Музей архитекторов: локация – невесомость

Выставка Museum loci, открывшаяся в Музее архитектуры – огромная, хотя и занимает всего два этажа Флигеля-Руины. В основном специально для нее 59 архитекторов сделали объект или рисунок с размышлением о музее архитектуры, иногда очень определенным, но чаще – креативно-обобщенным. Таких больших выставок объектов от архитекторов не то что давно не было, но, кажется, не было вообще. Если тема и подходы интересны, то «залипнуть» в залах Руины можно надолго. Рассказываем подробно, в том числе о том, как правильно произносить название (спойлер: без разрешения сюда прокрался даже бог Локи).

Репортаж
Современное искусство Архитектура
mainImg
В Музее архитектуры на Воздвиженке открылась выставка из объектов и графики современных архитекторов. Она разместилась на двух этажах Флигеля-Руины и приурочена к 90-летию музея, как и параллельная, открывшаяся раньше, выставка «Архитектура говорит» в Анфиладе. Только там история, тут современность. Две половинки. Музей хочет быть и тем, и другим – популярным языком рассказывать серьезную историю, но и коллекционировать современную архитектуру тоже. И общаться с современными архитекторами тоже. Это получилось, на открытие пришли многие. Куратор выставки Анна Мартовицкая уже постит в своем канале «светскую хронику». 

На выставке 59 работ: чуть меньше половины из них – 25 – графика, остальное объекты; от авторов из 8 регионов. Преобладает Москва, немало Петербурга, Нижний Новгород, Ярославль, Саратов и так далее. Все работы сопровождены коротким авторским текстом, все представляют собой размышления, разной степени абстрактности, «о музее архитектуры как типологии».

То есть тут не проектируют новый музей архитектуры. Хотя два сходных проекта все же затесались: один – несостоявшаяся экспозиция во флигеле Музея дома Мельникова от CITIZEN Studio, другой – учебный проект 2023 года группы студентов под управлением Kleinewelt Architekten для участка рядом с музеем, на границе со стройплощадкой, где MR Group строит клубный дом Luce по проекту любимого архитектора Сбербанка Марко Казамонти. 
  • zooming
    CITIZENSTUDIO. Проект экспозиции музея Константина Мельникова. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Kleinewelt Architekten. Поиски по имя музея. «Весной 2023 года мы вместе со студентами МАРХИ изучали архивы Музея архитектуры имени А.В. Щусева с целью найти для его постоянной и временных экспозиций новые площадки». Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

В общем, да, музей мечтает о новом здании, поскольку в старом после переезда из Донского монастыря умещается едва-едва. Но выставка – нет, не про проект нового здания, планы возникновения которого пока что – давно, 30 лет уже – остаются гипотетическими. 

Впрочем, еще одни авторы, Arch(e)type Дарьи Беляковой, основательницы архитектурного клуба-галереи A House, тоже сосредоточились на здании собственно музея, дворце Талызиных, и посвятили свой объект изучению, почему-то, окон разного времени. Зато показали красивый макет. 
zooming
Arch(e)type. Музей как знак и опыт. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Но больше буквальных высказываний нет. 

По словам Анны Мартовицкой, первоначально планировалось 50 участников, потом число увеличили; кого-то, порядка 7–8 участников, хотелось пригласить, но не удалось из-за ограничений в пространстве и конструктивных возможностях Флигеля. Кого-то пришлось просить остановиться вместо объекта на графике. Почему? Из-за веса и размера, – говорит куратор. На 2 этаже объекты и графику расставили так, чтобы тяжелые элементы не нагружали своды... 

Словом, перед нами результат внушительных усилий. 
zooming
Автор дизайна экспозиции Александра Шейнер и куратор Анна Мартовицкая. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Василий Буланов / предоставлена Музеем архитектуры

Плюс экспозиционный дизайн студии ЧАРТ Сергея Чобана и Александры Шейнер. Лаконичный, в меру брутальный, в меру прозрачный: на выставке современных архитекторов нужны бетон, стекло, металл. В то же время директор музея Наталья Шашкова назвала застройку «невесомой и волшебной», и это правда. 

Хотя элементы выставочного дизайна отнюдь не легкие: бетонные опоры под стеклянные витрины для графики весят по 170 кг каждая, а подиумы побольше пришлось сделать облегченными, покрыть микроцементом, так как первый, из чистого бетона, образец весил немногим менее 400 кг, чего своды Флигеля-Руины на 2 этаже никак не могли выдержать. Общая площадь использованного стекла – 150 м2, но благодаря ему графика левитирует в пространстве, ритмично зонированном колоннами подиумов. Ступенчатые профили, кажется, остаются единственным условно-декоративным элементом, отсылая к юбилейной выставке основателя музея А.В. Щусева, в чем можно увидеть не только излюбленный прием, восходящий к архитектуре 1930-х, но и тонкий намек: все участники, чьи объекты сейчас собраны в музее, таким образом оказываются продолжателями дела его основателя. 
zooming
Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Василий Буланов

Словом, выставка еще и результат серьезной технической работы, так что будет уместным упомянуть ее партнеров: стекло поставила Ларта Гласс, а витринами и подставками занимались ДомАск. 
  • zooming
    Мария Губанова, менеджер архитектурных проектов Larta Glass. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Дмитрий Сулимов, генеральный директор ДОМАСК. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Строгий и простой бруталистский дизайн в данном случае был, вероятно, необходим, поскольку разнообразие велико. 

«Работа над проектом была необычной и очень яркой», – говорит директор музея Наталья Шашкова, – «кто-то, может быть, поймет это как иронический капустник». 

«Капустник» получился не только из-за выбранного жанра, но еще и потому, что участникам дали почти полную свободу: единственным формальным ограничением стало ТЗ экспозиционного дизайна – по размеру работ. Более того, объекты приезжали постепенно и относительно некоторых организаторы до последнего дня не знали, какими они будут. Сергей Падалко несколько часов раскладывал в своем объекте циркули, которые «утряслись» при транспортировке. Один объект не высушился до конца и образовал в зале лужу. Другие пришлось поставить друг на друга, потому что кубов два, а подставка одна. Скучно не было. Отдельным аттракционом стал занос в зал первого этажа стекла длиной 7.5 метров, на котором напечатан кураторский манифест Анны Мартовицкой и хронология музеев архитектуры, собранная для выставки Владимиром Фроловым. 

Но попробуем вернуться к экспозиции. 

Жанр таких выставок – вполне сложившийся, но эта – очень большая по количеству участников. Обычно коллекциями объектов украшают масштабные архитектурные фестивали: так поступил Владимир Фролов на Архитектоне 2023 года, так делают на Арх Москве и Зодчестве, к примеру, выставка «Эталон качества», cовместный проект ARCHI.RU и Союза московских архитекторов, показанный на «Зодчестве» 2017 года, тоже была суммой «говорящих» объектов на заданную тему. Реже такие проекты появляются сами по себе, или хотя бы в отдельном пространстве. Вспоминается выставка из 29 авторских инсталляций  «Российская архитектура. Новейшая эра» в «Руине» в 2019 году или  выставка «Роддом» Юрия Аввакумова, показанная 2007 году в галерее ВХУТЕМАС в рамках первой московской биеннале современного искусства. И «Персимфанс» Юрия Григоряна, в рамках первой московской биеннале архитектуры (читай Арх Москвы) 2008 года. В Роддоме было 26 участников, в Персимфансе – 12. 

Как будто практика, сложившаяся к концу нулевых и все это время «тлевшая», сейчас получила энергичное второе рождение, да еще и в удвоенном – это как минимум – масштабе. Крупную работу с нашим сообществом провела Анна Мартовицкая. 

Как и бывает на таких выставках, это огромное количество высказываний, многие из которых допускают дополнительные смыслы, как описанные в авторском пояснении, так и оставленные на усмотрение зрителя-интерпретатора. Игра формы и ума – увлекательнейшее занятие. 

Тем не менее очевидно, что, помимо идей и образов, «вспыхивающих» в мозгу зрителя, бродящего по такой выставке, в самом пространстве возникает немало визуальных перекличек. Часть из них – хотя мы не знаем, какие – выстроены намеренно: в процессе расстановки произведения перемещали из одного угла в другой не один раз. 

Ну, вот пример. Входящего встречает рисунок главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова, там изображен его объект «Кристалл представления», реализованный в соавторстве с Иваном Грековым во дворе того же Музея архитектуры. Зритель, пришедший во Флигель, только что прошел мимо того «кристалла». Графика отсылает нас к объекту, который стоит неподалеку, а он сам состоит из кристаллов Фальконье, в свое время спасенных музеем из здания госархива на Фрунзенской и показанных на выставке. Так образуется «матрешка» воспомианий и интерпретаций.

Между тем входя во Флигель сразу как-то понимаешь, что Сергей Кузнецов, чей рисунок поставлен первым и встречает входящих, как Ильич во Дворце пионеров, тут главный. Как среди уток в составе птичьего клина есть вожак, так и главный архитектор города, где проходит выставка – тут тоже, заметьте, читается логическое построение сродни матрешке! – открывает ее. О стратах и статусах, ну, не получается забыть. 
  • zooming
    Слева: Сергей Кузнецов. Кристалл представления. Справа: Nowadays Office. Двор на сводах. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Сергей Кузнецов и Анна Мартовицкая на открытии. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Тем не менее рядом – объект относительно молодого, хотя известного бюро Nowadays Office, перекликается с рисунком Кузнецова ритмическими ячейками. Получается, он первый среди равных, primus inter pares; хотя к латыни, внимание к которой инспирирует, мы еще вернемся. 

Сам же объект – со сложным посылом, его рельеф составлен из инвертированных сводов: «...хрестоматийный Gehry on top, маркирующий будущее с опорой на прошлое», – сказано в описании. Уфф.
zooming
Nowadays Office. Двор на сводах. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Соседний неф начинает графика от АБ ЦЛП – лист, исписанный Николаем Ляшенко мелко-мелко в честь «бумажной архитектуры», реплика-оммаж офортов Бродского-Уткина. Ни Бродского, ни Уткина на выставке нет. Зато есть великий каталогизатор Юрий Аввакумов, здесь же рядом, в виде его известного Карточного домика; вместе с Ляшенко они образуют «угол бумажников».
  • zooming
    На первом плане: Цимайло, Ляшенко и Партнеры. Музей бумажной архитектуры. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Василий Буланов
  • zooming
    Юрий Аввакумов. Haus im haus. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

На обороте листа Ляшенко – рисунок NOYD Короткий метр, любителей настроечных таблиц, в данном случае – таблица оптометрическая, но измеряет она не зрение, а процесс исчезновения деревянных домов в Самаре. А нарисована в духе «бумажных» графических традиций. 
zooming
NOYD КороткийМетр. Оптометрическая таблица архитектуры. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Тему куполов, намеченную у Ляшенко, подхватывает следующий стенд, где бюро GA показывает Пантеон со стеллажами, уставленными совершенно изумительными фантастическими механизмами-зверушками. Мне они почему-то напоминают роботов-доставщиков; авторы же называют своих героев «неявными образами», отображающими «квинтэссенцию архитектуры», попавшую в музей. Вспоминают Босха и Брейгеля. Об использовании ИИ ничего не сказано, но судя по всему, нейронку привлекли к придумыванию фигурок. Если нет – разубедите меня!
  • zooming
    Архитектурное бюро GA. Kunstkammer: Architectoids. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Архитектурное бюро GA. Kunstkammer: Architectoids. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Вообще – сказала Анна Мартовицкая на открытии, косясь, и, кажется, не слишком-то одобрительно, на Пантеон пластиково-металлических пушистиков – половина участников, работавших с графикой, выбрали компьютерную. 

На обороте Пантеона от AG – другой Пантеон, Григория Дайнова, вдохновленный Булле и Леду, графика – компьютерная, форма вечная, и автор трактует свой вариант «здания профильного музея как воплощение диалога между вечными ценностями зодчества и современностью». Рядом объект Юлия Борисова / UNK, согласно авторской трактовке, он развивает ту же тему: показывает свою штаб-квартиру Роскосмоса, здания, использующего «технологии, устремленные в космос», но в виде макета из глины, согласно комментарию, «воплощенным в вечных материалах». Рассматривать ли применение «вечного» материала как заявку на попадание в вечность, то есть в музей? Или как попытку овеществить напряжение между древностью, сделанной из глины, и высокотехнологичной современностью, происходящей, тем не менее, все из той же глины? Как знать. 
  • zooming
    Григорий Дайнов. Музей архитектуры. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Юлий Борисов / UNK. Прошлое / будущее. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Однако глина напоминает о Бродском – не только, но хотя бы, о его объектах для Роддома и Персимфанса: в одном были глиняные формы для «производства» эмбриона, а в другом клетка-комната, глиняная мебель, предназначенная осыпаться в процессе экспонирования. Тем не менее глина – расхожий выставочный материал, так что искать в объекте UNK апелляцию именно к Бродскому, конечно же, необоснованно. 

С «бумажной архитектурой» мы еще не закончили: объект Сергея Труханова / T+T Architects, стоящий здесь же, рядом – это программное напоминание об «A Glass Tower» Бродского и Уткина, «разрушенном небоскребе, у руин которого вырос город». T+T предлагают «собрать забытые осколки прошлого в новую форму», а роль музея видят так же, как музей ее видит сам: между архивированием и «консолидацией архитектурного сообщества». 

Объект состоит из стеклянных пластин, составленных в куб так, что внутри получается 9 замкнутых вертикальных пространств, заполненных на разную высоту битым стеклом. Совок, прислоненный к опоре – тоже часть инсталляции, для собирания осколков. 
  • zooming
    T+T Architects. Время собирать осколки. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    T+T Architects. Время собирать осколки. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Построение стеклянных объемов напоминает объект UnVitro Сергея Скуратова на выставке РодДом. Случайно? Намеренно?  

С «башнями» из битого стекла перекликается интерактивный объект Станислава Горшунова на втором этаже. Основание заранее собрано авторами из клеящихся деталей: круг, арка, треугольник, прямоугольник, – в виде башни с квадратным основанием. Зрителям предлагают растить ее дальше вверх, чтобы к концу выставки получилось что-то новое. Объект называется «Взаймы», в авторском комментарии – что-то про заимствование энергии из шедевров прошлого, которые чем старше, тем «более настоящие». 
  • zooming
    ГОРА. Взаймы. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    ГОРА. Взаймы. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

А в конце своего комментария ГОРА утешают читающего: «ты обречен на следующий шедевр». 

Злободневную тему поднимает автор, для архитекторов она – вечная: кто бы что ни делал нового, а вдохновится чем-то, и бац, – источник узнаваем. А как иначе развиваться творческому процессу? Мы же и в речи используем и словарь, алфавит. Как сделать новое? Ну вот, например... можно привлечь коллективное сознание, к данном случае зрителей через интерактив. Уже на открытии выставки, когда у основы начали отрастать «ветви» в разные стороны, было понятно, что через три объект будет скорее хаотичным, нежели гармоничным. Масса случайных людей вряд ли сделает что-то красивое – говорю я Горшунову; именно! – восклицает он. Но в том и задача, говорит архитектор – посмотреть, что получится. 
zooming
Куратор Анна Мартовицкая и автор объекта Станислав Горшунов. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Василий Буланов

Вообще на выставке быстро понимаешь, что вечных тем три: домик, купол и башня. 

Башни не преобладают, но их достаточно. К примеру, объект СКиП из «фирменных» карандашей со стола Сергея Киселева может показаться и намеком на Москву, на чьей территории сейчас равномерно прорастают «карандашики» небоскребов.
zooming
АБ СКиП. Out-of-the-box thinking. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Но согласно авторскому комментарию, суть с том, что идей множество, а лучшая одна – светится только один «карандашик». 

Башен достаточно не только потому, что для Москвы сейчас это главная – или острая – тема, но еще и потому, что музей это хранение, а хранение это стеллаж. Владислав Савинкин соорудил свой вариант из «макетов» известных музеев. Честно скажу, ни один не узнала, ни там внутри этак сплющены; но объект яркий. 
  • zooming
    Влад Савинкин. Музейный небоскреб. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Влад Савинкин. Музейный небоскреб. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Андрей Асадов предлагает собирать на стеллаже «пополняемую коллекцию артефактов, связанных с авторами, внесшими значительный вклад в историю современной российской архитектуры». У VOX стеллаж заполняется снизу камнями, в середине книгами, а вверху цветным пластиком; IND выстраивает свою «Архитеку» из трех частей: пользы, прочности, и красоты; Арсений Леонович собирает башни из разных объемных форм; Дмитрий Овчаров сооружает «горку» из стеклянных часов; Faber Group складирует... сами найдете что, когда придете на выставку. 

ATRIUM – архитекторы, умудрившиеся показать свой объект раньше всех прочих на собственной персоналке – «складируют» пространство и объем, в сложную форму, причем два куба – инвертивны. СПИЧ провели внутренний конкурс на рисунки, в нем участвовало около 40 сотрудников, и фрагменты лучших работ собрали в объемный алюминиевый логотип. Евгений Герасимов показывает сотрудников музея, своего рода «подборку людей», заявляя, что главное – люди. Самый остроумный намек на «складирование людей», тем не менее, принадлежит Malikov+Partners, бюро Никиты Маликова из Твери: он поместил в коробку из поликарбоната, похожую на ящик для перевозки грузов, фигуру архитектора за ноутбуком, причем один из транспортировочных знаков  в виде туфельки означает, что архитектор – девушка, поскольку женщин в архитектурных компаниях сейчас работает заметно больше, чем мужчин. А комментарий гласит, что современный архитектор «больше менеджер, чем творец».
   

Если говорить о музее как складе разнообразных предметов, то авторы графики тоже откликнулись на тему: «Букварь архитектуры» Тимура Каримова и «Игра в ящик» от ХВОИ. Тут – два разных вида графики, первый напоминает о томах Академии архитектуры. 

Сергей Никешкин / KPLN касается актуальной для музея темы цифрового хранения: музей сейчас вовсю размышляет о том, как хранить цифровые фонды? А объект KPLN – это два системных блока, сделанных из гипса. Один лежит на боку, другой поставлен сверху, как в мастерской наладчика компьютеров. 
  • zooming
    1 / 3
    KPLN. Мемуары. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    2 / 3
    KPLN. Мемуары. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    3 / 3
    KPLN. Мемуары. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Вместо кнопок и полоски дисковода в гипс вплавлена бумага. А сзади из-под белой поверхности проглядывают... круглые деревянные палки. Видимо, дрова. Если кто-то не в курсе, дрова – известная метафора для плохого компьютерного железа. Объект KPLN – один из тех, которые я люблю определять как произведения, построенные на когнитивном диссонансе: видим мы одно, а в авторском комментарии читаем про другое – «Скульптура символизирует пространства музея, а инкрустации архитектурных артефактов бережно сохраняют следы эпох, стилей и выдающихся авторов». Да они издеваются! Правильно делаете, продолжайте, такого рода расхождения в зримом и заявленном – надежный признак концептуализма. 

Другой пример сочетания белой принтерной бумаги уже не с гипсом, а с бетоном – объект бюро СИВИЛ «Источник». В бетонную скорлупу сложена большая стопка бумаги, которая в верхней части «клубится», символизируя, по словам авторов, «стремление всякой архитектурной идеи к освобождению». А может быть, перерастание модернизма в необарокко?
  • zooming
    АБ Сивил. Источник. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    АБ Сивил. Источник. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Самую красивую этажерку показывают KATARSIS – в отличие от многих, она ничего не «хранит», но так трогательно перекликается с папками хранения фонда графики, что для того, кто хоть несколько раз работал в архиве ГНИМА, почувствует в этом объекте глубокое внутреннее родство с музеем. Лично мне кажется, что именно так – показав вот эти металлические полки, местами прогнувшиеся от невидимого груза, и надо изображать музей. 
  • zooming
    KATARSIS. Дом бумажной архитектуры. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    ARCHSTRUCTURA. Муарструктура. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Он ждет, он готов принимать ваши работы. 

Еще лучше с темой невидимости работает, пожалуй, Наринэ Тютчева / бюро «Рождественка». Некоторые зрители ее объект и вообще не сразу заметили. Он зеркальный и мимикрирует в пространстве Руины, а его форма – это слепок свода. На сам свод объект отбрасывает широкую полосу блика, «подсвечивает» его. Как известно, «Рождественка» занимались реставрацией и приспособлением Руины к функции выставочного зала Музея архитектуры, так что их реализованный проект музея – по-настоящему окружает зрителей на выставке. 
zooming
АБ «Рождественка». Кенотаф. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Василий Буланов

Объект Наринэ Тютчевой несколько раз передвигали, рассказывает Александра Шейнер. Но нашли лучшее место. Сейчас он в составе выставки как «гвоздь», как ядро орешка, в самой середине первого этажа, под «своим любимым» сводом. Вот что значит попасть в музей. Попали точно. 

Но мы и сейчас еще не закончили с «бумажной» архитектурой. Представитель именно этого направления, Тотан Кузембаев, заштриховывая до малой степени узнаваемости «репринт гравюры конца XIX века», заявляет, что это происходит с городом при появлении в нем все новых зданий, и в то же время оно же, истирание, преобразование, происходит с архитектурой, когда она попадает в музей. В этом с ним перекликается объект любителя жирафов Ильи Мукосея – «Самоходный музей живой архитектуры», утверждающий, что «архитектуру невозможно поместить в музей». 
  • zooming
    Тотан Кузембаев. Археология архитектурной графики. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Илья Мукосей. Самоходный музей живой архитектуры. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Получился симпатичный тяни-толкай, совершенно нереальный. 

Megabudka разыгрывает карту клипового мышления, и предлагает музею вместо этажерки – путь, а также самоограничение в виде «Музея одного экспоната». Фундаментальные классические музеи теряют «актуальность для современного поколения», – утверждают авторы. Ну что же, для архитекторов, увлеченно ведущих свой телеграм-канал, это понятная позиция.

Владимир Кузьмин – тот и вовсе показывает «иронический портрет-памфлет Музея архитектуры, «безуспешную попытку разговора сегодня о Наследии и Традиции». Интересно, почему двух последних автор упоминает в критическом контексте, но все-таки с большой буквы? Чтобы не портить с ними отношения? А по мне – так два чурбачка языками зацепились. Не столько памфлет на музей, сколько творческое сопровождение тусовки открытия. 
  • zooming
    Справа: Максим Атаянц. Архитектура в музее. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Василий Буланов
  • zooming
    Максим Атаянц. Архитектура в музее. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Снято на выставке

Максим Атаянц, тот напротив, представил образ и музея, и традиции максимально серьезно. «...временная дистанция, подчиненная закону обратной перспективы, придает частям архитектуры поистине колоссальный масштаб», – говорит автор и рисует капитель огромного размера, а человечков, изучающих ее – маленькими. Ну, как рисует Максим Атаянц, все знают, рисует он как старые мастера. Тут не возникает вопроса о бессмысленности или осмысленности диалога с наследием, тут диалог прямо вот он и есть, только взгляд – снизу вверх. 
  • zooming
    Никита Явейн («Студия 44») при участии Сергея Падалко. Пределы. Композиция №44. На дальнем плане: Faber Group. Эго архитектора. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Витрувий и сыновья. Nullum titulum. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Тем не менее вопрос «умирания» вещей в музее, поднятый многими авторами, затрагивает Сергей Падалко / Витрувий и сыновья – его объект это клетка, наполненная разложенными циркулями: «Попадая в музей, любой результат архитектурного творчества не только становится частью истории, но и одновременно в каком-то смысле оказывается заключенным в клетку...». Тут вспоминается и клетка Бродского, только в ней было уютно, в ней был очаг и стульчики, а тут – колючие циркули, как будто исполненные решимости еще побороться за свою свободу. Надо сказать, сетки это один из любимых приемов Сергея Падалко, помним их и по выставке «Студии 44» в Эрмитаже, и по Архитектону. 

Тем не менее соседний объект от «Студии 44», в работе над которым Падалко, как обозначено, тоже участвовал, представляет, в некотором роде, противоположность игольчатому кубу: это прозрачный домик-матрешка, легкий и мирный, а его текстовый пафос – «поскольку попытки <...> зафиксировать и музеефицировать истину обречены, на первый план выходит не результат, а процесс познания». Ура! Прямо-таки в рамках пары метров выставочного пространства заключили архитектуру в клетку и признали ее обреченность на поток процесса. Надо сказать, что тандем «Студии 44» и Сергея Падалко – вообще очень продуктивный, и тут мы в очередной раз в этом убеждаемся. 
zooming
Слева: Borisov Architects. Музей архитектуры. Справа: Владимир Кузьмин. Диалог с собой или аллегория псевдодискурса. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Сергей Чобан относится к музею архитектуры иначе: ставит перед ним задачу, точнее, одну из задач – инициировать дискуссию о сохранении наследия модернизма. Иллюстрацией служит пастель с изображением разобранной в этом году башни Накагин, на рисунке она метафорически ушла под воду, мимо плавают рыбы. Круглые окна прямо как иллюминаторы. Надо сказать, что именно музей архитектуры дискуссию о сохранении памятников, в том числе модернизма, инициировал раньше и инициирует сейчас, в том числе – совместно с Сергеем Чобаном. Вспомним историю с вокзалом города Владимира, где письмо в защиту здания инициировали Сергей Чобан и Елизавета Лихачева, в то время директор музея. 
zooming
На первом плане: Сергей Чобан. Утопающая эпоха. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

И тут, замечу! Проявляется одна особенность. Проблема, действительно, существует – в одной только Москве за эту осень объявлено два конкурса на снос и новое строительство на месте бесстатусных, но знаковых памятников модернизма: театра Дурова и Большого цирка. А петиции – то срабатывают, то вовсе нет. Однако владимирский вокзал как стоял, так и стоит. 

Так может быт идеальный вид инициативы по охране – совместить усилия Музея архитектуры и известных архитекторов? А?

Ну и еще одна, на самом деле важная, тема в отношении музея и современных архитекторов, заключается в простом вопросе: попадут ли они в музей? Не все осмеливаются поднять этот вопрос прямо, один из ближайших подходов – в рассуждениях об «умирании», «лишении свободы» или «разделении на части», изменении природы архитектуры, попадающей в музей; они уже описаны выше. Согласимся, что архитектуру поместить в музей сложнее, чем станковую живопись, но жалуется она, архитектура, на свою непростую судьбу как будто бы больше, нежели, к примеру, театр и литература, которые тоже поместить в музей не так-то просто. 

Тем не менее возможно, вполне возможно. Вот и выставка, смотрите, какая большая собралась. 

В этом смысле показательны три работы. В комментариях к двум из них, помещенных на аверсе и реверсе одного стенда, есть глаголы «передать» и «представить» – в смысле передать на выставку, но именно это слово обычно используется, когда что-то передают в фонды музея. Речь об эскизе Арт Хауса Сергея Скуратова и о плане Остоженки от бюро «Остоженка». Оба, на самом деле, представляют два ключевых сюжета для истории архитектуры – а ее уже пора писать – последних тридцати с гаком лет; в комментарии Сергея Скуратова так без ложной скромности и сказано: «эскиз, с которого начался один из самых известных объектов московской архитектуры 2010-х годов». Ну что тут скажешь, так ведь и есть на самом деле. То же самое с планом Остоженки, который авторы лирически характеризуют как «рыбку» – он, действительно, один из стартовых сюжетов в истории постсоветской архитектуры. Не знаю точно, присутствует ли что-то, освещающее планировку и застройку «Золотой мили», в фондах музея, но если вдруг нет, их туда следовало бы передать. 
  • zooming
    На первом плане: Сергей Скуратов. Эскиз жилого комплекса «Арт Хаус». На дальнем плане: Faber Group. Эго архитектора. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Слева: АБ «Остоженка». Хранители Места и Времени. Справа Faber Group. Эго архитектора. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Василий Буланов

Владимир Плоткин возводит размышления о музее на уровень идеала – и тут опять можно вспомнить одну из предыдущих «коллекций объектов», где тот же автор представил мраморный шар как эталон качества формы – идеальную фигуру. В данном случае «Идеальное в идеальном» представлено почему-то не шаром, а параллелепипедом в составе объемного построения, нарушающего часть законов Ньютона. «Идеал есть совершенное воплощение чего-либо <...> в архитектуре <...> едва ли не труднее всего <...> Но всю свою жизнь мы стремимся именно к этому <...> чтобы когда-нибудь <...> стать частью идеальной музейной экспозиции», – примерно так, если с купюрами, звучит комментарий. Компьютерная (!) графика показывает нам своего рода луч света в темном царстве; можно себе представить, что шар-идеал поднялся в верхний правый угол как светящаяся субстанция Абсолюта и светит – ну, как благословляющая длань на иконах, особенно позднесредневековых, XVIII века, – на параллелепипед. Часть которого, откликаясь на луч, прирастает астральным телом, а другая отбрасывает длинную тень. Предположу, что некоторые архитекторы XVIII и даже XIX века лучше нас поняли бы эту композицию; так что и тут можно заподозрить диалог с наследием. 

Падающая тень в объемном построении хорошо вписалась в состав экспозиции – сам стенд отбрасывает очень похожую тень в сторону зрителя, и само построение, таким образом, кажется частью реального пространства. Опять же интересно, намеренный этот эффект или случайный. 
  • zooming
    На первом плане: Сергей Чобан. Утопающая эпоха. На дальнем плане: Владимир Плоткин. Идеальное в идеальном. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Владимир Плоткин. Идеальное в идеальном. Выставка «MUSEUM LOCI. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
    Снято на выставке

А вот и темное царство! Объект, прибывший на выставку одним из последних по времени – Ивана Грекова и бюро KAMEN. Он расположен на 2 этаже и очень интерактивен. Состоит из прозрачного параллелепипеда из поликарбоната, внутри которого заключен черного цвета макет части города, напоминающего московский Сити, покрытого мелкими черными шариками. Перед ящиком – большая красная кнопка, нажимаем – шарики поднимаются вверх и какое время крутятся; затем опадают, как черный снег. 
zooming
KAMEN. Город как музей архитектуры. Взгляд архитекторов XXI века», Музей архитектуры, 2024
Фотография © Василий Буланов

Ну что тут скажешь. Говорят, когда объект привезли и поставили, Иван Греков стоял перед ним и нажимал, нажимал на кнопку... 

Хотя – технически, ну или номинально – объект от KAMEN примыкает к высказыванию Ильи Мукосея о том, что сам город и есть музей. Комментарий к нему – такой: «Пространством, где архитектура являет себя наиболее осмысленно, конечно, является город, в котором и для которого она создается. Именно такой город, многослойный, живой и растущий, мы и представляем в музее архитектуры». Именно на противоречии между читаемым и тем, что мы видим – то есть на когнитивном диссонансе – тут строится метафора выставки. Как тут не вспомнить про спор реалистов с номиналистами. 

Но к слову о латыни. 

Тут хочется вернуться к названию выставки. Ее тема – «музей архитектуры», то ли образ, то ли типология, то ли просто размышления. А название – Museum loci – заимствовано у популярного «архитектурного» словосочетания genuis loci, гений места. Для Museum loci ChatGPT предложил аж 7 вариантов перевода, от «Музея места» до «Музея контекста», а гугл-переводчик сказал: «Местный музей». Хотя я думаю, организаторы не хотели сказать ничего определенного, а наоборот, стремились прийти к некоторой неопределенности на основе крылатого выражения, «зацепить» и музей, и место, а может быть, еще раз подсветить вопрос о месте, которого музею не хватает. Место музея – оно где? Илья Мукосей считает, что сам город и есть музей, а Роман Леонидов изобразил музей внутри головы архитектора, с лесенками и арочками. 

Но любопытнее другое: как его произносить, это название? Мы привыкли говорить «гениус лоци», правда же? В музее нам говорят – Музеум локи. Звучит немного странно, удивляюсь. Музей настаивает на «локи». Ищу немного в сети, нахожу забытые мной за 30 лет правила латыни: «а) перед e, i, y, ae, oe – как русское ц; б) в остальных случаях, т. е. перед a, o, u, перед всеми согласными и на конце слова – как русское к». Окей, гугл. Ищу дальше. Оказывается, что сам Лев Лурье считает правильным для genius loci – «локи». Оу, оу! А ведь не прав великий человек. Не будем же мы говорить Кезарь вместо Цезарь, правда? Как справедливо сомневаются здесь. Еще немного мучаем ChatGPT, он отличный инструмент, реагирует на сомнения и уточнения, если их высказать, а не идти за авторитетами... Вот что получилось:
zooming
Ответы ChatGPT по правилам латинского произношения слов loci и locus
Скриншот

Резюмирую: если мы начали говорить по-латыни, то выставку надо именовать Музеум лоци.  

Спасибо, душнила – предчувствую, что скажут теперь мне. Но появление этого непрошенного слова, оно ведь и неплохо подходит ко всему, что мы видим! У нас – по своему обыкновению, совершенно внезапно – в контексте латинизмов возник скандинавский бог Локи. А он, мы знаем, любит пошутить. Предположу, что Локи тут уместен. Почему? Да потому что выставка объектов – это, в сущности, момент погружения архитекторов в современное искусство, в не совсем свойственную для них сферу. Которая предполагает в том числе и возможность острот, недоговоренностей, подвисших смыслов, странностей всякого рода. Я бы даже так сказала, бога Локи можно было бы назначить покровителем выставок современного искусства; если кто-то так уже поступил – подскажите. Ну и еще можно сказать, что красная кнопка при пластиковой коробке – это как раз про Локи. Черный-черный юмор в черном-черном мире; или освобождение от страха методом игры? 

Такие выставки позволяют играть формой и смыслами. Это полезный и приятный опыт, и для зрителей, и, предположу что, для архитекторов тоже. Здесь ведь не ограничен почти ничем, можно делать что угодно. Бродя по выставке, отмечаешь, что кто-то чувствует себя в такой задаче несколько скованно, а кто-то, наоборот, как рыба в воде. Несложно заметить также и то, что некоторые участники – из «бывалых», а некоторые раньше не были замечены в специфическом жанре вольного высказывания. А кого-то и вовсе нет на выставке. Лично мне очень не хватило Александра Бродского, Юрия Григоряна, Андрея Савина, Евгения Асса. 

Но их же 59? Много? Мало? 

Много или мало, а вон сколько рассуждений получилось. Рекомендую идти в музей и вырабатывать собственные рефлексии на предложенные намеки и смыслы. 

03 Декабря 2024

Похожие статьи
Репортаж
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Репортаж
Ход курдонером
Бюро Intercolumnium представило на Градостроительном совете проект жилого комплекса, который заменит БЦ «Акватория» на Выборгской набережной. Эксперты отметили высокое качество работы, но с сомнением отнеслись к трем курдонерам, а также предложили смягчить контраст фасадов, обращенных к набережной и Кантемировскому мосту.
Репортаж
Тренды выставки «Мебель-2025»: комфорт по-русски
Выставка «Мебель-2025» прошла с 24 по 27 ноября 2025 на новой площадке в МВЦ «Крокус Экспо» и объединила 741 компанию из 8 стран. Экспозиции российских компаний продемонстрировали несколько важных тенденций в сфере общественных и жилых интерьеров.
Репортаж
Посыпать пеплом
Еще один сюжет с прошедшего петербургского Градостроительного совета – перестройка крематория. Авторы предложили два варианта, учитывающих сложную технологию и новые цифры. Эксперты сошлись во мнении, что дилемма выбора ложная, а зданию необходим статус памятника и реставрация.
Репортаж
Ной Троцкий и залетный биотек
На прошлой неделе Градостроительный совет Петербурга рассмотрел очередной крупный проект, инициированный структурами «Газпрома». Команда «Спектрум-Холдинг» планирует в три этапа преобразить участок серого пояса на Синопской набережной: сначала приспособят объекты культурного наследия под спортивный и концертный залы, затем построят гостинично-офисный центр и административное здание, а после снизят влияние дымовых труб на панораму. Эксперты отнеслись к новой архитектуре критично.
Репортаж
Непостижимый Татлин
Центр «Зотов» отметил свое трехлетие открытием масштабной выставки «Татлин. Конструкция мира», приуроченной к 140-летию со дня рождения художника Владимира Татлина и демонстрирующей не столько большую часть его уцелевшего наследия, сколько величину и непостижимость его таланта.
Репортаж
Нейронка архитектора
Кто только не говорит об искусственном интеллекте. Наконец-то он вошел в нашу жизнь, и уже год, или два как архбюро используют возможности ИИ. Иначе отстанешь. И обсуждают его, обсуждают. Публикуем небольшой отчет от круглом столе, посвященном ИИ. Он был организован на фестивале Зодчество архитекторами KPLN.
Репортаж
Игра реальности и воображения
Фестиваль «Открытый город» устоялся в своих форматах и приобрел черты повторяемости. Но изучить там есть что, да и для образования он, надо думать, полезен. Не фестиваль ли стал «драйвером» для многочисленных студенческих летних практикумов, все более распространенных? Показываем, как оформлены результаты воркшопов.
Репортаж
Глубокие корни архитектурного авангарда
Выставка «...Веснины. Начало» в Музее архитектуры дает совершенно нетривиальный взгляд на историю трех братьев-авангардистов. Стартуя от города Юрьевца, где они родились, выставка показывает, преимущественно, первую, раннюю часть их работ. О которой многие не знают, а кто-то не думает. Поэтому интересно.
Репортаж
Коридор между мирами
Зодчество 2025 ярко и разнообразно. До того, что создается впечатление пребывания разных аудиторий в разных «слоях»: они соседствуют, не особенно пересекаясь. И слава Богу. Кстати, о божественном: если смотреть на экспозицию в целом, кажется, впервые за историю фестиваля религиозная архитектура занимает на нем какое-то исключительное, фантастически объемное место. Смотрите и читайте наш фоторепортаж с фестиваля.
Репортаж
Такая архитектурная игра
Вчера в Петербурге открылся – второй по счету и обновленный – фестиваль Архитектон. Он рассчитан на целых 10 дней, что для архитектурного фестиваля прямо удивительно. Проходит в Манеже; его тема – Взаимодействие архитектурного цеха с простыми горожанами. Что делается довольно задорно, но в то же время по-питерски сдержанно и элегантно. Экспозиция состоит из 5 выставок, каждая их которых могла бы «потянуть» на отдельный проект. Рассказываем и показываем, что и как смотреть на Архитектоне.
Репортаж
Песнь совриска и пламени
В минувшие выходные в Выксе торжественно открыли пересобранную на новом месте водонапорную башню 1930-х шуховской решетчатой конструкции, две выставки и «детский технопарк». Развиваясь с 2011 в формате фестиваля современного искусства, город в последние годы заметным образом берет «новую планку»: не забывая о совриске, строит детский образовательный центр и университет, планирует вдвое большие вложения в инфраструктуру. Попробовали суммировать все разноплановые наблюдения, от выставок до завода, в формате репортажа. Что прекрасно и чего не хватает?
Репортаж
Модель многоуровневой жизни
Показываем отчет о круглом столе Арх Москвы 2025, посвященном высотному строительству. Он вполне актуален: опытные градо- и башне-строители сошлись на том, что высокие дома стали нормой, и пора переходить от «гвоздиков в панораме» к целым разновысотным и разноуровневым мегаструктурам. Ну, а как иначе?
Репортаж
Краеугольный храм
В московском Музее архитектуры на днях открылась выставка, посвященная всего одному памятнику средневековой русской архитектуры. Зато какому: Георгиевский собор Юрьева-Польского это последний по времени храм, сохранившийся от домонгольского периода. Впрочем, как сказать сохранившийся... Это один из самых загадочных и в то же время привлекательных памятников нашего средневековья. Которому требуется внимание и грамотная реставрация. Разбираемся, почему.
Репортаж
У лесного пруда
Еще один санаторный комплекс, который рассмотрел Градостроительный совет Петербурга, находится недалеко от усадьбы «Пенаты». Исходя из ограничений, связанных с площадью застройки на данной территории, бюро «А.Лен» рассредоточило санаторно-курортные функции и гостиничные номера по 18 корпусам. Проект почти не обсуждался экспертами, однако коэффициент плотности все же вызвал сомнения.
Репортаж
Санаторий в стилях
Градсовет Петербурга рассмотрел проект реконструкции базы отдыха «Маяк», которая располагается на территории Гладышевского заповедника в окружении корабельных сосен. Для многочисленных объектов будущего оздоровительного комплекса бюро Slavyaninov Architects предложило использовать разные стили и единый материал. Мнение экспертов – в нашем репортаже.
Репортаж
По два, по три на ветку. Древолюция 2025
Практикум деревянной архитектуры, упорно и успешно организуемый в окрестностях Галича Николаем Белоусовым, растет и развивается. В этом году участников больше, чем в предыдущем, а тогда был рекорд; и поле тоже просторнее. Изучаем, в какую сторону движется Древолюция, публикуем все 10 объектов.
Репортаж
Звёздный путь
Большие архитектурные фестивали отмеряют, так или иначе, историю постсоветской действительности. Архстояние, определенно, среди них, а юбилейное – особенно. Оно получилось крупным, системным высказыванием, во многом благодаря силе воли куратора этого года Василия Бычкова. Можно его даже понять, в целом, как большой объект, сооруженный, при участии многих коллег, в том числе архитекторов-звезд, в лесу арт-парка Никола-Ленивец – авторства инициатора и бессменного организатора Арх Москвы. Изучаем слои смыслов, виды высказываний – в этот раз они лучше, чем раньше, раскладываются «по полочкам».
Репортаж
Со-общение
В Ruarts Foundation – выставка «Сообщение» с подзаголовском «Другая история фотографии». Она тут изложена честно, «от дагеротипов» до нейронок, – как развитие, так и разрывы исторической ленты подчеркнуты дизайном экспозиции от Константина Ларина и Арсения Бекешко. А вот акценты, как водится, расставлены так, чтобы хронологию «остранить» и превратить в выставку, которая сама по себе произведение.
Репортаж
МАРШоу: разложено по полочкам
Новая выставка МАРШоу превзошла все предыдущие. Она поэтична, материальна, насыщенна, разнообразна – но еще и структурирована, в буквальном смысле многослойна и красива. Сами авторы признают, что вряд ли еще лучше получится когда-нибудь. Мы же с оптимизмом смотрим в будущее и изучаем выставку.
Репортаж
Бродский в кубе
Посмотрели на инсталляцию Александра Бродского IDEA FISSA в выставочном зале музея Иосифа Бродского. Она развивает тему предшествующего объекта, недавно показанного в Милане: там был форум, тут канал; и апеллирует к стихотворению Иосифа Бродского о Флоренции. Хотя на вид – как есть Венеция. Если его правильно, последовательно смотреть, объект вызывает закономерную ах-кульминацию. Но еще интересны хищные птички, шагающие по промышленному городу, в коридорчике справа. Если идете туда, надо коридорчик не пропустить.
Репортаж
ЭКСПО-2025: архитектурный Диснейленд на рукотворном...
В середине апреля в Осаке открылась ЭКСПО-2025. Одно из самых грандиозных международных событий, конкурирующее за внимание десятков миллионов посетителей со всего мира, уже успело собрать немало полярных мнений о качестве архитектуры павильонов, экологическом следе и организации действа. Вашему вниманию – авторский обзор Анастасии Маркитан, она побывала на ЭКСПО лично, выбрала 6 павильонов-фаворитов, и, не ограничиваясь обзором выставки, предлагает лайфхаки для ее посещения.
Репортаж
Приморская волна
Градсовет Петербурга рассмотрел проект санаторного комплекса в Солнечном, представленный руководителем бюро «А.Лен» Сергеем Орешкиным. Экспертам понравилась архитектура, но большие сомнения вызвала среда, которая намекает на вероятность апартаментов: дисперсная застройка, небольшое количество парковочных мест и отсутствие крытого бассейна плохо сочетаются с типологией комплекса.
Репортаж
Вторая итерация
Градсовет Петербурга повторно рассмотрел проект дома, который повлияет на панорамы Большой Невки. Бюро «А2» прислушлось к рекомендациям и поработало с ритмом, торцами и верхним террасированным уровнем. Эксперты поддержали улучшения и признали проект удачным.
Репортаж
Задел на устойчивость
Форум «Казаныш» в этом году прошел с особенным размахом: эксперты из 25 стран, «премьера» театра Камала от Wowhaus и Кэнго Кумы, полные людей лектории, анонс международных конкурсов и новых мега-проектов. Мы пробыли на фестивале два дня, а пищи для размышления получили на год. Делимся впечатлениями, услышанными практическими советами и продолжаем наблюдать – будет ли меняться архитектурный процесс после профессиональных интеграций со странами БРИКС+.
Репортаж
Больше стиля
Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект застройки бывшего Мытного двора – теперь им занимается мастерская «Евгений Герасимов и партнеры», которая для новых корпусов предложила пять трактовок исторических стилей от английской классики до а-ля рюс. Эклектика не всем пришлась по душе, однако превалировало настроение привести наконец в порядок территорию за забором.
Репортаж
Пара театралов
Градостроительный совет Петербурга высоко оценил проект дома на проспекте Римского-Корсакова, который должен заменить советскую диссонируюущую постройку. «Студия 44» предложила соответствующие исторической части города габариты и выразительное фасадное решение, разделив дом на «женскую» и «мужскую» секции. Каскады эркеров дополнит мозаика по мотивам иллюстраций Ивана Билибина.
Репортаж
Конкурс: плата за креатив?
Со дня на день ждем объявления результатов конкурса группы «Самолет» на участок в Коммунарке. А пока делимся впечатлениями главного редактора Юлии Тарабариной – ей удалось провести паблик-толк, который технически был посвящен взаимодействию девелопера и архитекторов, а получился разговором о плюсах и минусах конкурсной практики.
Репортаж
Мандариновый рай
Выставка Москомархитектуры в Центре Зотов апеллирует непосредственно к эмоциям зрителей и выстраивает из них цепочку наподобие луна-парка или квест-рума, с большой плотностью и интенсивностью впечатлений. Характерно, что нас ведут от ностальгии и смятения с озарению и празднику, совершенно китчевому, в исполнении главных кураторов. Похоже, через праздник придется пройти всем.
Тексты по событиям: выставка Museum Loci. Взгляд архитекторов XXI века, выставка Российская архитектура. Новейшая эра
Репортаж
Музей архитекторов: локация – невесомость
Выставка Museum loci, открывшаяся в Музее архитектуры – огромная, хотя и занимает всего два этажа Флигеля-Руины. В основном специально для нее 59 архитекторов сделали объект или рисунок с размышлением о музее архитектуры, иногда очень определенным, но чаще – креативно-обобщенным. Таких больших выставок объектов от архитекторов не то что давно не было, но, кажется, не было вообще. Если тема и подходы интересны, то «залипнуть» в залах Руины можно надолго. Рассказываем подробно, в том числе о том, как правильно произносить название (спойлер: без разрешения сюда прокрался даже бог Локи).
Интервью
Петербургский коллаж
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра» расширена петербургским контентом. Предлагаем впечатления о ней и архитектурном процессе последних тридцати лет из первых рук – от участников.
Фрагмент
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Репортаж
Свет в окошке: попытка хронологии
Выставка «Российская архитектура 1989 – 2019. Новейшая эра» охватывает тридцать постсоветских лет, демонстрируя как общую хронологию, так и выбор экспертов – вещи, претендующие на статус лучших. Можно идти, изучать, учить даты и ахать над забытыми фактами.
Технологии и материалы
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
LVL брус – для реконструкций
Реконструкция объектов культурного наследия и старого фонда упирается в ряд ограничений: от весовых нагрузок на ветхие стены до запрета на изменение фасадов. LVL брус (клееный брус из шпона) предлагает архитекторам и конструкторам эффективное решение. Его высокая прочность при малом весе позволяет заменять перекрытия и стропильные системы, не усиливая фундамент, а монтаж возможен без применения кранов.
Гид архитектора по нормам пожаростойкого остекления
Проектировщики регулярно сталкиваются с замечаниями при согласовании светопрозрачных противопожарных конструкций и затянутыми в связи с этим сроками. RGC предлагает решение этой проблемы – закаленное противопожарное стекло PyroSafe с пределом огнестойкости E60, прошедшее полный цикл испытаний.
Сейчас на главной
send.project
Разрыв шаблона
Спроектировать интерьер завода удается мало кому. Но архитекторы бюро ZARDECO получили такой шанс и использовали его на 100%, найдя способ при помощи дизайна передать амбициозность компании и высокотехнологичность производства на заводе «Скорса».
send.project
Барокко 2.0
Студия ELENA LOKASTOVA вдохновлялась барочной эстетикой при создании интерьера бутика Choux, в котором нарочитая декоративность деталей сочетается с общим лаконизмом и даже футуристичностью пространства.
send.project
Отель на вулкане
Архитектурное бюро ESCHER из Челябинска поучаствовало в конкурсе на отель для любителей конного туризма в кратере потухшего вулкана Хроссаборг в Исландии. Главная цель – выйти за рамки привычного контекста и предложить новую архитектуру. Итог – здание в виде двух подков, текучие формы которого объединяют четыре стихии, открывают виды на пейзажи и создают условия для уединения или общения.
send.project
Огороды у кремля
Проект благоустройства берега реки Коломенки, разработанный бюро Basis для участка напротив кремля в Коломне, стал победителем конкурса «Малых городов» в 2018 году. Идеи для малых архитектурных форм авторы черпали в русском деревянном зодчестве, а также традиционной мебели. Планировка функциональных зон соотносится с историческим использованием земель: например, первый этап с регулярной ортогональной сеткой соответствует типологии огорода.
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Интервью
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.
Объект
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Обзор
Восходящие архитектурные звезды – кто, как и зачем...
В рамках публичной программы Х сезона фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел презентационный марафон «Свое бюро». Основатели молодых, но уже достигших успеха архитектурных бюро рассказали о том, как и почему вступили на непростой путь построения собственного бизнеса, а главное – поделились советами и инсайдами, которые будут полезны всем, кто задумывается об открытии своего дела в сфере архитектуры.
Интервью
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Объект
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Пресса: Города обживают будущее
Журнал «Эксперт» с 2026 года запускает новый проект — тематическую вкладку «Эксперт Урбан». Издание будет посвящено развитию городов и повышению качества жизни в них на основе мирового и российского опыта. В конце 2025 редакция «Эксперт.Урбана» подвела итоги года вместе со специалистами в области урбанистики и пространственного развития.
Обзор
Экономика творчества: архитектурное бюро как бизнес
В рамках деловой программы фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел паблик-ток «Архитектура как бизнес». Три основателя архитектурных бюро – Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM), Дарья Туркина (BOHAN studio) и Алексей Зародов (Syntaxis) – обсудили специфику бизнеса в сфере архитектуры и рассказали о собственных принципах управления. Модерировала встречу Юлия Зинкевич – руководитель коммуникационного агентства «Правила общения», специализирующегося на архитектуре, недвижимости и урбанистике.
send.project
На берегу
Комплекс, спроектированный Андреем Анисимовым на берегу Волги – редкий пример православной архитектуры, нацеленной на поиск синтеза: современности и традиции, разного рода исторических аллюзий и сложного комплекса функций. Тут звучит и Тверь, и Москва, и поздний XVIII век, и ранний XXI. Красивый, смелый, мы таких еще не видели.
Результаты конкурса
Видение эффективности
В Минске в конце ноября прошел II Международный архитектурный форум «Эффективная среда», на котором, в том числе, подвели итоги организованного в его рамках конкурса на разработку эффективной среды городского квартала в городе Бресте. Рассказываем о форуме и победителях конкурса.
send.project
Медийность как стиль
Onda* (design studio) спроектировала просторный офис для платформы «Дзен» – и использовала в его оформлении приемы и элементы, характерные для новой медиакультуры, в которой визуальная эффектность дизайна является обязательным компонентом.
send.project
Тонкая настройка
Бюро SUSHKOVA DESIGN создало интерьер цветочной студии в Перми, с тактом и деликатностью подойдя к пространству, чья главная ценность заключалась в обилии света и эффектности старинной кладки. Эти достоинства были бережно сохранены и даже подчеркнуты при помощи точно найденных современных акцентов.
send.project
Яркое, народное
Десятый год Wowhaus работают над новогодним украшением ГУМа, «главного», ну или во всяком случае, самого центрального, магазина страны. В этом году темой выбрали Дымковскую игрушку: и, вникнув в историю вопроса, предложили яркое, ярчайшее решение – тема, впрочем, тому прямо способствует.
Объект
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
send.project
Вторая ось
Бюро Земля восстановило биологическую структуру лесного загородного участка и спроектировало для него пешеходный маршрут. Подняв «мост» на высоту пяти метров, архитекторы добились нового способа восприятия леса. А в центре расположили домик-кокон.
Мнение
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Новость
Подлесок нового капрома
Сообщение по письмам читателей: столовую Дома Пионеров превратили в этакий ресторанчик. Казалось бы, какая мелочь. Обратимая, скорее всего. Но она показывает: капром жив. Не остался в девяностых, а дает новую, модную, молодую поросль.
Рецензия
Правда без кавычек
Редакционный корпус комбината «Правда» отреставрируют, приспособив под дизайн-отель. К началу работ издательство «Кучково поле Музеон» выпустило книгу «Дом Правды. На первой полосе архитектуры» об истории знакового здания и его создателе Пантелеймоне Голосове.
Интервью
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Репортаж
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
send.project
Коридор лиминальности
Роман Бердник спроектировал для Смоленского кладбища в Санкт-Петербурге входную группу, которая помогает посетителю настроиться на взаимодействие с пространством памяти и печали. Работа готовилась для кирпичного конкурса, но материал служит отсылкой и к жизнеописанию святой Ксении Петербургской, похороненной здесь же.