Во втором снизу круглом ярусе делаются симметричные наклонные пандусы, которые потом переходят в односторонний пандус, идущий до самого верха. Это сообщает всей верхней части чрезвычайную динамичность.
После этого следуют варианты, сделанные в мастерской по заданию авторов во время поездки Щуко, Гельфрейха и Иофана за границу в сентябре – декабре 1934 года. Среди них особого внимания заслуживает вариант № 3, который дает некоторые новые мотивы в смысле переходов от прямоугольной части к круглой. Здесь введены раскреповки от прямоугольной части к круглой, а также – раскреповки в верхнем прямоугольном ярусе и постановка над ним сначала восьмиугольной части, а затем круглой.
Период января – августа 1935 года был посвящен ряду вариантов различных объемных решений и проработке планировки.
Под влиянием впечатлений, полученных в США, Щуко предложил ряд вариантов, названных сотрудниками американскими. Они по существу являются попыткой провести квадратную схему целиком через все ярусы. В трактовке последних двух ярусов видна та простота масс, которая свойственна новейшим американским небоскребам. Проект представляет любопытное и притом очень цельное сочетание классически решенной нижней части, как бы объединяющей принципы Древнего Востока, Эллады и Рима, с современно трактованными верхними, венчающими частями сооружения. Верхний ярус оставлен совсем гладким, что дает тактичный переход от сильной стилистики архитектуры к реализму венчающей фигуры. Этот проект не получил одобрения совета строительства, который, отклоняя его, указал на необходимость разработки круглого, уже утвержденного варианта.
Кроме «американских», за этот период был составлен ряд других вариантов, в которых можно отметить два основных направления. Одна серия вариантов создает постепенный переход с помощью большого количества ярусов, которые внизу, за исключением самого первого над стилобатом, очень низки и постепенно переходят в верхние ярусы, имеющие преобладающие размеры по высоте. Контур этого перехода в силуэте напоминает профиль Эйфелевой башни, но в массивных пропорциях.
Другая серия вариантов приближается к конусу, причем число ярусов становится меньше и они крупнее. Предпоследний, самый высокий ярус получает сильное развитие. Некоторые из этих последних вариантов переходят уже в грузность, сооружение становится тяжелым. Все эти варианты, в которых делается еще раз проверка качества силуэта, не получили развития.
Во всей дальнейшей работе над образом здания (восьмой этап) разрабатывается идея вариантов № 1 и № 7 пятого этапа. В результате этого в январе – феврале 1936 года был создан второй архитектурный проект. Он исполнен в двух вариантах фасада: с шестью и с пятью барабанами. Проект был представлен в совет строительства, который утвердил вариант с пятью барабанами.
После принятия архитектурного проекта был объявлен конкурс на скульптуру Ленина, увенчивающую Дворец, размер которой тогда определен был уже в 100 м (в результате конкурса, как известно, был выбран проект скульптора С. Д. Меркурова). Это привело к перифразе архитектурного проекта в новый, измененный, где при сохранении прежней общей высоты Дворца, считая и скульптуру, высота последней была увеличена за счет уменьшения высоты самого здания.
Первый ярус прямоугольного основания над стилобатом в фасаде, обращенном к Кремлю, трактуется в большинстве вариантов всех этапов в виде боковых вынесенных вперед крыльев. В последующих проектах всё время идут поиски формы главного входа: в одних она прямоугольная, в других – полукруглая. Окончательный эскизный проект решает вход в прямоугольной форме, которая сохраняется и в техническом проекте.
Вариант, выполненный в марте – июне 1937 года (архитектурно-технический проект), закрепил уже установившийся образ. Основными частями всего комплекса Дворца Советов остаются: общее основание площади на уровне второго яруса набережной, стилобат с пандусами и широкой лестницей главного фасада и три прямоугольных яруса, из которых главным является первый. Из пяти ярусов круглой части первые четыре возрастают по высоте, образуя в профиле плавную, изогнутую общую линию уступов. Композиция заканчивается верхним небольшим ярусом, являющимся опорой для самой статуи.
К этому времени проект уже получает вполне выраженную архитектонику и стилистический характер. Все здание приняло в общем целостный характер, тяготеющий к новаторству.
В дальнейшем, как известно, проект в основном не изменялся и было приступлено к его осуществлению, т. е. были положены рамки всяким возможным вариантам в отношении архитектоники. Эти рамки становятся всё более и более тесными по мере того, как здание осуществляется.
Внешняя композиция здания в целом закончена, и главные творческие усилия теперь направляются на решение интерьеров. Щуко принял участие в руководстве проектированием первых главнейших интерьеров: главного зала, частично – малого зала и фойе. Эти работы проводились отдельными бригадами во главе с Хряковым по главному залу, с Ю. В. Щуко по малому залу и с [А. И.] Баранским, Рожиным и Поляковым по фойе.
Главный зал представляет труднейшую, не имеющую в истории архитектуры прецедентов задачу решения интерьера такой площади и высоты. В основном его концепция представляет ротонду, в которой огромный сферический купол опирается на цилиндрическое основание, образуемое тридцатью двумя пилонами. Система пилонов вместо колонн является конструктивной предпосылкой, которая придала залу основной современный тон. Эти пилоны отражают в своей форме движение от кулуаров к большому залу, к центру, они динамичны. То же самое устремление чувствуется и в сильнейшем художественно-декоративном идеологическом моменте – огромном пьедестале, поддерживающем выразительную многофигурную группу во главе с Лениным. В декорации нижней опорной части проскальзывают едва заметные напоминания классики, которые как бы сдерживают сильную динамичность.
Над поясом антаблемента, объединяющим пилоны, поднимается колоссальный купол, очень смело решенный без украшений и покрытый каннелюрами, которые разбиты на пояса. Это облегчает купол и вместе с тем сообщает его поверхности как бы вибрацию, которая должна быть еще усилена искусственными световыми эффектами.
В целом зал чрезвычайно прост и должен производить своей ясной формой грандиозное впечатление. Но огромная величина его поверхности позволяет всё-таки поставить вопрос: достаточна ли такая чрезвычайная простота при почти полном отсутствии деталей, чтобы зал получил необходимое архитектурное насыщение, чтобы он стал материальным? На чертеже при небольшом масштабе получается одно впечатление; в натуре, при громадных поверхностях, зал может показаться лишенным достаточного формального содержания.
Малый зал имеет полуциркульную форму. Общий тон его архитектуры по тогдашнему эскизу тоже очень сдержанный, но по форме плана несколько ближе к античному характеру. Кривые части амфитеатра очень кстати должны быть украшены скульптурами на пьедесталах. Однако так же, как и в пьедестале группы Ленина в главном зале, в малом элементы декорации не совсем учитывают масштаб и силу, необходимые для внутренних помещений: эти скульптуры на пьедесталах будут выглядеть как бы монументами с городской площади.
Архитектура смежных зал являлась наиболее разработанной частью интерьеров ко времени созыва пленума Союза архитекторов, посвященного строительству Дворца Советов, в июле 1939 года. Парадное решение помещений, которые непосредственно соединяются с кулуарами и главным залом, представляет собою сложную проблему. Здесь надо дать интерьер, который был бы достаточно самостоятельным и вместе с тем учитывал бы то, что он непосредственно переливается в соседнее пространство.
Вся стилистическая характеристика этих интерьеров, при общей благородной основе, представляла на тот момент еще некоторую борьбу между современными устремлениями и приемами классической архитектуры.
Решение интерьера главного зала уже при жизни Щуко было доведено до такой законченности, что он прорабатывался в дальнейшем только в деталях. К сожалению, проектирование всех остальных интерьеров в это время было только в зачатке, и Щуко не привелось углубиться в эту работу, о которой он так мечтал. Его идеи, его приемы в известной степени продолжают развиваться и могут плодотворно отразиться и в дальнейшей работе над Дворцом Советов. Определение этих путей не входит в план и возможности настоящей работы.
