English version

Медное зеркало

Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.

Объект
Архитектура
mainImg
Архитектор:
Сергей Чобан
Игорь Членов
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Музей «ЗИЛАРТ»
Россия, Москва, пересечении бульвара Братьев Весниных и улицы Родченко

Авторский коллектив:
Руководители проекта – Сергей Чобан, Игорь Членов, Алина Гарновская, Алексей Ильин. ГАП – Оксана Коровко. Архитекторы – Ирина Клокова, Матвей Иванов, Светлана Худаева, Анна Алексеева, Григорий Воронин, Антон Чернышев, Анастасия Коваль

2021 / 2022 — 10.2025
Об основных особенностях здания музея «ЗИЛАРТ» мы уже рассказывали, в том числе благодаря интервью Сергея Чобана.

Его отличает продуманность музейной навигации и музейного оборудования – залы на отдельных этажах с возможностью трансформации; а также открытое для всех теплое пространство атриума – «крытой городской площади». И повсеместное использование натуральных материалов: прежде всего, натуральной «не остановленной» меди и открытого  бетона.
zooming
Музей «ЗИЛАРТ»
Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Перечисленного вполне достаточно, чтобы обозначить исключительность нового музея, появившегося в Москве. Он событие. В начале декабря в нем открылись три выставки известных кураторов. Хорошие; разные, каждая по-своему впечатляет. Сделанный многими вывод об исключительности нового музея сомнению не подлежит.

Но хотелось бы поговорить о здании как таковом. 

Снаружи оно лаконично. Если бы я не следила за развитием проекта, сказала бы: внезапно лаконично.

Почему внезапно? Потому что далеко не все новые музейные здания столь скромны в своей внешней презентации. Скорее наоборот – несмотря на то, что с функциональной точки зрения здания музеев интроверты, естественный свет экспозициям скорее вреден – им стремятся добавить выразительности, самопрезентации в окружающем пространстве. Вспомним хотя бы гигантскую скульптуру Бильбао; или даже собственный музей Архитектурного рисунка Сергея Чобана в Берлине, из резного известняка, со сдвинутыми в объеме ярусами... 

Фасады музея ЗИЛАРТ не то чтобы просты, нет. Они полностью подчинены сетке медных полос, одинаковой со всех сторон и решенной в подобии шахматного порядка. Смотрю на чертежи и на фотографию фасада: сетку можно описать как составленную из горизонтальных прямоугольников с пропорциями порядка 1.5 (архитекторы уточняют: 1.55 если мерить по стеклу и 1.49 по осям колонн), что близко к ряду Фибоначчи, но не равно ему; каждый прямоугольник надо мысленно разделить на три части, а среднюю еще и наискосок по диагонали. Так получится две трапеции, уложенные внутри прямоугольника. В верхнем ярусе, где расстояние между перекрытиями больше, прямоугольники превращаются в квадраты, а диагонали получают другой наклон, 72° вместо 64°.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Филиал Государственного Эрмитажа на территории бывшего завода ЗИЛ. Проект, 2021 г.
    © СПИЧ / предоставлено пресс-службой Москомархитектуры

Фасады сделаны тщательно, никаких «вольностей» из ряда тех, что подчас позволяют себе строители, здесь не прослеживается. В нижнем ярусе стекла цельные, 6 м в высоту. Выше появляются стыки, но они редкие, горизонтальные; графика линий стыков участвует в общем замысле. 

Там, где нет стекла, то есть на большей части здания, прогалы сетки заполнены мелкоребристыми поверхностями («глухие участки сетки заполнены медной вставкой из зубчатого профиля», – уточняют архитекторы, уточним и мы). Они не в меньшей степени проявляют рисунок плоских полос, а также, что важно! – помогают маскировать вентрешетки, буквально-таки, на мой взгляд, идея «архитектору на заметку».

В этой, условно-массивной, части на тыльной стороне прорезана терраса – углубленная лоджия с видом на Тюфелеву рощу.

В углублении, на открытой террасе, установлен объект Александра Бродского, говорят, что это бар, но мне на террасу попасть пока не удалось, поэтому ничего не скажу.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Так вот. Очень лаконичный, очень плоский, куб, подчиненный спокойной сетке с элементом диагонали. На самом деле не вполне куб – в плане здание вытянуто на 8%, размер «в осях» 50 м к 54, в сторону Тюфелевой рощи, а его высота заметно меньше стороны основания, 38.1 м плюс еще подземный ярус – но снаружи, как ни измеряй, здание воспринимается почти-куб с почти одинаковыми фасадами. 
zooming
Музей «ЗИЛАРТ»
Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Со времени реализации фасадов прошло уже, кажется, большое года, и снаружи медь успела постареть естественным путем, стала темно-коричневой, как большая часть домов на ЗИЛАРТе; спокойной и нейтральной, менее яркой, нежели дом Сергея Скуратова на лоте №2.

Да, на солнце линии сетки поблескивают, как и стекло – что для главного, обращенного к бульвару Братьев Весниных, фасада акцентирует ассоциации с зеркалом, отражающим все вокруг. Тогда и вспоминаешь: в античности все зеркала были из полированной меди или бронзы. И можно прийти к выводу, что  сочетание медной рамы и отражения в стекле подчеркивает «музейную» функцию здания как таковую – представляет его как место хранения подлинных вещей и в то же время отражение реальности.

Этакий получается медный куб, современный вариант древнего зеркала... 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Впрочем, архитекторы отвергают измерения, метафоры и сопоставления, приведенные выше – имеют право – и уточняют: «этот куб не про расчеты, не про миллиметры и градусы. Это оммаж механизмам, которые были здесь раньше, во времена завода. Своего рода машина для искусства». 

Тоже хорошая аллюзия. Можно выбирать. К тому же тема «машины для искусства» удачно подчеркивает продуманную технологию современного музейного здания. Машина для показа и хранения искусства он, на мой взгляд, скорее внутри; а снаружи только отголосок. Впрочем, почему нет? Хорошо, когда лаконичная форма считывается по-разному. 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Итак, куб музейного здания сам по себе, повторюсь, лаконичен и интровертен. 

Зато когда мы попадаем внутрь – все радикально меняется. Становится ясно, что ленты не плоские, а очень даже объемные, квадратные в сечении; что сетка – реальная, конструктивная, «держит» весь атриум 35-метровой высоты. Когда сидишь внутри, к примеру на презентации, хочется ее сравнить с клеткой Фарадея, потому что медная.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Становится интересно, проходит ли мобильный сигнал. Проверила. Не всегда. 

Но дело не в сигнале, внутри музея он, может быть, и не нужен; хотя сейчас во многих экспозициях ставят QR-коды для дополнительной информации...

Дело не в сигнале. А в том, что насколько здание сдержанно снаружи – настолько же празднично внутри. Какое-то там, внутри, возникает чувство чистой радости. Красная медь сияет, переливается, и даже в сумрачный день, отчасти благодаря подсветке, отчасти сама по себе, «аккумулирует» в пространстве атриума «солнечные» отблески. Поднимает настроение. 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Само по себе пребывание внутри медных стен формирует специфическое впечатление. Как уже было сказано, материал полностью натуральный. Но непривычный. Своим, отчасти золотистым, сиянием – создает эффект драгоценности получше, чем любые разноцветные мраморы. И даже чем современная «позолота», во многих случаях ненастоящая и оттого слишком яркая.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Здесь медь правильного оттенка; и не говорите мне, что она будет стареть. Да, видны отпечатки пальцев от монтажа, они потемнели, как и следы пальцев первых посетителей в нижних ярусах. Но все, что вверху, надо думать, останется сиять надолго, будучи оживлено спонтанными украшениями. Демонстрируя внимательному наблюдателю «растяжку» вариаций между окисленной и чистой, яркой поверхностью. 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Еще лучше получилось со створками дверей, ведущих в залы. Высота потолков – 5 м, и створки большие, пятиметровые, чтобы их открыть их, наваливаешься всем телом, что еще раз дает почувствовать серьезную, музейную монументальность.

Двери медные. Полоса яркая, живописная – как будто исполнена в неизвестной технике акварельно-офортного плана; думаю, заинтересовавшимся архитекторам имеет смысл спросить у специалистов СПИЧа, как она появилась. Но, как бы то ни было, на мой взгляд полоса отлично выделяет двери в интерьерах и с той, и с другой стороны; акцентирует их как входы. 

Цвет очень красив и я не удивлюсь, если через некоторое время в нашем культурном пространстве возникнут опыты на его тему.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Все остальное, включая бетон, остается в тени и, как принято в хороших современных пространствах, создает внутри атмосферу не слишком яркую, не-глянцевую, оставляющую возможность спокойно дышать. 

Но и про бетон хочется сказать отдельно. Сейчас у многих популярен так называемый архитектурный бетон: гладкий, полированный, происходящий, в некотором роде, от искусственного мрамора классицизма. Его отличает очень ровная поверхность и кружочки от опалубки – к примеру, у Тадао Андо в Пунто Догана такой. И еще много где. Так вот, на мой вкус архбетон, популярный на протяжении последних 20 лет, надоел. В нем нет естественности и слишком много ритма. Живой бетон куда интереснее. 
zooming
Музей «ЗИЛАРТ»
Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Такой и использован здесь. 

Тут можно спорить, насколько ровно должен быть залит натуральный бетон, чтобы его можно было оставить открытым, однако – для культурного пространства, даже вновь построенного, такая поверхность в наши 2020-е годы имеет своего рода «обратную силу»: напоминает о бетоне арт-кластеров, устроенных в промзонах, иногда послевоенных цехах, где открытый бетон встречается часто. Открытая поверхность бетона стала своего рода опознавательным знаком креативного пространства, и можно, думаю, сказать, что в ЗИЛАРТ-музее Сергея Чобана эта особенность учтена. 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Еще одна особенность – достаточно редкие и не обремененные избыточной толщиной, благо здание не очень высокое, всего 37 метров – опоры. Хоть и квадратные, что объясняется подчеркнуто черновой сутью пространства, но не большие.
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Сложнее, лично для меня, определиться  с уместностью появления в атриуме граффити. С одной стороны, они оживляют медную композицию, вносят цвет, дают возможность остановить взгляд. 

С другой стороны – работают как осмысленная «реперная точка», обозначая промежуточное положение пространства атриума: между внутри и снаружи, и кроме того – он служит общественным, открытым для всех без билета, городским пространством. Граффити характерны для города и в данном случае они «представляют» его в музее, как будто говорят посетителю, что он находится одновременно в музее и в городе. Отобраны лучшие, известные мастера. 
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ
  • zooming
    Музей «ЗИЛАРТ»
    Фотография © Андрей Белимов-Гущин / предоставлена АБ СПИЧ

Все это верно. 

Но закрадывается пара сомнений. Прежде всего, это, конечно, не граффити, а муралы. Первые больше из разряда письменности и не согласованной; вторые наоборот, как правило изобразительны и согласовываются. В Москве и других городах нашей страны за последние 10 лет стали широко распространены согласованные муралы. Определенно, в стенах музея вряд ли возможны граффити – вспоминаем историю про то, как проданная на аукционе работа Бэнкси сама себя разрезала на полоски... И еще мне вспоминается недавно увиденный на просторах телеграма мем, где к 10 заповедям, написанным на обломках бетона, была добавлена: «не согласовывай стрит-арт».  

Это, безусловно, крайности. Но они не выходят из головы. 

Можно было бы сказать, что присутствие муралов отражает тенденцию Москвы последних лет «согласовывать стрит-арт». В таком случае это было бы даже актуальным высказыванием о современном искусстве нашего города. Примостившемся на грани между городом и коллекционированием, в тесной близости к последнему. 

Но вернемся к зданию музея. Получается, что он очень сдержан снаружи – этакий кубик. Очень ярок, эффектен, золотист, солнечен внутри в атриуме. И опять нейтрален в собственно залах. Три слоя. 

И если мы посмотрим весь ЗИЛАРТ сверху как на «материнскую плату», то музей на ней будет процессором: невзрачным квадратиком, который тем не менее, играет ключевую роль, в котором, как и, предложим, в атриуме музея, что-то все время «жужжит», гонят некие килобайты. А соседний дом-«Ананас» от Neutelings Riedijk, к примеру, транзистором... Тут вспоминается мастер-план Рэма Колхаса для Сколково, он тоже напоминал материнскую плату; вот и северо-восточная часть ЗИЛАРТа чем-то на нее похожа. В ней собрались этакие внушительные, крупные, абстрактные высказывания. Музей в их числе, наряду со ржавой сороконожкой Джери ван Эйка в Тюфелевой роще. 

Но если говорить о здании музея, в нем, кажется, есть еще одна особенность – оно откликается на подход, реализованный в кварталах ЗИЛАРТа, наоборот, наизнанку. Заметим, как и полагается современному искусству. А в музее планируют собирать современное искусство. Как и архаическое, как и послевоенное. 

Так вот. ЗИЛАРТ особенный проект, начиная с конкурса 2012 года он не только очень большой, но и с концепцией. Важным, чтобы не сказать ключевым центром которой должен стать музей – общегородской центр притяжения. Жилая застройка построена на двух основных принципах: это кварталы с приватными дворами, чьи фасады предложены известными, специально приглашенными, архитекторами. Которым было очень не просто соблюдать баланс самовыражения и деликатности, но речь пока не об этом. ЗИЛАРТ как часть города – тоже всего рода музей. Высказываний современных архитекторов; на открытом воздухе. 

В «кубик» каждого квартала чужому попасть не возможно, но можно гулять вокруг, изучая фасады, запоминая авторство, сравнивая. 

С такого рода выставкой под открытым небом музейному зданию можно было соперничать двумя способами: попытаться «перекричать», и, в общем и целом, такая попытка, как известно, предлагалась. Или выбрать подчеркнуто нейтральный, сдержанный образ. Что и сделал Сергей Чобан. Его музей получился выстроенным согласно принципу, обратному построению одного квартала ЗИЛАРТа. Квартал закрыт внутри, большей части горожан неизвестно, что там; квартал внутри «молчалив». А музей сдержан снаружи – но ярок внутри. Почему? потому что, собственно, внутри он открыт для всех, это раз, и самое главное – экспонаты, выставки, тоже внутри. Логичное и свежее решение. 
Архитектор:
Сергей Чобан
Игорь Членов
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Музей «ЗИЛАРТ»
Россия, Москва, пересечении бульвара Братьев Весниных и улицы Родченко

Авторский коллектив:
Руководители проекта – Сергей Чобан, Игорь Членов, Алина Гарновская, Алексей Ильин. ГАП – Оксана Коровко. Архитекторы – Ирина Клокова, Матвей Иванов, Светлана Худаева, Анна Алексеева, Григорий Воронин, Антон Чернышев, Анастасия Коваль

2021 / 2022 — 10.2025

30 Декабря 2025

СПИЧ: другие проекты
Результаты конкурса
Грезы Трезини
В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.
Результаты конкурса
Зодчество 2025: победители
Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.
Объект
Петербург vs Рим
Центр Петербурга, как известно, священен, – но мало кто всерьез знает, где он начинается и заканчивается. Речь не о формальном признаке «от Обводного канала до Большой Невки», а о «вайбе», соответствующем центру города. Реализовав квартал «Невской ратуши» – по проекту, победившему в международном конкурсе – Евгений Герасимов и Сергей Чобан создали на его территории «образ центра». Причем не столько петербургского, сколько общемирового. Это ново, такого в Питере давно не было... Изучаем атмосферу, вспоминаем прообразы, в том числе раздумываем о том, кто и когда назвал Петербург новым Римом. Не зря, получается, идея-то живет.
Конкурс
Всё по плану
Международная премия THE PLAN Award объявила короткие списки финалистов. В пяти различных номинациях присутствуют реализованные проекты российских бюро – сейчас за них можно проголосовать, чтобы увеличить шансы на получение приза зрительских симпатий. Некоторые, как музей «Коллекция» бюро СПИЧ уже успели отметиться в других серьезных премиях, другие менее известны – предлагаем познакомиться.
Конкурс
Чикагские лауреаты 2025
Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.
Обзор: технологии
Текстура города: кирпичная облицовка на фасадах многоэтажных...
Все чаще архитекторы и застройщики выбирают для своих высотных жилых комплексов навесные фасадные системы в сочетании с кирпичной облицовкой. Показываем пять таких недавних проектов с использованием кирпича российского производителя BRAER.
Конкурс
Чикагские лауреаты 2024
Премия The International Architecture Awards отметила сразу семь российских проектов – четыре из них стали победителями в различных номинациях, еще три удостоились почетного упоминания. Рассказываем о каждом.
Холст из стекла
Открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной в мае 2024 года ознаменовало не только расширение знаменитого музея, но и знаковое событие в области использования архитектурного стекла с применением технологии печати. О том, как инновационное остекление расширило границы музейной архитектуры – в нашем материале.
Новость
Перезапуск
Блог Анны Мартовицкой перезапустился как видеожурнал архитектурных новостей при поддержке АБ СПИЧ. Обещают новости, особенно – выставки, на которые можно пойти с архитектурным интересом.
Результаты конкурса
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Обзор
Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Объект
Портик нового времени
В начале года в новосибирском аэропорте Толмачево открылся терминал С. Масштабный и прозрачный входной зал со светящимися колоннами внутри умело сочетает лаконизм с яркой фотогеничностью WOW-эффекта. Он – и новый фасад всего комплекса, и точка отсчета планируемой реконструкции, по завершении которой Толмачево станет крупнейшим региональным аэропортом России. Рассматриваем здание в контексте модернистских прототипов как Новосибирска, так и Ленинграда: они собираются в отдельную, не лишенную любопытных нюансов, историю.
Премия
Шестиглавый
В Новосибирске объявлены результаты архитектурного рейтинга «Золотая капитель», одной из старейших постсоветских премий. Ее особенность, чтобы не сказать уникальность для российского контекста – в том, что на последнем этапе судейства проекты презентуют и обсуждают. Что довольно увлекательно. Делимся впечатлениями и показываем, кто победил.
Обзор: технологии
Алюминий в историческом городе
Алюминий – современный материал с большим потенциалом для реконструкции и новой архитектуры в контексте исторической застройки: он легкий, прочный, а еще умеет имитировать другие поверхности – например, более дорогую и меняющую со временем цвет медь. Предлагаем несколько удачных примеров из мировой и российской практики.
Результаты конкурса
Золотое сечение: лауреаты 2023
Три высшие награды, включая гран-при, получили в этом году архитекторы СПИЧ. Николай Шумаков отмечает, что хорошие московские архитекторы все больше работают в отдаленных уголках страны. На выставке премии можно было изучить, с архитектурной точки зрения, некоторые крупные, но малоизвестные комплексы. Публикуем список лауреатов Золотого сечения 2023 с небольшими комментариями и репортажем.
Объект
Филевский Колизей
Центральная часть МФК «Фили Град», построенная архитекторами SPEECH – пример работы с крупной формой и большой плотностью. То и другое удалось подчинить лаконичной замкнутой форме и жесткой структуре линий: они ритмизуют масштаб математически-рационально, предъявляя его городу как своего рода формулу.
Репортаж
Архсовет Москвы – 78
Совет поддержал проект 400-метровой офисной башни, которая дополнит Сити и станет продолжением моста Багратион. Экспертам понравилась ярусная композиция, «интерактивный» фасад и функциональная насыщенность.
Объект
Путь завода
На прошлой неделе в новом центре изучения конструктивизма «Зотов» открылась первая выставка: «1922. Конструктивизм. Начало». Идея создания центра принадлежит Сергею Чобану, а проект ближайших домов, приспособления здания хлебозавода к музейной функции, и дизайн его первой экспозиции архитектор разработал в соавторстве с коллегами по АБ СПИЧ. Мы решили, что такой комплексный проект надо рассматривать целиком – так получился лонгрид о конструктивизме на Пресне, консервации, новациях, многослойном подходе и надежде.
Новость
Пластины Багратиона
Обнародован проект нового небоскреба от архитекторов СПИЧ в Москва-Сити. В нем можно увидеть: московские высотки, Чикаго, архитектон Малевича и попытку деконструкции цельного образа московского небоскреба, найденного авторами в недавних предшествующих работах.
Премия
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Объект
Логика жизни
Световая инсталляция, установленная Андреем Перличем в атриуме башен «Федерации», балансирует на грани между математическим порядком построения и многообразием вариантов восприятия в ракурсах.
Обзор: технологии
Живая сталь для архитектуры
Компания «Северсталь» запустила производство атмосферостойкой стали под брендом Forcera. Рассказываем о российском аналоге кортена и расспрашиваем архитекторов: Сергея Скуратова, Сергея Чобана и других – о востребованности и возможностях окисленного металла как такового. Приводим примеры: с ним и сложно, и интересно.
Похожие статьи
Объект
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Объект
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Объект
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Объект
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Объект
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Объект
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Объект
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Объект
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Объект
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Объект
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Объект
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
Объект
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Объект
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Объект
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Объект
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Объект
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Объект
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Объект
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Объект
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Объект
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Объект
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Объект
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Объект
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Объект
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Объект
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Технологии и материалы
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Стеклопакет: от ограждающей конструкции к интеллектуальной...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Сейчас на главной
Объект
Панорама _готическая_
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
Обзор
Ярче, выше и заметнее: обзор проектов 23-29 марта
В подборку этой недели вошли семь проектов – за исключением башни в Грозном, все они московские, и каждый по-своему борется за внимание: с помощью оригинального облицовочного материала, цветовых контрастов, неожиданных пропорций, демонстрируя все лучшее и сразу, а иногда – выверяя и исследуя лишь единственный прием.
Работы студентов
Город-цех
Публикуем магистерскую диссертацию «Ревитализация старой промзоны с созданием вертикальной планировочной структуры производственно-жилого комплекса». Ее автор, Кирилл Шрамов, рассматривает, по сути, возможность создания промышленного небоскреба – что в контексте сегодняшней любви к небоскребостроению в Москве выглядит весьма интересно.
send.project
Корочка льда
В рамках конкурса «Неочевидное. Арктика» петербургское бюро GRAD предложило для города-спутника Мурманска социальный хаб с видами на Кольский залив. Здание состоит из нескольких модулей, которые группируются вокруг атриума и соединяются мостами. У каждого модуля своя функциональная программа, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. В проекте используются prefab-технологии
send.project
В ритме Неглинной
Citizenstudio бережно осовременили недостроенный трехэтажный корпус на Неглинной, принадлежащий МФЮА. Ограниченные логикой существующего объема, архитекторы, тем не менее, смогли реализовать достаточно тонкую игру со стилевыми реминисценциями самых разных исторических периодов и максимально деликатно вписаться в контекст центра Москвы.
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>
Объект
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Объект
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Результаты конкурса
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Объект
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Объект
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Результаты конкурса
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Объект
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Объект
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Мнение
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Объект
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Объект
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
send.project
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Объект
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Результаты конкурса
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
send.project
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
Работы студентов
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
send.project
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Обзор
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
send.project
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
send.project
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.