Архитектура без излишеств. Эксод

Публикуем фрагмент из книги партнера OMA Рейнира де Граафа «Четыре стены и крыша. Сложная природа простой профессии», которую автор представит лично на Moscow Urban Forum.

mainImg
0 В рамках издательской программы МУФ в этом году выходит две книги. Одна из них – «Четыре стены и крыша. Сложная природа простой профессии» Рейнира де Граафа. Это сборник статей, в котором представлены мысли автора о профессии архитектора в 21 веке и его собственный, порой трагикомичный опыт в этой сфере.

Презентация, после которой можно будет выпить кофе с архитектором, состоится 6 июля. Также Рейнир де Грааф выступит в рамках деловой программы форума. А пока, с любезного разрешения Moscow Urban Forum, публикуем фрагмент одной из глав книги.
© Moscow Urban Forum

Часть Default by Design /Дизайн по умолчанию, раздел Architekture ohne Eigenschaften /Архитектура без излишеств, параграф Exodus /Эксод

Восточногерманская программа жилой застройки должна была решить проблемы с жильем к 1990 году. Что по большей части и было сделано. По иронии судьбы наиболее впечатляющее достижение ГДР – решение жилищного кризиса – совпало по времени с ее исчезновением как страны. Если бы Восточная Германия сохранилась по итогу событий 1989-1990 годов, большая часть ее населения жила бы сейчас в районах с полностью типовой застройкой, где все следы истории и традиций стерты. Однако этому не суждено было произойти.

После 1989 года началась глобальное переселение из массовой застройки Восточной Германии. С 15,3 миллионов человек в 1990 году население Восточной Германии сокращается до 12,5 миллионов. Страна, которая совсем недавно страдала от дефицита жилья, теперь страдает от его переизбытка. Страшилка восточногерманской прессы о жилых микрорайонах, неотвратимо приходящих в упадок, начинает сбываться. Те, кто может себе позволить, переезжают либо в заново обретенный центр Берлина, либо в расцветающие пригороды, кажется, возникшие за ночь на зеленых лугах Бранденбурга.

Тем временем выясняется, что тотальный снос восточногерманских жилых кварталов сборного типа, к которому призывают некоторые политики, неосуществим. Вместо этого был выбран более гибкий подход Rückbau – контролируемое обрушение. Этот вид сноса, также называемый Normalisierung, «нормализация», призван превратить бывшие территории панельной застройки в нормальные спальные районы, которые, предположительно, будут воплощать собой более гуманную – а может быть даже идеальную! – модель пригорода. Normalisierung был попыткой разрешить сразу две задачи: создать фешенебельное жилое пространство и сократить ставший ненужным жилой фонд.

Подход Rückbau базировался на сокращении 11-этажных сооружений до 3-4-этажных. Эти «более приветливые» дома должны были располагаться по рядной схеме с отдельными входами для каждой квартиры или дуплексами на нижних этажах. Получившиеся здания изолировали пенополистироловыми панелями и покрывали штукатуркой свежих пастельных тонов. Панельные дома северной и восточной частей Марцана – самых окраин – первые на очереди. Некоторые многоэтажки исчезли полностью, а вместо них появились парки и игровые площадки. Теперь градостроительство не созидало, а разрушало.

В ходе Normalisierung с 2002 по 2007 год Марцан потерял 4 500 из 58 500 единиц жилья. Процесс прекратился только тогда, когда с притоком зажиточных западных немцев и состоятельных иностранцев в центр Берлина те, кто победнее, были вытеснены к окраинам. Вкупе с волной иммигрантов из Восточной Европы, привыкших к панельному жилью, эта тенденция в середине 2010-х стабилизировала долю незанятого жилья на уровне 3%. Это было приемлемо для рынка, а значит и для политиков.

Забавно, что процесс Normalisierung, сколько бы он не отторгал изначальную идеологию системы, которую призван был «нормализовать», неизбежно основывался на характерных свойствах этой системы. Типовое производство, будучи инструментом быстрого строительства, ускоряет и снос – оказалось, что здания, которые легко собираются, и разбирать легко. Построенные панель к панели, они так и обрушаются «попанельно». Градостроительство, в основе которого лежат радиусы и высоты стандартных строительных кранов, как бы само приводит к такому быстрому и хирургически точному сносу. Строительный мусор после сноса выглядит удивительно упорядоченным – он состоит из тех же фрагментов, что использовались при строительстве. Площадки после сноса похожи на строительные десятью годами ранее, нет только заводов.

Отходы (если их можно так назвать) используются повторно для постройки других зданий, которые противоречат самой задумке Plattenbau – домов на одну семью или даже дач.

Двускатная крыша да слой штукатурки – вот и все, что нужно, чтобы стереть память об оригинале. Как отражение былых дней, когда Строительная Академия ГДР одержимо исследовала и пропагандировала достоинства урбанизации и многоэтажных панельных зданий, Технический Университет Бранденбурга теперь заявляет с аналогичным энтузиазмом о плюсах малоэтажной жилой застройки с низкой плотностью заселения, созданных из бывших в употреблении бетонных панелей.

Как когда-то панельная технология Восточной Германии гордо экспортировалась в дружественные социалистические страны, так и сейчас разобранные панели и списанные материалы обреченного государства находят аналогичное применение: их отправляют не только в соседние Чехию и Польшу, но и гораздо дальше. Начиная с 2005 года время от времени из портов на балтийском побережье Германии выходят корабли, полные фасадных панелей, собранных после сноса восточногерманских зданий. Они направляются в Санкт-Петербург и будут использованы при строительстве новых микрорайонов.

Благодаря превосходному качеству панелей, несмотря на то, что они уже были в употреблении, эти кварталы выглядят так, словно построены из совершенно новых элементов. Не устаревающие бетонные панели системы WBS 70 оказались значительно прочнее политической системы, породившей их. Теперь в условиях рыночной экономики они выступают в роли практически полностью возобновляемого ресурса.

Марцан как крупнейший в истории Европы район массовой типовой застройки являет собой демонстрацию возможностей единой индустриальной системы тотального централизованного планирования. Огромный жилой массив Марцана стал результатом долгой эволюции, начавшейся предположительно в 1955 году с постановления 5-го съезда СЕПГ о тщательном следовании директивам Хрущева в вопросах индустриализации. Однако это не отражает всей сути. Корнями эта революция уходит еще дальше, в те времена, когда еще не было ГДР, и даже, наверное, когда в России коммунистический режим еще не пришел к власти. Блага индустриализации давно занимали мысли как левых, так и правых политиков, будучи в центре идей Генри Форда в не меньшей мере, чем Ленина. (Вспомните «Коммунизм есть советская власть плюс электрификация всей страны».) После футуристического манифеста 1909 года, прославившего насилие и технику, индустриализация заняла прочное место в идеях авангардных творцов, а разразившаяся пять лет спустя Первая мировая война недвусмысленно обнажила ее деструктивный потенциал. Индустриализация доказала, что ее можно использовать как во благо, так и во зло, и поэтому она становилась все более политизированной. Индустриализация стала главным принципом направления баухаус и в его рамках была развита и разработана до почти мистического уровня. В 1924 году прозвучала знаменитая фраза Миса ван дер Роэ: «В индустриализации строительства я вижу ключевую проблему нашего времени. Если нам удастся продержаться до конца индустриализации, тогда все социальные, экономические, технические и художественные вопросы будут с легкостью решены».

В Марцане Мис получил то, о чем просил. Однако, ставя силу промышленности выше умений специалиста, он сделал архитектора как специалиста ненужным. Что сторонники модернизма не смогли понять, так это то, насколько фундаментально антимодернистской была их профессия, даже в контексте их собственного нарратива: их увлеченность промышленным прогрессом могла и неминуемо вела к собственной профессиональной гибели. Апогей современной архитектуры – это вовсе не герой-архитектор современности, а неизбежное исчезновение архитектора как творца. Стоит задуматься вот о чем: является ли это исчезновение случайным побочным продуктом действия сил, неподвластных архитектору, или это миг наивысшего преднамеренного тщеславия, желание современного поколения быть последним?

Если история современной архитектуры со своими стремлениями изменить мир для всех – это разворачивающаяся древнегреческая трагедия, то сорок лет архитектуры ГДР – это deus ex machina: внезапное вмешательство нового фактора, который приводит к внезапной развязке ранее неразрешимой ситуации. Разрешение ситуации имеет свою цену. Если современная архитектура желает выполнить свои обещания, современный архитектор должен покинуть сцену. В подлинно трагической манере последний акт античной трагедии – эксод – завершается смертью главного героя.

Но насколько трагично такое развитие событий? Ценность каждого изобретения в том, к исчезновению чего оно прилагает руку, в каких трудоемких и сложных процессах отпадает необходимость. Кто бы что не думал об автоматизированной архитектуре ГДР, она ликвидировала целый строй болезненных импровизаций и сомнительных дизайнерских решений. (Каждый архитектор, читающий это, знает, о чем я, но мало кто сможет это признать.) Архитектура теперь стала не вопросом личного таланта (а значит, не уникальным достоянием немногих счастливчиков, наделенных этим даром), а вопросом savoir-faire – опыта и мастерства, тем, что можно приобрести, а не унаследовать. Вы растете, изучая то, что другие изобрели до вас, например, индустриальные процессы и типологические варианты. Архитектура становится тем, чему можно обучиться. Если раньше архитекторы затруднялись ответить, чем является архитектура – искусством или наукой, то в ГДР, кажется, смогли дать исчерпывающий ответ. В 2014 году на Венецианской архитектурной биеннале было заявлено о желании оставить идею о современном архитекторе (по крайней мене на время биеннале) и поставить в центр базовые элементы архитектуры и их эволюцию. Архитектуру, а не архитекторов. Восточная Германия шагнула еще дальше, полностью исключив необходимость архитектора как главного строителя и превратив всю страну в огромную выставку того, чего можно добиться в его отсутствие.

С этой точки зрения Марцан становится чем-то невероятно раскрепощающим. Его безликие здания, в которых не ощущается присутствие автора, воспринимаются как желанная смена буйной бессмысленности большей части современной архитектуры. Во многих смыслах это распространяется на всю Восточную Германию. Непрерывный ряд анонимных кодированных систем строительства похож на рентген, обнажающий подлинный прогресс: ряд настоящих изобретений, противостоящий параду стилей и мод. Все мысли о стиле и вкусе, как буржуазный инструмент сохранения классового неравенства, могут быть забыты. Устранение архитектора, пособника буржуазии, подобно избавлению от последнего препятствия, мешающего прийти к утопическому бесклассовому обществу.
 
***

Урбанистический фестиваль MoscowUrban FEST, в рамках которого запланирована презентация этой книги, пройдет 4-7 июля в Зарядье. Горожан ждут более ста открытых образовательных и культурных мероприятий. В 2019 году тема фестиваля звучит как «Город/Внимание/Умвельт». Организаторы фестиваля акцентируют внимание горожан на том, почему мы все так по-разному видим нашу многогранную столицу. Программа разделена на три тематических блока «Почувствуй», «Осознай», «Посмотри иначе». Каждый день фестиваль будет радовать москвичей выступлениями ключевых экспертов в мире урбанистики, перформативными выступлениями Community STAGE, энергичными тренировками от FITMOST, премьерными кинопоказами под открытым небом от Beat Films, обширной детской программой, йогой на парящем мосту, финалом специального проекта MoscowUrban FEST «Театр Москвичей». Также в программе лекции, дебаты, концерты, мастер-классы и многое другое. Подробнее ознакомиться с программой можно на сайте.
 

19 Июня 2019

Похожие статьи
Не серый, а цветной
Итогом последней проектно-исследовательской лаборатории, которую с 2018 года проводит петербургский офис международного архитектурного бюро MLA+, стала книга, посвященная серому поясу Петербурга. Ранее студенты и профессионалы раскрывали потенциал водных и зеленых территорий города.
Теория руины
Публикуем фрагмент из книги Виктора Вахштайна «Воображая город. Введение в теорию концептуализации», в котором автор с помощью Георга Зиммеля определяет руины через «договор» между материалом и архитектором.
Дворец Советов
В издательстве «Коло» вышла монография о Владимире Щуко, написанная еще в середине прошлого века. Публикуем фрагмент, посвященный главному проекту архитектора.
Инструменты природы
Публикуем фрагмент из книги архитектурного критика Сары Голдхаген, в котором исследуется возможность преодолеть усыпляющее воздействие городской среды, используя переменчивость природы.
Выставки больших надежд
В Strelka Press выпущено русскоязычное издание книги Ника Монтфорта «Будущее. Принципы и практики созидания». Публикуем отрывок о Всемирных выставках в Нью-Йорке 1939/40 и 1964 годов, где экспозиция General Motors «Футурама» представляла эффектную картину ближайшего будущего.
Из агоры в хаб
Публикуем фрагмент из книги «Музей: архитектурная история», посвященный современным формам институции: музей как агломерация, хаб, фабрика или проун.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
Теоретик небоскреба
В Strelka Press выпущено второе издание книги Рема Колхаса «Нью-Йорк вне себя». Впервые на русском языке она вышла в этом издательстве в 2013. Публикуем отрывок о «визуализаторе» Манхэттена 1920-х Хью Феррисе, более влиятельном, чем его заказчики-архитекторы.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Ваши бревна пахнут ладаном
По любезному разрешению издательства Garage публикуем две главы из книги Николая Малинина «Современный русский деревянный дом»: главу о девяностых и резюме типологии современного деревянного частного дома.
«Не просто панельки»
Публикуем фрагмент книги Марии Мельниковой «Не просто панельки: немецкий опыт работы с районами массовой жилой застройки» о программах санации многоквартирных зданий в Германии и странах Прибалтики, их финансовых и технических аспектах, потенциальной пользе этого опыта для России.
Уолт Дисней, Альдо Росси и другие
В издательстве Strelka Press вышла книга Деяна Суджича «Язык города», посвященная силам и обстоятельствам, делающим город городом. Публикуем фрагмент о градостроительной деятельности Уолта Диснея и его корпорации.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Press в рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Памятник архитектуры
Публикуем главу из книги Григория Ревзина «Как устроен город». Современное отношение к памятникам архитектуры автор рассматривает в контексте поклонения мощам, смерти Бога и храмового значения парковой руины.
Башни и коробки. Краткая история массового жилья
Публикуем фрагмент из новой книги Strelka Press «Башни и коробки. Краткая история массового жилья» Флориана Урбана о том, как в 1960-е западногерманская пресса создавала негативный образ новых жилых массивов ФРГ и модернизма в целом.
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Предсказатели урбоскопа
Дайджест скайп-лекции известного социолога Ричарда Сеннета и выступления политолога Екатерины Шульман на тему города в рамках Мосурбанфорума.
Технологии и материалы
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Клуб SURF BROTHERS. Масштаб света и цвета
При создании концепции освещения в первую очередь нужно задаться некой идеей, которая будет проходить через весь проект. Для Surf Brothers смело можно сформулировать девиз «Море света и цвета».
Сейчас на главной
Зодчество: пять событий
Уже в среду в Гостином дворе стартует юбилейное, тридцатое «Зодчество». Рассказываем о том, что в этом году будет на фестивале.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
Глядя в небо
В Саратове названы победители фестиваля короткометражных любительских роликов, посвященных архитектуре. Фильм, приглянувшийся редакции, занял 1 место. Размышляем о типологии, объясняем выбор, «показываем кино».
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.
Архивуд–13: Троянский конь
Вручена тринадцатая по счету подборка дипломов премии АрхиWOOD. Главный приз – очень предсказуемый – парку Веретьево, а кто ж его не наградит. Зато спецприз достался Троянскому коню, и это свежее слово.
Судьбы агломерации
Летняя практика Института Генплана была посвящена Новой Москве. Всего получилось 4 проекта с совершенно разной оптикой: от масштаба агломерации до вполне конкретных предложений, которые можно было, обдумав, и реализовать. Рассказываем обо всех.
Твой морепродукт
Пожалуй, первая в истории Архи.ру публикация, в которой есть слово «сексуальный»: яркий и чувственный интерьер для рыбного ресторана без прямых линий и прямолинейных намеков.
Каньон для городской жизни
В Амстердаме открылся комплекс Valley по проекту MVRDV: архитекторы соединили офисы, жилье, развлекательные заведения и даже «инкубатор» для исследователей с многоуровневым зеленым общественным пространством.
Интерьер как пейзаж
Работая над пространствами отеля в Светлогорске, мастерская Олеси Левкович стремилась дополнить впечатления, полученные гостями от природы побережья Балтийского моря.
Законченный образ
Каркасный дом с тремя спальнями и террасой, для которого архитекторы продумали не только технологию строительства, но и обстановку – вся мебель и предметы быта также созданы мастерской Delo.
Маяк на сопке
Смотровая площадка, построенная в рамках проекта «Мой залив», дает жителям Мурманска возможность насладиться природой родного края, поймать северное солнце или укрыться от непогоды.
Рыбий мост
Пешеходный и велосипедный мост в пригороде Сиднея по проекту Sam Crawford Architects вдохновлен местной фауной и традициями аборигенов.
КОД: «В удаленных городах, не секрет, дефицит кадров»
О пользе синего, визуальном хаосе и общих и специальных проблемах среды российских городов: говорим с авторами Дизайн-кода арктических поселений Ксенией Деевой, Анастасией Конаревой и Ириной Красноперовой, участниками вебинара Яндекс Кью, который пройдет 17 сентября.
Здесь будет город-сад
Институт Генплана работает над проектом-исследованием территории площадью больше тысячи га в районе Вороново. Результат сравним с идеальным городом, причем идеи «города-сада» и компактной урбанизированной, но малоэтажной застройки с красными линиями, улицами, площадями пешеходной доступностью функций он совмещает в равных пропорциях.
Логика жизни
Световая инсталляция, установленная Андреем Перличем в атриуме башен «Федерации», балансирует на грани между математическим порядком построения и многообразием вариантов восприятия в ракурсах.
«Отшлифованный образ»
Завод по переработке овса по проекту бюро IDOM стоит среди живописного пейзажа Наварры и потому получил «отполированный» облик, не нарушающий окружение.
Избушка волонтера
Микродом, придуманный бюро Архдвор для людей, готовых совмещать путешествия с участием в восстановлении заброшенных деревень и памятников архитектуры. Первые Izbushk′и установлены в деревне Астошово и уже принимают гостей.
Магистры и бакалавры Академии Глазунова 2022: кафедра...
Публикуем дипломы архитектурного факультета Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова. Это проекты реставрации и приспособления Спасо-Вифанской семинарии в Сергиевом Посаде, суконной фабрики в Павловской слободе, завода «Кристалл» в Калуге и мануфактуры Зиминых в Орехово-Зуево.
Зеленые углы
Офисная башня NION во Франкфурте по проекту UNStudio станет одним из самых экологичных зданий Германии.
Алексей Курков: «Суть навигации – в диалоге с пространством...
Одна из специализаций бюро «Народный архитектор» – навигационные системы в общественных пространствах. Алексей Курков рассказал о том, почему это направление – серьезная архитектурная задача, решение которой позволяет не только сделать место понятным и комфортным, но и сохранить его память или добавить новую ценность.
Культура каменной кладки
Словацкое бюро BEEF Architekti попробовало переосмыслить типологию классической средиземноморской виллы, основываясь на исторических строительных технологиях и традиционных материалах.