Осколки реальности

В ЦДА открылся двадцатый фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем претендующих на главную премию для московских архитекторов.

Автор текста:
Юлия Тарабарина

15 Апреля 2017

Репортаж

Архитектура

Событие:
Золотое сечение 2017. Смотр-конкурс 20.04.2017 / премия

Золотое сечение 2017 13.04.2017 – 26.04.2017 / фестиваль

Архитектор:

Петр Васильев

Мастерская:

БАДР5

Проекты:
ЖК “ReForm”
TIMZ.MOSCOW
БАДР5
Петр Васильев
Сергей Мичурин
2016
Москва

Здание компании «Краснодарская Межрегиональная Негосударственная Экспертиза»
АБ «А-ГА»
АТОМ ^га
Рустам Керимов
2016
Краснодар

Выставка номинантов на премию «Золотое сечение» 2017 года расположилась на третьем этаже ЦДА. Раньше ее размещали в коридоре второго, но потом Григорий Ревзин написал статью «Миллиарды в коридорах» – он был не вполне прав, миллиарды-то достаются в основном не архитекторам, но выставку перенесли наверх, в большой светлый зал. Примерно тогда же «Сечение» превратилось из премии в фестиваль с множеством дискуссий. В этом году куратор фестиваля – Никита Асадов, тема «Пространство качества» (у фестиваля Зодчество осенью будет тема «Качество»); в день открытия обсуждали качество принятия градостроительных решений.

zooming — Золотое сечение 2017. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

На сей раз премия собрала 138 проектов, в предыдущий раз, в 2015 было 188, теперь получилось примерно на треть меньше, и между планшетами, размещенными на прежней металлической конструкции, образовались некоторые цезуры. Впрочем ничего удивительного в этом нет: пожалуй только в первые годы существования «Золотого сечения», да и может быть, пару раз в 2000-е срез был и впрямь представительным в своей полноте. В данном случае мы видим на выставке вовсе не всех – скорее очень разных представителей очень разных направлений, а может быть даже слоев современной московской архитектуры, понемногу. Те, кто получил прошедшей осенью высшие награды всероссийского Зодчества, на всемосковской премии не показались, видимо не желая повторяться. Но перечислять отсутствующих слишком апофатично, рассмотрим присутствующих.

Из построенного сразу обращают на себя внимание два жилых комплекса: «Литератор» Алексея Медведева / СКиП на улице Льва Толстого, апарт-комплекс Re-Form бюро БАДР5 рядом с Преображенской площадью. Кредо этих домов понятно: кирпич, не слишком большая этажность, образность, раскрывающая тему «центр города или то, что стремится им быть». Дома эти как правило дорогие, но приятные даже для прохожего: они формируют тот самый комфортный город, о котором сейчас так много говорят. И то самое качественное городское пространство, которому посвящен фестиваль. Характерно, что на всю выставку их всего два: построено и спроектировано их больше, но не намного. Такие дома – элитная косточка, вишенка на торте; но уж очень они вишенка, очень их немного и очень они дороги.

ЖК «Астра» Антона Барклянского в Перми уже несколько перерастает масштаб, недаром его двор превратился в стеклянное ущелье, но все еще находится в рамках центрально-городской типологии.
В общем-то ясно, что главная тенденция и главной вопрос архитектуры современного жилья это вопрос масштаба. В последние годы она страшно перерастает сама себя, прямо выходит из берегов, – хотя конечно же, это проблема не архитектуры, а девелопмента, вопрос же к архитектору один: оформлять – не оформлять. Недаром куратор Никита Асадов в своем манифесте сказал вот так: «…смогут ли архитекторы стать драйвером этого процесса и предложить свою методологию, либо продолжат исполнять чужую волю, зависит прежде всего от профессионального сообщества» – звучит гордо, но по мне так больше похоже на риторический вопрос: «смогут ли?» – пока не очень могут. Но сложно упрекать их в этом, просто-таки невозможно. Представим себе забастовку архитекторов. Получается?

Из большого масштаба обращает на себя внимание «градостроительный комплекс» ПИК на Варшавском шоссе, 141. Бывают намного больше, тут 13-этажное каре, я бы назвала его квартало-мирорайоном, и 25-этажные башни; для Москвы даже умеренно, и все же большой, очень большой. Но хорошо оформлен buromoscow, привычными к масштабу московских строек. Или вот еще в том же масштабе, но уже не постройки, а проекты: градкомплекс в Нагатинской пойме бюро Юрия Виссарионова, с овальными башнями и дугообразными домами. Лидер жанра среди проектов – наверное, первая очередь ЖК «Символ» Веры Бутко и Антона Надточего, часть комплекса, строящаяся уже сейчас на месте завода «Серп и молот» – прежде всего благодаря его реальности в нем архитектуры гнутых форм. ПТУ от ГлавАПУ на соседнем планшете выглядит по сравнению с ним прямо-таки облаком.

А вот еще пример масштаба, тут целая тема: Моспроект-4 показывает проекты домов для переселения из ветхого жилфонда. Заказчик – ОАО «УЭЗ», КП УГС. Они вовсю уже строятся и имеют адреса, но не они ли предназначены в том числе для замены московским пятиэтажкам? Хотя надо думать, все сложнее. Но это какой-то очень частный пример, неизвестно как просочившийся. Авторы километровых многоэтажных застроек, в изобилии показавшиеся на выставке 2015 года, теперь попрятались, надо думать, внутрь Мосинжпроекта и других крупных структур. Вообще наступило время секретной осторожности. Все чаще слышишь, что заказчики запретили-закрыли-велели-снять-с-сайта какой-либо проект, а то и несколько. Лет пять назад мы получили от застройщика письмо: снимите проект с сайта, компания сейчас не заинтересована в его пиаре; а проект на архсовете рассматривали, на публичном мероприятии. Теперь, кажется, распространение информации все чаще удается пресечь заранее. Но не всегда, пока не всегда. Возвращаясь к масштабу, то же ГлавАПУ, одна из редких организаций тех еще времен, которая на сей выставилась достаточно изобильно, показывает низкоэтажные районы; впрочем, это не проекты даже, а предпроектные исследования. Таких «баз» для будущей разработки территории сейчас все больше.

Заметно, что масштаб «новых урбанистов» возможен в дальних пригородах и вообще подальше от Москвы. Тут процветают проекты трех- пятиэтажных районов-городов. Арсений Леонович показывает конкурсный проект «Сны города» для местности близ деревни Палкино на границе Твери – 3-7 этажей, чистый красивый проект, жалко, что конкурсный. В принципе, и «Символ», если все получится и туда будут пускать посторонних, и такой вот поселок – будут качественным городским пространством, только создается оно «с нуля» и пока не так много реализованных примеров, именно с пространством целиком.

Отдельная тема «Сечения» как этого, так и предыдущего раза – транспорт. В прошлый раз метро было ох как много, на этот раз меньше, зато интересней: три станции «салатовой» Люблинско-Дмитровской линии: Бутырская, Фонвизинская, Петровско-Разумовская. Они глубокого залегания и решены классично, в духе «Серпуховской» Леонида Павлова (1950), с подчеркиванием тоннельного скругления в контурах опор; впрочем и не без иронии – особенно хороши пляшущие столбы на «Бутырской». Второй крупный транспортный проект – 23 прагматически-лаконичных наземных терминала МЦК Тимура Башкаева (Моспроект-3).

Спорт. Достроен большой, 147 200 м², стадион «Арена ЦСКА» на 3-й Песчаной улице, проектировать который «Моспроект-4» начал в 2007 году; он и выглядит пришельцем из того времени, хотя одновременно напоминает об олимпиаде: большой квадрат, углы которого приподняты, намекая на «ленту Мёбиуса», кажется подставкой к башне-факелу.

Офисов сейчас строят мало – это общеизвестно, но зато то, что получается, бывает довольно любопытным. Рустаму Керимову удалось соорудить в Краснодаре небольшую штаб-квартиру компании, занятой, по словам архитекторов, инновационными исследованиями городской среды. В связи с этим на перфорированную сетку фасада нанесен план квартальной сетки города, которая блестит днем и светится по ночам, дополненная вставками окон молочного стекла.

Другой симпатичный офис – совместный проект бюро «Четвёртое измерение» и Оскара Мамлеева для Нагатинской улицы в Москве, покрыт регулярной рябью стеклянных каннелюр.

Далее открываемся от типологии и обратимся к любопытным открытиям. Проект музея археологии Зарядья Юрия Аввакумова и Георгия Солопова, по неподтвержденным слухам, реализован не будет. А зря, симпатичный музей – он кажется продолжением того фрагмента Китайгородской стены, который все выходящие из метро могут видеть в начале Варварки. Только здесь застекленного белого камня стен было бы много, и еще много подсвеченных и тоже застекленных раскрытых свай как возможность взглянуть под землю. Надо ли говорить, что подобные археологические аттракционы популярны в европейских музеях, к примеру, в Лувре или Флорентийском соборе.

Второе открытие – проект реконструкции здания ТАСС, построенного в 1971 году по проекту Виктора Егерева. И не подумал прятаться. Он предусматривает полную замену фасадов на новые из «предизготовленных элементов, выполненных точно под исходную геометрию». Эта неожиданно заявленная реконструкция одного из ярких примеров классического модернизма, пусть не имеющего статуса памятника, обещает быть более чем спорной.

Частных домов тоже немного, но их сфере давно устоялась планка качества – частный заказчик требователен. Все показанные дома в основном лаконичной архитектуры, но встречаются и размышления о голландском городе. Достроен дом с деревянной фермой, придуманный Тотаном Кузембаевым.

Вольности, напротив, процветают в обширно представленных проектах и зданиях школ и детских садов – то ли их так много строят по причине госпрограммы, то ли авторы рассчитывают на популярность данного жанра в глазах жюри и экспертов, и выбирают для экспонирования именно их. Преобладает пиксельное разноцветье, поскольку, как говаривал Аркадий Райкин, детям свойственно стремление к яркому; но встречаются и удивительные вещи, к примеру, дом-теремок. Могли бы и весь раскрасить.

Число храмов тоже не убывает, как настоящих, так и концептуальных. Причем как в любой империи периода упадка наряду с помпезными официальными на «Сечении» присутствуют разные эзотерические темплы, вот, например, Вселенской истины.

Не уменьшился и объем форм мягко говоря несколько избыточных, которые, радуя глаз, сбивают ориентиры в экспозиции почти любой премии, и никогда не знаешь, хорошо это или плохо. Скорее никак, скорее интересно. В данном случае, к примеру, авторы вдохновившись успехом сравнительно небольшой улитки и вырастили из нее, пока в проекте, гигантское существо для кавказского склона.

Особняком и обширно представлены «Русские промышленные дома» Петра Виноградова. Им посвящено несколько планшетов, причем появился новый дом – труба с пропеллером на двух ногах, стоящих, кажется, где-то в океане, как нефтяная платформа. Множество спаянных железных макетов – мы их видели уже на многих выставках – стоят и на лестнице ЦДА; так сказать, обволакивают экспозицию со всех сторон. Я слышала, как ребенок лет шести спросил маму – что это такое? – дом, дом… – нет, мам, совсем не похоже, больше похоже на завод.

Из еще неназванного на премию претендуют известные проекты: реконструкция Флигеля-Руины музея архитектуры от Наринэ Тютчевой, павильон Рубена Аракеляна и Айка Навасардяна на ВДНХ. Реставрация Нового Иерусалима, о которой мне приходилось слышать не слишком лестные отзывы, тоже претендует, но показана на очень лаконичном планшете, из которого понять качество работы невозможно, можно только пунктирно проследить нелегкую судьбу памятника.

Не будем делать выводов, уж очень пунктирными они получаются. Как будто рыбки выпрыгивают из воды, показываются на минуту и погружаются обратно в пучины практики, а другие, невидимые здесь стаи плавают в теплых течениях. Выставка кажется калейдоскопом фрагментов архитектурной реальности, иногда очень интересных, иногда... ну, когда как. Пусть уж резюмированием мозаики займется жюри, оно ведь уже работает.

15 Апреля 2017

Похожие статьи