Звезда с звездою говорит

Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.

Объект
Урбанистика / Градостроительство Архитектура
mainImg
Надо ли писать о проектах нереализованных и уже не предназначенных к реализации? Есть мнение, что нет, поскольку реально то, что воплотилось, и еще, как говорят коллеги, «мало ли кто что спроектировал, а ты поди реализуй». Мы с этим мнением не согласны: проекты формируют информационное поле, и без знания некоторых проектов впоследствии невозможно понимать, почему такими получились – иногда уже других совершенно авторов – реализации. 

Особенно когда над проектами пару лет работают бюро из числа лучших. Так что, когда появилась возможность опросить всех участников работы над Красным Октябрем 2024–2025 годов, я с интересом согласилась.  
zooming
Красный Октябрь. Вид от Соймоновского проезда. 2026
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Вообще-то проектирование для территории «Красного Октября» идет с 2003 года, тогда его назвали «Золотым островом»; там работали Нувель, Вильмотт, Фостер – а из российских, кажется, только Меганом. Эту раннюю историю еще предстоит написать, мы пока сосредоточимся на недавнем времени, 2024–2025 годах. 

Но в двух словах напомним, что Жан Нувель в 2007 году предлагал гостиницу в виде гигантского старого, полуразвалившегося кирпича, используемого как пещерный город. Ставил ее на месте института «Стрелка». А архитекторы Меганом, делая мастер-план в 2020 году, сохранял и «Стрелку», и гостиницу Нувеля – отодвигая последнюю к востоку вдоль пешеходного моста. 
  • zooming
    Мастер-план «Красного Октября» на 2020 год. Отмечены сохраняемые здания «Стрелки» и гостиница Жана Нувеля
    © Меганом
  • zooming
    Гостиница для «Красного Октября», 2007
    © Ateliers Jean Nouvel

В мастер-плане Меганома 2020 года были и еще интересные вещи. Одна – просто остросюжетная: заказчик сам предложил идею сокращения (!) общей площади новых построек. Как правило, речь в процессе развития проектов идет об увеличении, а тут – сокращение. 

Среди идей также фигурировал подземный ход. Его авторы прокладывали под главной осевой улицей, он состоял из высокого центрального нефа и двухъярусных боковых, где на втором этаже планировались места для дронов-доставщиков. На мыс пространство выходило широким светящимся раструбом – к нижней набережной. Решение, вероятно, непростое и недешевое. Но насколько насыщенное эмоционально и пластически решение. 
  • zooming
    Мастер-план для «Красного Октября», 2020
    © Меганом
  • zooming
    Мастер-план для «Красного Октября», 2020
    © Меганом

Было бы очень круто что-то такое сделать... Да. 

Но вернемся к нашим 2024–2025 годам. 

Компания Гута вернулась к проектированию территории к юго-востоку от «Лужкова мостика», то есть к той оконечности Острова между Водоотводным каналом и Москвой-рекой, которую принято называть Стрелкой, после длительной паузы в 2022–2023 годах. Мастер-планом занимался Юрий Григорян и Меганом. По их же проекту начали стройку ЖК «Красный Октябрь» – три объема с кирпичной облицовкой на набережной Водоотводного канала; сейчас он уже близок к завершению. 
  • zooming
    ЖК «Красный Октябрь» / первая очередь
    © Меганом / Гута Девелопмент
  • zooming
    ЖК «Красный Октябрь» / первая очередь
    © Меганом / Гута Девелопмент

В тот момент весь «Красный Октябрь» – премиальный жилой комплекс в центре Москвы – планировался красно-кирпичным в память о фабрике «Эйнем». От которой сохраняются корпуса со статусом ОКН регионального значения: дом 6, строения 2 и 3, архитектор Калмыков, 1905–1907. «Красный цвет в России – окраска, говорящая о преимуществе; красное и прекрасное ― синонимы», – цитирует буклет 2024 года слова Александра Дюма. 
zooming
«Фабрика улиц». Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Презентация идеи
© Меганом & Saga

Другой вектор архитектурной работы был задан охраной памятников. «Там все было очень зарегулировано по плотности и высоте. Например, вдоль канала можно было ставить только маленькие домики», – рассказывает Юрий Григорян. 

1 часть / 2024

В рамках этого «зарегулированного» мастер-плана в 2024 году к участию в проекте пригласили, помимо Меганома, три архитектурных бюро. «Мы бы хотели позвать многих, сделать, как на ЗИЛАРТе, где одни архитекторы потом приглашали других. Но это непростой процесс и по предложению заказчика в проекте остались только Меганом, Сергей Скуратов и «Цимайло, Ляшенко и Партнеры». Чтобы увеличить количество участников, мы разделили свой участок с бюро Saga, и до конца проекта мы работали вместе – четыре бюро как единый коллектив», – говорит Юрий Григорян.

Территорию разделили следующим образом: собственно стрелкой, то есть мысом, и набережной обводного канала, продолжающими линию строящегося дома – Меганом и Saga. Над охраняемыми корпусами фабрики «Эйнем» работало подразделение девелопера; как и над соседним, без статуса, зданием, которое все же планировалось сохранить. К северу от сохраняемой части фабрики – большой участок Сергея Скуратова. Еще севернее, вдоль моста, – Цимайло, Ляшенко и Партнеры. 

В силу достаточно жестких высотных ограничений застройка получилась составленной из кварталов и улиц: подход хорошо иллюстрирует один из совместных альбомов Меганома и Saga 2024 года, он состоит из двух частей – «фабрика улиц» и «промышленные усадьбы». Две части застройки скошенными фасадами образовывали этакий портал-пропилеи перед общественной и зеленой площадью-парком на мысу, а ряд зданий вдоль канала был прорезан несколькими осями – «улицами». Часть из них была открыта для пешеходов, другая служила визуальными прострелами. Здесь 4-этажные объемы были соединены перемычками, под которыми, с двух сторон, располагались входы в лобби.

Артем Стаборовский, Меганом, Saga

Наш градостроительный подход назывался «Фабрика улиц». Красный Октябрь состоит из характерных поперечных улиц – они идут параллельно друг другу: начинаются и заканчиваются урезом воды, что крайне не типично для исторических городов.
Обычно, в старой традиции, улицы выстраивались, наоборот, вдоль каналов.

А это очень редкое и красивое явление, которое проект стремился сохранить своей градостроительной формой.

Дома образуют пары, соединенные воздушными мостиками – довольно характерный сюжет для промышленного Красного октября.

Под мостами с обеих сторон входы в лобби, но улицы при этом сохраняют свою сквозную прозрачность, что особенно заметно с противоположенного берега Якиманской набережной.



Все нижние этажи были общественными, а на мысу стрелки перед «распахнутыми» фасадами появлялась городская общественная площадь-парк, плавно переходящая в набережную-амфитеатр на все три стороны, по каналу – до мостика. Среди линии малых домиков авторы сохраняли узкий корпус-пенал архитектора Чиарова, наделенный кирпичным декором, но лишенный охранного статуса. 
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga

Со стороны Водоотводного канала выстраивались, таким образом, семь «кирпичных домиков» с ритмичными пространственными паузами между ними – визуальный гибрид между петровской застройкой «сплошной фасадой» и фабричной, как правило, не лишенной цезур, планировкой. 
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Архитектурная концепция II очереди строительства в рамках реализации освоения территории «Красный Октябрь». Проект, 2024
    © Меганом, Saga

Александр Цимайло и Николай Ляшенко выстроили вдоль Патриаршего моста объем модернистского характера: два жилых объема, повыше и пониже, первый похожий на пластину какого-нибудь советского института с фасадом то из вертикальных цилиндров, то из крупных ребер с большим выносом. Второй чем-то похож на питерский Морвокзал – в плане трапеция, по контуру глубокие лоджии с дугами-арками по нижнему контуру. Арки были не декоративные: за ними внутри здания скрывались своды, а фасады были, таким образом, «срезами» внутренней структуры. 

Протяженный стилобат с зенитными фонарями, вытянутый между двумя объемами, авторы трактовали как парафраз площади Института «Стрелка» – это культовое место, увы, при ревитализации восточной части Острова сохранять не планируется, хотя архитекторы в процессе работы предлагали варианты. Впрочем, надо понимать, что амфитеатр и пространство института проектировались, по словам Олега Шапиро, в расчете на приблизительно на три года работы и последующий девелопмент – а просуществовать им удалось намного больше. 
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Все в красном цвете, но оттенок заставляет предполагать бетон, окрашенный в массе – как когда-то планировал Владимир Сомов в проекте новгородского Драмтеатра. 

А Wowhaus в варианте «красного мастер-плана с ограничениями» 2024 года – назовем его так – работал над собственно мысом, треугольной территорией, на которой расположен еще один ОКН «Красного Октября» – яхт-клуб. 
zooming
Схема распределения работы над участками внутри мастер-плана бюро Меганом 2023 года. Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
© Сергей Скуратов ARCHITECTS

Сергей Скуратов проектировал 3 очередь – два квартала в самой середине между блоком ЦЛП, фабричными корпусами-ОКН и трехчастным домом Юрия Григоряна 2022–2023 годов.
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Скуратов тоже предлагал сохранить два кирпичных здания без охранного статуса, на южном углу. Он же предлагал сохранить фасад корпуса, в котором сейчас располагается ресторан «Магадан», встроив его в южную стену здания ЦЛП. 

А также, уже в первом варианте, Сергей Скуратов начал экспериментировать с «красным» кодом: в квартале у реки кирпич стал коричневым, пестрым, а кладка шершавой. В объемах по соседству с сохраняемыми красно-кирпичными корпусами появился коричневатый камень. И довольно много металла, а также любимые автором градиенты откосов разной ширины и выноса, простенки с «ласточкиным хвостом» в сечении, гнутые стекла на углах. 
  • zooming
    1 / 5
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    2 / 5
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    3 / 5
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    4 / 5
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    5 / 5
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

В каждом квартале – дворы. Только, как видим, рядом с рекой квартал трапециевидный, в плане двор «ножками» раскрыт в сторону корпуса ЦЛП – но расположен на кровле стилобата и отгорожен «от суеты» кирпичной стенкой с выраженным рельефом. И еще в нем небольшой пруд-фонтан. 
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Этот «двор для уединения» сильно напоминает «висячие сады» итальянского Ренессанса, например, в герцогском дворце Мантуи; но и много еще где. 

А там, где сохраняли старые корпуса, двор был полностью закрытым и почти квадратным. Но в него – смотрим на проект – вдавалась «стекляшка» кафе на первом этаже, часть общественного яруса. Со стороны улицы ее витраж был заглублен под сплошным козырьком консоли, приютом усталого путника в городском центре, а изнутри кафе «вторгалось» во двор, так что он получался хотя приватным, но для взгляда доступным. 
  • zooming
    1 / 4
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    2 / 4
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    3 / 4
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    4 / 4
    Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Само по себе такое решение «полувторжения» общественно-коммерческого пространства во двор – даже и не вспомню, чтобы где-то видела. 

У приречного квартала тоже планировался ресторан и протяженная площадь перед ним, с видом на ХХС. Вид через витраж ресторана был бы – на сохраненную стену от «Магадана». В какой-то из версий между двумя кварталами были переброшены мостики, а входы в лобби и drop-off для такси устроены под ними. 

Кроме того, поскольку Сергей Скуратов опубликовал оба своих проекта «Красного Октября» на сайте бюро, мы можем судить о планировках. К примеру, со 2 этажа панорамного «речного» дома начинаются 4-комнатные квартиры – а в исторических объемах, наоборот, на 2 и 3 этажах группируются 1-комнатные. Пентхаусов тут огромное количество, все же очень премиальное жилье; есть они и в сохраняемых корпусах – с антресольными этажами, причем высота нижнего этажа там 3.7, а верхний из-за скатной кровли варьируется от 2.7 до 5.1 м. Как вариант – 3.6 и 6.6 м в соседнем корпусе. 

Впрочем, надо сказать, что и в проекте небольших попарно объединенных домиков от Меганом и Saga вдоль канала тоже были свои «фишки» – к примеру, в перемычках были расположены мастер-спальни с террасами, которые над входным двором смотрели в сторону воды. 

  
2 часть / 2025

Говорить о точных датах сложновато, поскольку сами участники помнят уже не всё, остается ориентироваться по датам альбомов... Поэтому мы считаем достаточным ограничиться годами. 

Где-то в начале 2025 года были отменены ограничения по высотности и плотности – и вот тогда по инициативе главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова всем четырем бюро предложили совместно поработать над новым мастер-планом и – перескажем это так – сделать проект поактивнее в смысле формообразования. 

Трудились с множеством обсуждений и в то же время каждое бюро над своим фрагментом. Только Wowhaus исчез с площадки яхт-клуба, но в какой-то момент занимался благоустройством всей территории в целом. 
zooming
Схема распределения работы над участками внутри мастер-плана бюро Меганом 2023 года. Красный октябрь. Проект 3 очереди жилого комплекса, 2024
© Сергей Скуратов ARCHITECTS

Юрий Григорян характеризует отмену ограничений так: «историки проиграли». 

Юрий Григорян, Меганом

Отменили ограничения по высоте, вот что важно. Там ведь была очень серьезная борьба историков за масштаб; в результате они потерпели некоторое поражение с  режимами и регламентами… Первоначальный наш мастер-план был более скромный, контекстуальный, исторический. Все было в соответствии со старым регламентом и ниже. При этом надо сказать спасибо заказчику, что они не стали выбирать всю разрешенную площадь и согласны построить меньше чем могли – это необычно для сегодняшней практики. 
 
Теперь высоты другие, сняли все ограничения, сказали, делайте что хотите. Тогда Цимайло предложил сделать площадь вместо большого квартала рядом со Стрелкой; а Скуратов предложил башню – сначала на стрелке (тут у нас был конфликт в команде), и потом на новой площади. Потом площадь сжалась до размеров нашей парковки, которая сейчас перед нашим офисом на «Красном Октябре»… И башня уменьшилась по размеров кампанилы. Лучше наверное было бы вообще без башни.
 
В какой-то момент в первом мастер-плане мы боролись  за «Стрелку», сделали вариант, чтобы ее не сносили. Делали общественное пространство (музей острова) под парком на Стрелке, но его из проекта убрали – дорого. Но хорошо, что парк все же остался. В итоге у нас кроме первого кирпичного дома, который достраивается, в будущем проекте остался один дом – реконструкция на набережной Обводного канала. Мне кажется, что он достаточно скромный и ничего не испортит. 
 
Думаю, самое интересное, что тут было – феномен нашей коллективной работы над корректировкой мастерплана. Все были согласны, что это круто, драгоценный эпизод сотрудничества трех бюро.

Очевидно, что отмена ограничений привела к некоему «движению масс». Часть объектов подросла, но появилось и пространство для маневра в целях создания новых общественных пространств. 

Если говорить о работе Юрия Григоряна и Меганома, то свою площадь-парк на стрелке за спиной Петра I авторы рассматривали как перекличку с березовой рощей Ренцо Пьяно в ГЭС-2. 
zooming
Мастер-план для Красного Октября / 2025 / проект
© Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП

Также среди их идей привлекают внимание две промежуточных, сейчас уже отмененных: треугольный дом с подземным общественным пространством и яхт-клуб с музеем. 

Западный, расположенный ближе к реке, дом в составе «пропилеев» на стрелке за парком-площадью заметно вырос и приобрел глубокие, просторные террасы по всему контуру. Они заметно похожи на палубы корабля, что подчеркивает предложенная в одном из вариантов нижняя поверхность из волнистого полированного металла, намекающая на отражение речных волн даже в пасмурный день. 
  • zooming
    «Треугольный дом» для Красного Октября / 05.2025 / вариант 2 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП
  • zooming
    «Треугольный дом» для Красного Октября / 05.2025 / вариант 2 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП

Но это была – декоративная идея Треугольного дома. Главная же соль заключалась в том, что под пространством мысового парка архитекторы Меганом предложили разместить подземное общественное пространство, связанное с городской, то есть доступной для всех, площадкой на его кровле. Подземный ярус также имел выход на нижнюю набережную, к воде. 
  • zooming
    «Треугольный дом» для Красного Октября / 03.2025 / вариант 2 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП
  • zooming
    «Треугольный дом» для Красного Октября / 03.2025 / вариант 2 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП

Общественное пространство было связано с музеем под яхт-клубом, зданием со статусом ОКН. Его Юрий Григорян накрывал внутри сводами с зенитными фонарями, по своей форме живо напоминающими о другом проекте Меганома, депозитарии Музеев Кремля в Средних Торговых рядах. 

Красивый, металлический, светящийся изнутри дом был метафорой Стрелки для взгляда с Москвы-реки. Дом-Стрелка, похожий на корабль, этакое обозначение всей стрелки в целом. В разных версиях он варьировался, нос был то острым, то срезанным. 

Оба предложения уже отменены. По словам Юрия Григоряна, от Меганома в составе комплекса «Красного Октября» остался один небольшой дом-«пенал» в составе ряда домов Saga на Водоотводном канале. Он отличается ортогональной пластикой и темным цветом. 
  • zooming
    Мастер-план для Красного Октября / 2025 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП
  • zooming
    Мастер-план для Красного Октября / 2025 / проект
    © Меганом в составе коллективной работы Saga, SSA, Меганом, ЦЛП

Александр Цимайло поэтично характеризует совместную работу четырех бюро над новым, без ограничений, мастер-планом как «вышивание». 

Александр Цимайло, Николай Ляшенко, АБ ЦЛП

Когда возникла возможность пересмотра ограничений, мы увидели, что первый вариант, еще подчиненный им, был недостаточно проницаемым и открытым – в части структуры мастер-плана как пространства для людей. И мы начали работать над новым вариантом компоновки. Требовалось совместить приватность будущих жителей, общественную жизнь и движение большого потока людей через остров.

Мы вместе обсуждали сильные и слабые стороны разных решений, сформулировали несколько общих идей, а затем разделили работу, чтобы проверить три направления. Было бы странно, если бы мы все вышивали на одном и том же платке, поэтому сделали три разные вышивки – вариации на одну тему. Мы постоянно показывали их друг другу, обсуждали, что работает лучше, и обменивались идеями.

В результате сложился сценарий движения по всей территории: человека встречает площадь, затем он попадает на бульвар, а оттуда может свернуть в более камерные пространства внутренних дворов.


В обсуждении нового мастер-плана Цимайло и Ляшенко предложили решительный шаг: поместили у реки крупную трапециевидную в плане рамку – модернистского лаконизма и размаха. Но поставили ее на «маленькие домики», взявшие на себя роль корбюзеанских опор – причем их расположение восходило к исторической расстановке фабричных корпусов еще до расчистки существующей парковки. 
  • zooming
    Мастер-план Красного Октября 2025 от АБ ЦЛП
    © АБ ЦЛП
  • zooming
    Мастер-план Красного Октября 2025 от АБ ЦЛП
    © АБ ЦЛП

Предполагаю, что «домики-ноги» были задуманы, как и все первые этажи здесь, для общественно-коммерческой функции, равно как и лобби жилых секций, а площадь внутри трапеции могла быть общегородской. 

Также видим, что в восточной части у моста появлялась еще одна, определенно открытая и городская, площадь – и дом-каре рядом с ней. 

Смелое, емкое и размашистое решение. Также несложно заметить, что «дом-рамка» вторил в этом варианте Треугольному дому Григоряна, пристроившись в его кильватер. А вот участки 3 очереди Скуратова попросту исчезали. Ну или перераспределялись... Может быть, авторы идеи планировали отдать коллеге небольшое каре в средней части? 
  • zooming
    Мастер-план Красного Октября 2025 от АБ ЦЛП
    © АБ ЦЛП
  • zooming
    Мастер-план Красного Октября 2025 от АБ ЦЛП
    © АБ ЦЛП

Был и другой вариант АБ ЦЛП, с более четким распределением территорий. Здесь дома Цимайло и Ляшенко тянулись вдоль моста, превратившись в два протяженных объема: тот, который у реки, – жилье с позднемодернистской пластикой. А тот, что ближе к каналу – гостиница. Протяженный объем с цилиндрическим верхом похож на «зальную» церковь и составляет таким образом пару «кампаниле», о которой речь чуть позднее. Под цилиндрическим сводом вверху – лобби, общественное пространство с зеленью внутри. Высотой около 8 метров. Стены стеклянные, на балконах перед ними множество больших бетонных голубей. По словам архитекторов, голуби – намеренная аллюзия на дом Александра Бродского в ЗИЛАРТе, и даже согласованная с автором. 

В данном случае размноженные голуби наделены двумя дополнительными смыслами: птиц много, прямо как на почти любом соборе – и к тому же рядом ГЭС-2, «дом культуры», центр современного искусства. Каждый голубь на балконе, обращенном к ГЭС, будет арт-объектом, напоминающим туристам о близости совриска в пространстве. 

   
Из всех предложенных «вышивок» в 2025 году заказчик выбрал макет Сергея Скуратова. 

Суть предложения SSA заключалась в создании новой градостроительной оси и «главного входа» в пространство Красного Октября – в восточной части, со стороны ГЭС-2, амфитеатра-набережной. Вход представляет собой диагональный «прострел» с востока на запад, от пешеходного моста до исторического корпуса. Ось проходит через городскую площадь, ради ее спрямления появляется скос южного угла жилого дома. Гостиница ЦЛП в некоторых вариантах скошена на торце, а в других – отодвинута. 
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Определенную роль в композиции «полуоткрытого» входа в квартал играет и скос в кирпичном здании Юрия Григоряна 2022–2026 годов. Несколько разных домов таким образом формируют «раструб», пропилеи, но асимметричные и как будто случайно возникшие. Ось идет под углом, диагонально через площадь – как то бывает в ткани исторической застройки небольших европейских городов. Прежде всего Венеции, конечно: там идешь по улочкам, вдруг бац и площадь. Дерево, церковь, колокольня. 

Роль колокольни берет на себя жилая башня-маяк – со стороны «главного входа» от ГЭС-2 она должна была работать акцентом. Удивительное, парадоксальное сооружение, из нескольких метафор, которые можно в нем разглядеть, Пизанская башня – самая простая изо всего, что приходит в голову как легко считываемое обозначение того типа пространства, которое здесь хотели создать. 
  • zooming
    Вариант с круглой башней. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Вариант с граненой башней. Мастер-план для Красного Октября / 2025 / проект
    © Сергей Скуратов Architects

Надо сказать, вполне логично, что «главный вход» появлялся именно здесь. Если раньше общественным центром на территории «Красного Октября» была «Стрелка», то теперь, с появлением на ее месте жилого дома и гостиницы, этот ресурс публичного пространства скорее утрачивается. Зато площадь-набережная с арт-объектом перед ГЭС-2, как и сам «дом культуры», теперь претендует на подобную роль, может быть, даже с большим размахом. Особенно когда что-нибудь откроется в кинотеатре «Ударник». 

К башне мы еще вернемся, а тип пространства – историческая среда европейского города. Не обязательно Венеция или Северная Италия, подойдет и Париж – да, даже в его османовской регулярной части встречаются небольшие то ли скверы, то ли площади, нанизанные на разного рода оси... Аналогию с Парижем приводит и сам архитектор, но в несколько ином ракурсе – говоря о соединении элитного жилья и общественных городских пространств. 

Сергей Скуратов, Сергей Скуратов ARCHITECTS

Самая большая проблема была в том, чтобы поженить две совершенно разные вещи. С одной стороны – очень дорогое жилье, которое вообще-то не подразумевает шума: условно говоря, VII округ Парижа. А с другой – Центр Помпиду. Представьте себе, что Центр Помпиду перенесли в VII округ. Вот примерно такая гремучая смесь.

Нужно было придумать целый кусок города – улицы, площади, проходы, последовательность пространств. Есть несколько маленьких улиц, и они формируются разными домами. Один дом выше, другой ниже, один светлее, другой темнее; они не должны давить друг друга. Между ними должен возникать диалог. Для меня это вообще очень важная вещь – пространственная эмпатия.

Поэтому появилась площадь, прорезанная диагональным маршрутом, который ведет к глубоким аркам в историческом корпусе. Арки внутри делают поворот, меняют  направление. Мне вообще хотелось, чтобы пространство не раскрывалось сразу, одним взглядом. Ты идешь от ГЭС-2, видишь башню как ориентир, немного поворачиваешь – и только после этого оказываешься на площади. Так устроены многие старые итальянские или французские города: пространство все время немного ведет тебя за собой.

Я очень хотел, чтобы эта территория оставалась частью города, а не превращалась просто в дорогой жилой анклав. Поддерживал идею Юрия Григоряна с музеем под площадью, общественный маршрут через яхт-клуб и ресторан. Говорил заказчику: постройте что-нибудь для города, не только для продажи. Такое место не может состоять только из квадратных метров жилья.

Наверное, поэтому мне было так важно, чтобы вся работа оставалась единым ансамблем. Разные архитекторы могут делать разные дома, но должна существовать общая композиция, общая городская ткань – и должен быть архитектор, который отвечает за целое, а не только за свой кусок. За то, чтобы система не рассыпалась. Я с самого начала предлагал: давайте у проекта будет главный архитектор. Не обязательно я – но должен быть человек, который имеет возможность удерживать весь замысел и, если нужно, защищать его. На «Садовых кварталах» это во многом сработало именно потому, что я был генпроектировщиком и отвечал за проект в целом. Мне удалось сохранить процентов восемьдесят первоначального замысла. Здесь такого человека не было. Поэтому нас очень легко разделили: каждый отвечал за свой дом, а за целое в итоге не отвечал никто.

И, конечно, хотелось максимально сохранить исторические здания и встроить их в новую ткань. Мне казалось, что новая площадь должна быть по ощущению процентов на 60–70 старой и только на 30–40 новой. Не в смысле стилизации: мощение, зелень, рестораны, кафе, вся городская инфраструктура могут быть совершенно современными. Но исторические здания должны оставаться основой пространства.


Диагональная ось, проходя через площадь от одного угла к другому, по замыслу Скуратова вела к арке, которая, по предложению архитектора, появлялась «в теле» исторического, но бесстатусного фабричного корпуса. Арка – не только тройная, но еще и с поворотом внутри объема, то есть – с секретом. Здание номер 8 по набережной и 2 по переулку, хотя им занималось подразделение девелопера, привлекло внимание Сергея Скуратова, он предлагал различные идеи, в том числе и для решения его верхнего яруса советской надстройки. 

А диагональный путь – не простой, а переламывающийся под углом, намеренно неочевидный, как то бывает в исторической среде, – в планировочной структуре кварталов к тому же дублировался другой, расположенной тоже по диагонали, но доступной только жителям дорогой. Так в плане скуратовской части возникал треугольник-«мыс», тоже умозрительная «стрелка» – и в то же время контур, вторящий Треугольному дому Григоряна. 
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    На плане темно-красным обозначены сохраняемые кирпичные корпуса, черным пунктиром – стена, планировавшаяся к переносу. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Площадь же, как подчеркивает автор, формировалась максимумом возможных исторических стен. В этом варианте, как и в прежнем, планировалось сохранить два фабричных корпуса без охранного статуса, они давали две стены площади, торцевую и продольную. А стену ресторана «Магадан» Сергей Скуратов переносил на третью продольную плоскость площади и «подращивал» в нижней части для соответствия масштабу. 
  • zooming
    Стена «Магадана», которую в проекте было предложено перенести на новое место – слева, 2-этажная с мезонином. Дом по центру – корпус нового квартала SSA. Дом слева – гостиница АБ ЦЛП. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Площадь. Вид от входа со стороны ГЭС-2. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Угловой сохраняемый дом-апартаменты и вид на площадь и башню. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

...итак, к маячащей в анамнезе проектной работы идее Юрия Григоряна «сделать Красный Октябрь» красно-кирпичным Сергей Скуратов как будто бы добавляет: «не просто кирпичным, а из настоящего исторического кирпича». Впрочем, заметим, что и Юрий Григорян в своей части там, где мог, бесстатусные фабричные корпуса тоже сохранял, см. выше. На одной этой идее можно было бы выстроить неплохую дружбу-коллаборацию. 

Подлинный кирпич на этой площади отвечает за исторический вайб. Очевидно, что это не камень ренессансного XVI века, как в Италии, а – всего лишь – промышленные кирпичные стены начала XX века в Москве. Тем не менее они по-настоящему старые, уж сто с чем-то лет им уже точно есть. И архитекторы «выжимают» из имеющегося в наличии материала максимум атмосферы. Планировались и деревья – словом, не будем повторяться, все как в hidden gem мини-площадей многих исторических городов Европы.  

Самый, однако, отчетливый объект в плане ассоциаций – дом-башня. Небольшая, всего 16 этажей и порядка 70 м роста (72.6 м). Сначала ее планировали прямоугольной-граненой, затем италофильский образ кампанилы возобладал. В нашей истории многие архитекторы любили Италию, ездили туда, рисовали; включая мастеров середины XX века, украсивших страну изобилием ордерной лепнины ренессансного толка. Отношение Сергея Скуратова – не декоративное; скорее градостроительное. Он создает метафору старого города как такового, и тут оказывается полезна и кирпичная архитектура фабрики сладостей, и башня, похожая на Пизанскую, но, конечно, без наклона. Без буквализма. 

Башня в проекте работает как образным намеком – так и акцентом, «гвоздиком», привлекающим внимание издали и оттуда вступающим в диалог с трубами ГЭС-2. 
zooming
Башня перекликалась с трубами ГЭС-2, выглядывая из-за дома Юрия Григоряна. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
© Сергей Скуратов ARCHITECTS

Но она не колокольня, конечно. Откуда тут быть колокольне. Башня – жилой дом, составленный из квартир с антресолями, высота потолков в каждом ярусе – 3.3 м, а по контуру стеклянные стены, по всему диаметру балкон, медные колонны-трубы. Редкостная роскошь такие квартиры, которые могли бы быть в такой башне, не просто «крутые», но еще и крайне небанальные. 
  • zooming
    Вход со стороны ГЭС-2. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Вид на башню со стороны площади с деревьями на ней. Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

«Колонны», если рассмотреть их ближе, – вообще не колонны, больше всего они похожи на стержни, обмотанные медной проволокой. На какой-то элемент электрической машины, укрупненную деталь из стим-панка, отсылающего не то чтобы к самой фабрике начала XX века – скорее ко времени конца XIX – начала XX века. Этакая «лампочка Ильича». 

Особенно – если посмотреть на «фонарь» вверху. Прямо-таки «лампа накаливания», но не вполне типичная, с каким-то вихрем-пружиной в сердцевине. И очень большая. Сергей Скуратов сравнивает башню с маяком. 
zooming
Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
© Сергей Скуратов ARCHITECTS

Фонарь маяка – это верхний, 16 этаж. Высотой 19.8, то есть почти 20 м; со всех сторон стекло желобками крупных прозрачных каннелюр. 
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS
  • zooming
    Красный октябрь. Мастер-план и застройка, 2025. Вариант 2
    © Сергей Скуратов ARCHITECTS

Как проходила бы там жизнь и какая, теперь уже представить невозможно, но это было бы определенно что-то крайне нетривиальное. Представляется парадный зал роскошной квартиры, расположенный ниже, к примеру. 

Все остальное заменено преимущественно металлом. И башня в этом смысле, образно говоря, служит катализатором процесса «металлизации». Металлическими стали террасы и откосы, фасады домов приречного квартала SSA. В этом смысле они тоже перекликаются с Треугольным домом Григоряна. Один дом планировался из темно-серого натурального камня. 

Кирпич – только исторический. 

Здесь, пожалуй, пришло уже время заметить, что помимо снятия ограничений и совместной работы над новым мастер-планом уже в 2025 году Сергей Кузнецов, в то время главный архитектор Москвы, передавал авторам пожелание относительно большей «яркости» и «эмоциональности», более интересной формы объектов. 

Так что переход к металлу, башню, балконы, играющие бликами воды, и множество голубей – надо относить не только к «полету фантазии» авторов, хотя и к нему тоже – а следует рассматривать также и как формы реакции на пожелания со стороны городских властей. Неслучайными были эти поиски, усложнение и блеск. Впрочем, все авторы, с которыми мы поговорили, сходятся в том, что свою персональную «границу яркости высказывания» они не позволили себе перейти и считают итоговые предложения – да, более энергичными в смысле пластического высказывания – но взвешенными решениями. 

«Промышленные усадьбы» Артема Стаборовского и Saga, будучи с самого начала очень некрупными, – в версии 2025 года, пожалуй, точнее всего отражают тенденцию к «уярчению» архитектуры. Их выходящие на канал фасады стали стеклянными и изогнутыми – как будто стеклодув наполнил их своим дыханием изнутри. Моллированные стекла зажаты между кортеновыми полосами межэтажных перекрытий; их роскошь подчеркнута «индустриальным» вайбом заржавленного металла, – поясняет архитектор. 

Угол Стрелки, в 2025 году сохранявший «портальные» крылья скошенных фасадов, заметно вырос вверх и поплотнел, больше стал похож не на пространственную градостроительную раму парка, а на барочную перспективную раму из классического музея, образующую внушительный фон для домика яхт-клуба. Увеличение этажности – рассказывают авторы – не было произвольным, оно связано с появлением городской площади, предложенной Сергеем Скуратовым в восточной части. Уменьшившийся там объем метров полезной застройки коллеги добровольно «перелили» в здания на мысу и на канале – ради появления нового общественного пространства в итоговой версии мастер-плана 2025 года. 

Внутри стеклянных выступов сформировались пространства, пребывание внутри которых можно, вероятно, сравнить с нахождением внутри стеклянной вазы...
zooming
Мастер-план для Красного Октября / 2025 / проект
© Saga

Совершенно футуристические, хоть кино снимай, и очень технологичные получаются квартиры: представим себе моллированное – да еще и фигурное – стекло высотой 3 м с хвостиком и длиной... Ну, сколько понадобится для того, чтобы окружить пространство гостиной – метров, к примеру, 6 или 9. Новый подвид стеклянных домов вырос из «городских усадеб», планировавшихся здесь первоначально. 

 
Теперь подчеркнем, что все эти проекты, точнее, большая их часть уже отменена, и я рассматриваю 2024 и 2025 годы во многом как историк. Все, что здесь показано, не предназначено в представленном виде для реализации и уж точно не является офертой... Нет-нет.

Зато и изучать проекты можно относительно свободно. 

В актуальном на данный момент проекте сохранено объемное построение, выработанное к 2025 году. А возможно, даже квартирография. Насколько мне известно, заказчик отказался от подземного музея и общественных пространств, связанных с Треугольным домом. Арку в историческом корпусе сохранили. Площадь и башню – тоже. 

Сергей Скуратов полностью отстранен. У Юрия Григоряна остался один небольшой дом на канале. Артем Стаборовский и Saga работают над другими домами вдоль канала. Цимайло, Ляшенко и партнеры проектируют гостиницу «с голубями». 

Весь представленный, пусть фрагментарно, ряд проектов достаточно многослоен, и его вряд ли можно интерпретировать однозначно, во всяком случае, сейчас. Что очевидно? Вполне блестящая, по любым представлениям, команда работала над «Красным Октябрем» на протяжении порядка двух лет и, перебрав варианты, пришла к некоторому решению. Которое заказчик, по всей видимости, в какой-то момент принял. Это решение было построено не на ограничениях, как предшествующее, а на балансе: сдержанности, деликатности, уместных в центре исторического города, каким бы он ни был – и современной техногенной смелости, металла, стекла. Четыре именитые команды сотворили некоторую, местами контрастную, но очевидную целостность. Однако, по словам архитекторов, уже в конце 2025 года параллельно с ними, на основе того же мастер-плана, работали «дублеры». И в конечном счете «на высшем уровне» выбрали именно их – и новый визуал стал основой для актуального в данный момент проекта. Который мы тоже надеемся разобрать. 

Тем не менее получается, что работа наших знаменитых архитекторов – вероятно, достаточно напряженная; кто-то говорит о многих обсуждениях и коллегиальности, кто-то отрицает, утверждая, что каждый думал о своем участке и решения лишь согласовывали между собой, причем временами не то чтобы охотно. Не так важно, что там происходило в течение двух лет тесного взаимодействия наших архитектурных «звезд». Любопытнее другое: выработанный ими массинг в итоге лег в основу иной, во всяком случае по внешнему визуалу, архитектуры. Стал – гумусом? – или просто базисом? – для иных пластических поисков. Выжил, так сказать, в составе дерева, выросшего над ним. Но сохранились же многие идеи. Возможно, даже воплотятся в своем, дарвиновском виде. Помните, в «Докторе Живаго», в конце романа герои узнают некую девушку по чертам лица? Ну, вот примерно как-то так. Некая работа легла в основу генофонда. Ну так вид-то жив! Возрадуемся. И возьмем на заметку. 

Вообще говоря, мы привыкли. В почти любом конкурсе так происходит. Авторы приносят идеи – как правило, яркие, интересные, они ведь, правда, хотят победить. Получают 2 / 3 / 4 место – а затем узнают, что все предложенные на конкурсе идеи, планируется использовать в итоговом проекте. В этом – несправедливость, поглощение; но здесь же и этакая древняя справедливость анонимного – средневековья? общинного строя? Когда все произведения анонимно складываются в некую «биомассу» на благо общества.

Так что перед нами – вовсе не некролог проектам. Считать эту работу исчезнувшей было бы неверно. Хотя бы потому, что часть непростых, тонкаческих, нюансных, не всякий поймет и захочет разбираться – но в архитектурно-градостроительном смысле важных принципов – привилась и, вероятно, будет, так или иначе, воплощена.

Вопрос, готовы ли мы все сейчас работать как тот полуанонимный мастер Петр XII века. Вкладывать мысли в форму, не рассчитывая на индивидуальное призвание? И в этом ли заключается вызов времени? А если все же правда в этом – ох же, братцы. 

07 Октября 2026

Меганом, Цимайло Ляшенко и Партнеры, Сергей Скуратов ARCHITECTS, Saga: другие проекты
Архитектура в девелопменте
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.
Новость
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Новость
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.
Объект
Шуршать листвой и танцевать
Архитектурное бюро «Вещь!» завершило второй этап благоустройства парка Белинского в Пензе, добавив важному для города месту новых сценариев – от танцев под башнями-желудями до созерцания в «Тайном саду». Территорию парка горожане выбрали для благоустройства в рамках федеральной программы «Формирование комфортной городской среды».
Репортаж
Лазурный берег
Петербургский градсовет рассмотрел новый эскиз застройки северной части намывных территорий Васильевского острова. Теперь с участком площадью 165 гектар работает 13 архитектурных бюро, консорциум возглавляет Сергей Скуратов – пока что неформально. В нашем обзоре – восемь кварталов первой линии намыва, среди которых есть подражание Бьярке Ингельсу, дом в виде разводного моста, «ростральные колонны» и другие пространственные и высотные доминанты. И, конечно, приводим комментарии экспертов.
Объект
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Обзор
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Интервью
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Новость
Хай-Лайн деревянщика
Проект бюро Totan и Saga предполагает превращение московского монорельса – а один километр из пяти, ближе к улице Эйзенштейна, там уже разбирают – в парк на высоте 6 метров с панорамными видами и разнообразными павильонами, которые используют и сохраняют конструкции станций.
Результаты конкурса
Дан приказ ему на Сити, ей в другую сторону...
Второй по счету конкурс архитектурных идей телеграм-канала Небоскребы привлек профессиональное жюри и присудил, в главной номинации, денежный приз. Как водится, за горизонтальный небоскреб – все остальные, в основном, предложили вертикальные башни... Показываем победившие и не победившие идеи, размышляем о влиянии башни участка номер один. Где? Смотрите ближе к концу материала.
Объект
Новый путь
Главная особенность проекта Яр Парка, спроектированного Сергеем Скуратовым в Казани – он объединен вдоль «хребта» многофункционального молла с эффектным многосветным пространством. А вся территория на уровне города: со стороны как жилых районов, так и набережной Казанки – открыта для горожан. Комплекс призван стать не «очередным забором», а, как говорят градостроители, «полицентром» – местом притяжения для всей Казани и особенно ее северной, состоящей из микрорайонов, части, ранее не знавшей столь активного общественного пространства. Новый градостроительный подход к высокоплотному многофункциональному комплексу в центре города. В некотором роде – антиквартал. Такого и в Москве, с позволения сказать, пока что не было. Ура Казани.
Объект
Город как сюжет
Подход Сергея Скуратова к крупным участкам хочется определить как «тотальный дизайн-код» – он в равной степени внимателен к общей композиции и деталям; а также настроен на то, чтобы абсолютно всё было продумано и подчинено авторской воле. Ренессансный, если подумать, подход, титанический труд, требующий завидной воли и упорства. Ну, и результат – заметные произведения. Рассматриваем возрожденный проект центральной части жилого района «Седьмое небо» в Казани, структуру, продуманную до «градиента акцентности» (sic!) фасадов. А также «литературную» идею и даже авторские сомнения в ней.
Новость
Сечение по Краснодару
Стали известны лауреаты смотра-конкурса «Золотое сечение 2025». Гран-при достался тренировочной базе футбольного клуба «Краснодар» Максима Рымаря. Публикуем полный список награжденных.
Интервью
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
Объект
Нетипичный представитель
Недавно завершившийся 2024 год можно считать годом завершения реализации проекта «Садовые кварталы» в Хамовниках. Он хорошо известен и во многом – знаковый. Далеко не везде удается сохранить такое количество исходных идей, получив в итоге своего рода градостроительный гезамкунстверк. Здесь – субъективный взгляд архитектурного журналиста, а завтра будет интервью с Сергеем Скуратовым.
Конкурс
Чикагские лауреаты 2024
Премия The International Architecture Awards отметила сразу семь российских проектов – четыре из них стали победителями в различных номинациях, еще три удостоились почетного упоминания. Рассказываем о каждом.
Объект
Первая московская
«Качество образования во многом зависит от качества образовательной среды» – этот постулат последнего десятилетия Сергей Скуратов реализовал в проекте Первой московской гимназии на Ростовской набережной в Хамовниках. Здание легко встраивается в непростое городское окружение, откликаясь и на пешеходный поток горожан, и на тихий переулок; умело использует перепад высот; учитывает современные тенденции работы с образовательными пространствами. Рассматриваем.
Объект
Domus Aurea
Рассматриваем дом Тессинский-1 Сергея Скуратова, завершенный в 2023 году. Расположенный в середине района Серебрянической набережной, на пересечении ее основных улиц, он берет на себя некую «узловую» роль: не только реагирует на все вокруг и не только сохраняет внутри себя много воспоминаний о заводе ЭМА, но сплетает это все в некий по-новому срежиссированный узор, примиряя яркое «золото» и темный кирпич, не в малой степени – с помощью нового, современно-архаичного кирпича Columba, который, если подумать, и есть тут самый драгоценный элемент.
send.project
Радиоволна
Бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» подготовило концепцию приспособления к современному использованию Дома Радио – официальной резиденции Теодора Курентзиса в Петербурге. Проект подчеркнет исторические слои пространств и привнесет новое звучание, связанное с более совершенным техническим оснащением залов.
Конкурс
Деревянная струна
Конкурсный проект омского аэропорта от ЦЛП, при всей кажущейся традиционности предложенной технологии клееной древесины – авангарден до эпатажного. Терминал они вытягивают вдоль летного поля, упаковывая все функции в объем 400 х 30 х 23 метра. Так нигде и никогда не делают, но все, вероятно, бывает в первый раз. И это не первый аэропорт-манифест ЦЛП, авторы как будто «накапливают смелость» в рамках этой ответственной функции. На что похож и не похож – читайте в нашем материале.
Результаты конкурса
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Объект
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.
Объект: технологии
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Новость
Архсовет Москвы – 80
Сегодня совет рассмотрел и поддержал проект АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» – ЖК на улице Орджоникизде-10. Он состоит из пяти 18-этажных башен: центральная с консолями, угловые только с лождиями, и строится рядом в коммуной Николаева.
Новость
Гараж-гараж
Вчера в Москве презентовали проект Юрия Григоряна, посвященный приспособлению грузового гаража на Новорязанской улице, построенного по проекту Константина Мельникова, для Музея транспорта Москвы. Он предполагает реставрацию памятника, новый подземный этаж и новый вход, парк. Реализация, надо сказать, уже идет полным ходом.
Результаты конкурса
Арх Москва: награды 2023
Вспоминаем Арх Москву, публикуем список награжденных, кое-что комментируем, кое о чем рассуждаем. Обсуждаем, в том числе со специалистом по мусульманской архитектуре, разрыв шаблона, организованный на выставке АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры». Ну, и заодно предлагаем небольшой фоторепортаж.
Результаты конкурса
Золотое сечение: лауреаты 2023
Три высшие награды, включая гран-при, получили в этом году архитекторы СПИЧ. Николай Шумаков отмечает, что хорошие московские архитекторы все больше работают в отдаленных уголках страны. На выставке премии можно было изучить, с архитектурной точки зрения, некоторые крупные, но малоизвестные комплексы. Публикуем список лауреатов Золотого сечения 2023 с небольшими комментариями и репортажем.
Похожие статьи
Объект
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Объект
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Объект
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Объект
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Объект
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Объект
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Объект
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Объект
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Объект
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Объект
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Объект
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Объект
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Объект
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Объект
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Объект
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Объект
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Объект
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Объект
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Объект
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Объект
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Объект
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Объект
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Объект
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Объект
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Объект
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Объект
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Объект
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Объект
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Объект
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Технологии и материалы
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Сейчас на главной
Объект
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
Новость
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
send.project
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
send.project
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Объект
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
send.project
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
Объект
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Работы студентов
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Рецензия
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Объект
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Репортаж
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Объект
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Объект
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Исследование
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
send.project
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Мнение
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Объект
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
send.project
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
send.project
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Обзор
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Объект
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Репортаж
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Объект
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Конкурс
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
send.project
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
Конкурс
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
send.project
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Объект
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Объект
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.