Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра

Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.

28 Июня 2023

Мнение

Конкурсы

Я ошиблась. Рассказывая о проекте победителя конкурса на реконструкцию Красноярского театра оперы и балета, бюро Wowhaus, я сообщила, что театр будет снесен полностью, помимо сохраняемых скульптур девушек-муз и воспроизводимого звездчатого витража фойе. Все оказалось немного не так. С извинениями официально опровергаю: театр в конкурсном проекте Wowhaus предлагается снести не весь, центральное ядро, которое состоит из старого зрительного зала, коробки и крыльев сцены, сохраняется. Это видно на схеме сохраняемых и разбираемых частей, которую авторы предоставили мне уже после публикации текста, когда потребовали опровержения. Вот эта схема, серым то, что сохраняется.

Видно, что в проекте Wowhaus сохранены стены зрительного зала, часть внешних стен коробки сцены, симметричные лестницы в местах стыковки зала и сцены. Витраж фойе со звездообразной решеткой – не воспроизводят, а сохраняют.

zooming — Схема сохраняемых и разбираемых частей. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© WOWHAUS

Подкапываясь под -2 этаж, разбирают там фундамент стен основного зала, сейчас существующий почему-то в виде неполной подковы, и заменяют его на ортогональную планировку технических помещений в уровне -10 метров. А вот круглые колонны по сторонам фойе – сносят, новые делают похожими, но дальше, тоньше и чаще; в торцах образовавшихся галерей помещают сохраненные скульптуры муз. Боковые стены сценического объема в первом этаже разбирают ради стеклянного витража, выше, в уровне 4 этажа перфорируют проемами.

Еще раз приношу извинения за ошибку со стенами и витражом; если бы у меня сразу была схема разбираемых частей, и еще если бы в авторском описании не было сказано, что «здание будет полностью перестроено» и «унаследует у своего предшественника форму, габариты главного зала», – то, вероятно, ошибки бы не было. Но схемы нет и в материалах, размещенных на сайте конкурса, где можно найти и альбомы, и презентации всех проектов финалистов.

Итак, справедливость восстановлена: все три проекта призера, включая проект-победитель, основаны на идее сохранения ядра зала и сцены вкупе с интенсивной обстройкой ради дополнительных помещений театра.

Напрашивается сравнение по части сохранения.

На схеме сохраняемых и удаляемых частей проекта Студии 44, занявшего 2 место, видно, что в нижних этажах там сохранено больше, а в верхних ярусах зала и сцены – примерно столько же. Проект Студии 44 не сохраняет звездчатый витраж вообще, но оставляет на месте старые круглые колонны, более того, даже дополняет их еще одним рядом перед главным фасадом.

Образы получаются прямо противоположные: один, я бы так сказала, примиряющий, другой экспансивный – хотя прямой экспансии в нем не так много, пятно застройки прирастает слегка, в основном он растет вверх. «Примиряющий» проект Wowhaus построен на сохранении образа здания, оно остается ощутимо похожим на себя с коррекцией в сторону утонения деталей, например, колонн по бокам или козырька главного фасада, – а также некоторой «рехтовки», к примеру, боковых поверхностей сценического объема, сейчас они плоские, в проекте испещрены желобками, в которые вставлены тонкие тяги, подобные колоннам.

Один проект подчинен идее воспроизведения старого театра в глазах зрителя, причем театр не только становится крупнее, шире, более распластанным и горизонтальным, но и более тонким, прозрачным и элегантным. Другой представляет собой намеренно яркое высказывание, в котором добавления не «утоплены» в наследственном образе, а акцентированы, спутать старые и новые части почти невозможно (если не говорить о колоннаде перед главным фасадом). Это два разных подхода, в каждом что-то есть.

Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© WOWHAUS
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© Студия 44

По отношению к зрительному залу здесь тоже два зеркальных решения: при сохранении стен в обоих случаях один проект полностью переделывает его образ, другой полностью сохраняет. Получается, что одном проекте ностальгия по старому театру работает с внешним подобием, во втором – с внутренним сходством.

Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© WOWHAUS
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Зрительный зал

© Студия 44

Если мы посмотрим на третий проект консорциума А2 & МВ-Проект, о котором рассказывали сегодня, то там конструктив центрального ядра тоже сохраняется и обстраивается. Скульптуры муз переносят к служебному входу.

Схема демонтируемых и усиливаемых частей здания. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© А2+МВП
Схема демонтируемых и усиливаемых частей здания. Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© А2+МВП

Но в третьем проекте не сохраняют ни звездчатую решетку витража, ни колонны – то и другое получает реплики в виде волнистого рельефа стекла и тонких колонн по сторонам.

Существенное отличие: Wowhaus считает важным соблюдение горизонтали высотных отметок, уменьшая высоту здания и увеличивая его длину и ширину на 11 и 10 метров соответственно – консорциум А2 уделяет больше внимания визуальным градостроительным связям и поэтому сохраняет ширину существующего здания, а увеличивает длину и высоту, первую на 12 метров в сумме, вторую на 6 м.

Любопытно сопоставить приоритеты: для москвичей важнейшим контекстуальным ограничением оказалась высотная отметка, для консорциума с красноярским лидерством – градостроительные оси, дальние виды. Соответственно, здания, каждое из которых, по-своему, одно точнее, другое абстрактнее, «косплеит» внешний вид старого театра, получают разные пропорции: одно горизонтальные растянутые, другое задорные вертикальные, усиленные козырьком, вдохновленным Монреальским павильоном.

Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© WOWHAUS
Концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского. Дневной вид с улицы Вейнбаума

© А2+МВП

Высота театра в проекте А2 (3 место) и Студии 44 (2 место) почти одинаковая, порядка 36 метров. У проекта 1 места, Wowhaus, высота – 30.6 м.

Разбираться так разбираться, и я отправилась на сайт конкурса, где, напомню, опубликованы все проекты финалистов. Проект КБ Высотных и подземных сооружений рассматривать не буду, он откровенно не силен, а вот об остальных: АБ ASADOV, ПИ Арена и Четвертое измерение – стоит сказать пару слов.

В проекте бюро ASADOV модернистское здание театра предложено сохранить почти целиком: и ядро, и звездчатые решетки витражей, и козырек, – и его тоже равномерно обстраивают со всех сторон.

Боковые галереи авторы забирают витражами, над основным зрительным залом надстраивают универсальный зал со стеклянными стенами, дающими максимальный обзор; этот новый зал авторы трактуют как репрезентативную площадку, в том числе смотровую, и называют его Губернаторским. Расширенный восточный объем фойе с пристройками авторы окружают новой колоннадой «золотого леса» из медных колонн и пергол, а фонтаны на площади углубляют на 2 яруса вниз и устраивают вокруг них полуподземную площадь, с выходом на нее из подземной парковки. Асадовы также размещают наземные павильоны и галерею вдоль продольной северной границы площади и акцентируют, таким образом, помимо продольной городской, поперечную ось с видом на Енисей, откликаясь на существующие здесь к югу склоны спуска к реке.

1 / 11

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
2 / 11

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
3 / 11

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
4 / 11

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
5 / 11

Разрез. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
6 / 11

-2 этаж. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
7 / 11

-1 этаж. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
8 / 11

1 и 2 этажи. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
9 / 11

1 и 2 этажи. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
10 / 11

3 и 4 этажи. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV
11 / 11

5 этаж. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ ASADOV

Внутри зрительного зала авторы добавляют новые ложи. В этом проекте минимум эксплуатируемых кровель, зато активнее раскрыто подземное пространство. Высота здесь минимальная из возможных, как у Wowhaus – 30.6 метров, зато общая площадь больше, чем у всех трех призеров – 26 900 м², архитекторам удалось при сохранении здания «выкроить» довольно-таки много полезного пространства, в том числе за счет застройки боковых колоннад, использования подземного пространства и северной части площади.

Два других проекта не предполагают сохранение старого здания театра.

Архитекторы «Четвертого измерения», единственные из всех, строят свой новый театр на новом месте, на нынешней площади, и объемы у них двое больше, чем всех других: высоты 70 м и общая площадь 31 030 м2 (здание театра) / 70 450 м² (все здания в составе концепции), учитывая и вероятное строительство башни по соседству в будущем. Словом, тут архитекторы разворачиваются вовсю.

Старый театр сносят, но сохраняют контуры его зрительного зала в форме открытого амфитеатра в общественном пространстве новой площади. Главной осью становится ось фонтана «Реки Сибири», обращенная в сторону Енисея. В целом – происходит своего рода рокировка старого и нового здания, как в шахматах, с максимальным выходом полезных площадей и воспоминанием о старом театре – археологического свойства. Схемы столь масштабного развития изложены ясно и четко.

1 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
2 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
3 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
4 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
5 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
6 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
7 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
8 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
9 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
10 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
11 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
12 / 12

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение

Сам театр становится кубом с эффектным разрывом на 2/3 высоты, скульптурным объемом балконов за стеклянными витражами и ромбической сеткой зрительного зала из светлого дерева.

1 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
2 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
3 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
4 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
5 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
6 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
7 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
8 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение
9 / 9

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© АБ Четвертое измерение

ПИ «Арена» также воспользовались своим правом спроектировать театр заново. Они размещают здание на том же месте, но разворачивают все линии на 45°, ссылаясь, в числе прочего, на диагональную планировку газона на площади в 1956 году, до строительства модернистского театра. Получился параллелепипед в рамках старого плана, вытянутого по оси восток-запад, но с разделенными на стеклянные «кристаллы» прозрачными, беспокойными и легкими фасадами.

В контурах и форме получившегося здания несложно увидеть реплику старого театра: о нем напоминает белый горизонтальный фриз с надписью, стекло и вертикали, прежде всего углов-ребер. Но внутри все по диагонали. Эффект поворота лучше всего понятен при взгляде сверху, где часть объемов выступает на кровле.

Воспоминание о старом театре «прошито» и в реплики элементов: так, звездчатый витраж авторы не сохраняют, но напоминают о нем в другой форме и в другом месте – в виде прорезей на потолках в форме «солнечных часов», как будто отпечатком.

1 / 8

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
2 / 8

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
3 / 8

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
4 / 8

Планы на отметках -10.2 м и -5.1 м. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
5 / 8

Планы на отметках 0 и 5.1 м. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
6 / 8

Планы на отметках 10.2 и 15.3 м. Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
7 / 8

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
8 / 8

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена

Одна из эффектных особенностей проекта – зрительный зал, тоже абсолютно новый, разумеется, что позволило авторам прийти к цельной форме деревянных «лент», этакой многосоставной «гитаре». Авторы сравнивают свой зал со слитком красноярского золота.

Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена
Конкурсная концепция реконструкции Красноярского государственного театра оперы и балета им. Д.А. Хворостовского

© ПИ Арена

***

Безусловно, теперь любопытно, что решит комиссия, которую планировалось создать, по совершенно неправильной традиции наших мест, для объединения лучших идей «не только компании-победителя, но и других участников конкурса». Традиция эта дурацкая, как можно скрещивать ежа с ужом, да еще чужими руками? Не помню, чтобы она к чему-то хорошему приводила. То ли дело – выбрали победителя, и пусть бы работал.

Но эта традиция, в числе прочего, подталкивает нас к тому, чтобы рассматривать все проекты, а по результатам увиденного хочется сказать вот что. Непростое это дело, реконструкция модернистского здания с необходимостью существенного расширения и пожеланием сохранения памяти о нем. Как его вообще сохранить, если его надо радикально увеличить?

И вот, теперь мы получили несколько видов и градаций сохранения. Одно – сохранение конструктивного ядра как такового, с обстройкой, которое присутствует в трех проектах. Интересно, в чем его смысл, в экономии конструкций или в сохранении театра как реликвии? Этакая подлинная, но недоступная для обозрения реликвия, глубоко «закопанная» среди обстроек, которые то проявляют смело свою новизну, то наоборот, погружаются в воспроизведение знакомой горожанам образности. Своего рода качели. Как их «поженить»? Неизвестно. Надо думать, что сохранение ядра – это скорее экономия на строительстве, чем «реликвия». Хотя – сохраняемые конструкции все равно, при условии надстроек, придется укреплять.

Самый простой и понятный вариант реликвии – это сохранение обозримых подлинных частей: фасадных скульптур, звездчатых витражей, колоннад, интерьера зала. Здесь все просто, вот он, остаток старого театра, его можно потрогать. Но остаток, так или иначе, будет небольшим.

Сложнее всего с сохранением образа: в какой момент он теряет узнаваемость? Где начинается увеличенная реплика, нечто похожее, но не родное? Здесь, надо признать, выигрывает проект Wowhaus, занявший первое место, его реконструкция больше всего похожа на «исходник». Хотя не все в нем настоящее, что-то – похожее на то, что было.

И очевидно, что архитектурное высказывание становится ярче тогда, когда оно удаляется или дистанцируется от реконструкции. Здесь тоже понятно: авторское – оно авторское и есть, для него важно различать: спор / контраст / диалог / мимикрию.

Словом, любопытный сюжет, и непросто придется комиссии.

Реконструировать театр планируют к 400-летию города, которую будут праздновать в 2028 году.

28 Июня 2023

Похожие статьи

Мнение

«Чужие» в городе

Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?

Мнение

Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...

В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.

Мнение

Угадай мелодию

Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.

Мнение

Казус Нового

Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.

Мнение

«Рынок неистово хочет общаться»

Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.

Мнение

ЛДМ: быть или не быть?

В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.

Мнение

Теряющая смысл интеллигентность

На днях журналистам показали здание хлебозавода №5, обновленного по проекту Сергея Чобана. Публикуем размышления Григория Ревзина об этом проекте.

Мнение

Пользы не сулит, но выглядит безвредно

Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.

Мнение

Буян и суд

Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы

Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Россия и Америка

Следующий пост Григория Ревзина из серии об ЭКСПО 2020 посвящен сравнению павильонов США и России. Оно получилось в пользу России.

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...

Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны

Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.

Мнение

Помпиду наизнанку

Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.

Мнение

Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун

Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.

Мнение

Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа

НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.

Мнение

Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре

«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.

Мнение

Пять главных больных тем охраны наследия

В преддверии фестиваля «Архитектурное наследие» публикуем несколько мнений – Ирины Крымовой, Ирины Маркиной и Петра Черненко – об актуальных российских проблемах в области охраны наследия.

Мнение

ВХУТЕМАС versus БАУХАУС

Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.

Мнение

Архитектурный протекционизм по-шведски

Башни-близнецы бюро OMA в Стокгольме не получили главную архитектурную награду Швеции: это не просто каприз жюри, объясняет Елена Волкова.

Мнение

Еще одна история

Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.

Мнение

Игорь Каширин: «Давайте раздвигать границы, а не сужать...

Архитектор Игорь Каширин – о проекте закона об архитектурной деятельсноти.

Мнение

Михаил Бейлин: «Закон даёт архитекторам призрачные...

Соонователь CITIZENSTUDIO – о законопроекте об архитектурной деятельности.

Мнение

Закон об архитектурной деятельности: ответ Николая...

Публикуем текст письма президента САР и СМА Н.И. Шумакова – ответ на письмо архитекторов о проекте Закона об архитектурной деятельности, обнародованное недавно.

Мнение

Феликс Новиков: ответ Сергею Кузнецову

Ответ на ответ главного архитектора Москвы, опубликованный на прошлой неделе.

Мнение

Сергей Скуратов: «Школа должна была стать жемчужиной...

Говорим с Сергеем Скуратовым о результатах конкурса на здание в центре комплекса, которым архитектор занимается с 2006 года. Показываем не победивший конкурсный проект и делаем попытку изучить случай.

Мнение

О недостроенном Новокировском проспекте и недостроенной...

Воспоминания Феликса Новикова об истории одного из его ключевых, но многострадальных проектов.

Мнение

К проблеме хронологии сталинской архитектуры

Дмиртий Хмельницкий – о том, что советский конструктивизм последних лет был, на самом деле, сталинской архитектурой: «по социальному смыслу, типологии и функциональному содержанию».

Мнение

Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки

В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.

Мнение

Вавилонская башня культуры?

Реконструкция ГЭС-2 для Фонда V-A-C по замыслу Ренцо Пьяно в центре Москвы – яркий пример глобальной архитектуры, льстящей заказчику, но избежать воздействия сложного контекста этот проект все же не может.

Технологии и материалы

Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины

Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.

Полимеры: завтрашний день строительства

Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.

Земля плюс картон

Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.

Цифровой дозор

Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.

Палитра возможностей. Часть 2

В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.

Технадзор с дрона

В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.

Палитра возможностей

Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.

Поглотитель CO₂

Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.

Новая материальность: как полимеры изменили язык...

Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.

Юбилейный год РЕХАУ

В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.

Формула Real Brick

Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.

Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств

В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.

«Марсианская колония» на ВДНХ

Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.

ЖК Voxhall: выбор материала и технические решения

Эксперты компании Славдом делятся опытом реализации фасадов жилого комплекса бизнес-класса Voxhall в центре Москвы: от подбора материала до его индивидуальной разработки.

Материал как метод

Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.

Десять новых кирпичей ModFormat

Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.

Новинки керамогранита на Cersaie 2025

Бутик Итальянской Плитки LUCIDO представляет обзор самых ярких новинок, представленных на осенней выставке Cersaie в Болонье.

Архитектура тишины

Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.

Моллирование 2.0

Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.

PRO Тепло: утеплитель, который не стареет

Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.

Сейчас на главной

send.project

Кирпичные зубцы

Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.

Работы студентов

«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени

Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.

Объект

Ковчег-консоль

В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.

Интервью

Давай поговорим о брутализме

Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.

Объект

Контур «Основания»

В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».

Объект

Летящая горизонталь

«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.

Объект

Природа в витрине

Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.

send.project

Симоновская ветвь

Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.

send.project

Чемпионский разряд

Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.

Обзор

Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...

Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.

Премия

Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист

В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.

Объект

Сносить нельзя, надстроить

Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.

send.project

Визуальная чистота

Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.

send.project

Кирпичная вуаль

В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.

in memoriam

Памяти Михаэля Айхнера

Как нам стало известно, 19 октября 2025 года, в возрасте 57 лет, ушел из жизни архитектор Михаэль Айхнер.

Объект

Иглы созерцания горизонта

«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.

Объект

Отель у озера

На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.

Конкурс

Земля как материал будущего

Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.

Объект

«Познавательный ландшафт»

Начальная школа Учжоу по проекту People’s Architecture Office в Шэньчжэне.

Объект

Сокровища Медной горы

Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.

Обзор

Рога и море, цветы и русский стиль

Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.

Объект

От черных дыр до борьбы с бедностью

Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.

Объект

Пространство потока

В китайском городе Лишуй открылся аэропорт по проекту бюро MAD: его терминал напоминает птицу в полете.

send.project

Первобытная мощь, или назад в будущее

Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.

Репортаж

Священная роща

Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.

send.project

Конный строй

На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».

Объект

Высотные каннелюры

Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.

Обзор

Хартия Введенского

В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.

send.project

В ритме Бали

Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.

send.project

Манифест натуральности

Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.