English version

Ржевские ворота

В конкурсе на дизайн новых станций Третьего пересадочного контура бюро Blank Architects участвовало с тремя предложениями. Два из них вошли в шорт-листы, одно, на концепцию станции «Ржевская», заняло первое место. Представляем проект-победитель.

mainImg
Мастерская:
Blank https://blank.su/
Проект:
Станция метро «Рижская» («Ржевская»)
Россия, Москва, проспект Мира

Авторский коллектив:
Магда Кмита, Магда Чихонь, Лукаш Качмарчик, Владимир Тихонов, Татьяна Леонтьева, Алена Панфилова-Корсакова, Анна Мельниченко, Надежда Ярмолюк

2017 — 2020 / 2020 — 2.2023

3D-визуализации и рендеры: компании Element и ArchiRost
Проект освещения: компанию AF Lighting
Генеральный проектировщик и генеральный подрядчик по строительству: Мосинжпроект

Заказчик: Мосинжпроект
Станция «Ржевская», получившая свое название от одноименной железнодорожной станции, откроется на Рижской площади, между вокзалом и метро «Рижская», с которой она будет связана подземным переходом. Место это историческое и в каком-то смысле знаковое: когда-то здесь, на Крестовской заставе, располагался один из въездов в Москву. Теперь вместо Камер-Коллежского вала площадь пересекает Третье кольцо, но разница между внутренней и внешней его стороной все еще хорошо видна: с одной стороны – старая Москва: Марьина Роща, Сущевский Вал, улица Гиляровского, с другой – железнодорожные пути, промышленные здания, вылетная магистраль проспекта Мира, переходящая в Ярославское шоссе. Давно снесены стоявшие здесь до 1930-х годов краснокирпичные водонапорные башни архитектора Максима Геппенера с ажурным мостиком между ними, но и сейчас въезд на внутреннюю часть проспекта Мира обрамляют башни сталинских зданий, стоящих по обе стороны улицы. Так что концепция, выбранная бюро Blank Architects как основа для проекта, – «Ворота в город» – и в исторический, и в географический контекст вписывается абсолютно логично.
Станция метро «Рижская» («Ржевская»), конкурсный проект
© Blank Architects
zooming
Станция метро «Рижская» («Ржевская»), конкурсный проект
© Blank Architects

Материальное воплощение эта концепция получила в виде одного из древнейших архитектурных архетипов, совершенного и универсального в своей простоте, – арки. Даже Арки: применительно к проекту Blank Architects это слово действительно хочется писать с большой буквы. Символ входа, приглашения, приветствия, этот элемент многократно повторяется в интерьерах платформ и вестибюлей, ритмизирует пространство и замыкает на себе львиную долю внутреннего дизайна. Форма для арки, если рассматривать ее в боковом разрезе, выбрана достаточно сложная, криволинейная. «С одной стороны, мы хотели сделать ее высокой, выразительной, – объясняет один из авторов проекта Татьяна Леонтьева, – с другой, нам нужно было подстроиться под существующий конструктив: высота прохода между платформами не может превышать 2,5 метров». Поэтому к платформам арки обращены монументальными порталами – повыше к центральной, пониже к боковым, – а между ними помещается плавный изгиб, яркую выразительность которого зритель сможет оценить только на улице, где та же форма заключена в стеклянную коробку наземного павильона, словно музейный экспонат, городская скульптура, каковой, в сущности, и является.

С проектированием на глубине шестидесяти метров под землей, как и вообще с жанром транспортной архитектуры, бюро Blank Architects сталкивается впервые. И это стало для них серьезным вызовом и интересным опытом. «За это мы и любим конкурсы, – говорит партнер бюро и один из авторов проекта Магда Кмита. – Они позволяют попробовать себя в совершенно новых для нас форматах архитектуры – отели, школы, музеи или вот метро». К делу подошли серьезно – прочитали уйму специальной литературы, проехались чуть ли не по всем станциям московского метро, основательно изучили мировой опыт. С точки зрения технологий какие-то вещи удалось успешно освоить, какие-то – например, вышеупомянутое ограничение по высоте прохода между платформами – подтолкнули к неожиданным решениям, какие-то так и остались досадными ограничениями. Авторы проекта до сих пор сожалеют, например, что из-за сложности эксплуатации невозможно оказалось как-то оформить стены и потолки эскалаторных групп, хотя с точки зрения времени нахождения там пассажиров эта зона представляется одной из наиболее привлекательных. Что же касается дизайна интерьеров, то было сразу же решено сделать его минималистичным, практически без декора. Если в данном случае можно говорить о каких-то источниках вдохновения, то для Магды Кмиты любимая станция московского метро – «Кропоткинская» с ее монументальной «древнеегипетской» колоннадой, а Татьяна Леонтьева добавляет к списку «образцовых» «Сокол» и «Аэропорт». «Их все объединяет очень простой дизайн без излишней декоративности, но с повторением и усилением какого-то одного архитектурного элемента, красиво подсвеченного и создающего ритм, – объясняет она. – Этого же эффекта стремились добиться и мы в своем проекте».
zooming

Главной теме проекта вторит, перекликаясь и переплетаясь с ней, мотив путешествия, навеянный стоящим на площади железнодорожным вокзалом. Стены вдоль рельсовых путей архитекторы предлагают расписать изображениями пейзажей, но нечеткими, размытыми – такими, какими они видятся из окон быстро идущего поезда. Тему пути поддерживают линии на полу в вестибюлях, напоминающие о железнодорожных рельсах и одновременно служащие инструментом навигации. Удобная навигация – то, чего все еще не хватает московскому метро, считают авторы «Ржевской». Этому вопросу в своем проекте они уделили особое внимание, причем наряду с очевидными вещами – табло, надписями, инфопойнтами – большая роль отводится интуитивной навигации. Поэтому, скажем, выходы с основной платформы оформлены по-разному. Западный, через который осуществляется выход в город, то есть к вокзалу, отмечен большим, во всю стену, интерактивным мультимедиа-экраном, напоминающим о расписании движения поездов. Противоположный же торец светится теплым желтым светом – это переход на станцию метро «Рижская» с ее «янтарными» пилонами, расположенной к тому же на оранжевой ветке.
zooming

При программной лаконичности декора особая роль, в том числе и в функциональном плане, отводится световому дизайну. И здесь тоже ставка на интуитивные реакции: например, авторы проекта предлагают менять интенсивность освещенности арок на платформах по мере того, как поезд метро въезжает на станцию. Благодаря этому еще на эскалаторе пассажир поймет, что ему следует поспешить, – так, как сейчас мы ориентируемся на нарастающий звук, только более надежно, потому что ясно, с какой стороны приближается поезд. А приехавшие на станцию пассажиры, поднимаясь по эскалатору, будут постепенно попадать во все более светлое пространство: этот прием подчеркивает, что мы движемся по направлению к улице, к дневному свету. В подземных вестибюлях направление движения подскажет разворот арок, через которые пассажиры выходят, относительно направления движения входящих: благодаря этому потоки будут четко разделены.
Станция метро «Рижская» («Ржевская»), конкурсный проект
© Blank Architects

Обладая большим опытом строительства торговых центров, архитекторы бюро Blank Architects знают, как привлечь людей в свои объекты и заинтересовать их, чтобы задержать как можно дольше. У станции метро, конечно, задачи другие, чтобы не сказать противоположные, – здесь нужно, наоборот, максимально оптимизировать трафик. Тем не менее авторы проекта сделали все для того, чтобы те несколько минут, которые человек проведет на станции «Ржевская», были не только комфортными, но и эмоционально насыщенными. Разглядывая размытые пейзажи за окнами-арками, следуя за развязками «железнодорожных путей» на полу, следя за сменой цифр на медиаэкране, даже вечно спешащий утренний пассажир сможет ненадолго отрешиться от забот. По словам Магды Кмиты, это было для них важно – сделать так, чтобы даже человек, который пользуется этой станцией ежедневно, мог каждый раз открывать для себя что-то новое, чтобы каждая поездка становилась для него маленьким путешествием.
zooming
© Blank Architects
Станция метро «Рижская» («Ржевская»), конкурсный проект
© Blank Architects

Основу цветовой гаммы станции составило изысканное сочетание серого мрамора стен и нержавейки, которой отделаны арки, с теплым оттенком «пепел розы» в гранитном покрытии пола. По условиям конкурса материалы для отделки должны были быть российского производства. Изначально это представляло некоторую трудность, но в конце концов и ее авторы проекта сумели обратить на пользу делу – они познакомились с новыми компаниями, изучили новые для себя возможности камня, чтобы выбрать в итоге максимально долговечные, устойчивые и антивандальные материалы, что в условиях оживленного трафика станции метро является абсолютной необходимостью.
zooming
Станция метро «Рижская» («Ржевская»), конкурсный проект
© Blank Architects

Наземный павильон станции, который расположен на территории сквера, зажатого между двумя автомобильными дорогами, вписан в небольшой прямоугольник размером три на шесть метров. «Мы решили сделать стены абсолютно прозрачными, – объясняет Магда Кмита. – У нас так много разного типа архитектуры вокруг – и Рижский вокзал, и ротонда станции «Рижская», и сталинские здания на проспекте Мира, – что мы не хотели добавлять еще один сильный акцент. Поэтому мы как бы «растворили» павильон в пространстве, подчеркнув только нашу арку». Авторы проекта хотели бы и сам сквер, который сегодня почти не используется, сделать более оживленным, – в своем проекте они предлагают схему благоустройства с установкой скамеек, фонарей и посадкой дополнительной зелени по периметру. Правда, ни ТЗ, ни бюджет будущей станции благоустройства прилегающей территории не предусматривают, но Blank Architects всегда стараются смотреть на проект в целом, не ограничиваясь техническим заданием.
***

Недавно стало известно, что проект станции метро «Ржевская» от Blank Architects – как, кстати, и предложение по «Шереметьевской» – вошел в шорт-лист Всемирного фестиваля архитектуры WAF-2017. Ждем результатов, но важнее – что реализация проекта не за горами: если все пойдет по плану, первые поезда пройдут через станцию «Ржевская» уже в начале 2020 года.
 
Мастерская:
Blank https://blank.su/
Проект:
Станция метро «Рижская» («Ржевская»)
Россия, Москва, проспект Мира

Авторский коллектив:
Магда Кмита, Магда Чихонь, Лукаш Качмарчик, Владимир Тихонов, Татьяна Леонтьева, Алена Панфилова-Корсакова, Анна Мельниченко, Надежда Ярмолюк

2017 — 2020 / 2020 — 2.2023

3D-визуализации и рендеры: компании Element и ArchiRost
Проект освещения: компанию AF Lighting
Генеральный проектировщик и генеральный подрядчик по строительству: Мосинжпроект

Заказчик: Мосинжпроект

07 Августа 2017

Blank: другие проекты
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Миражи наших дней
Если вы читали книгу Даши Парамоновой «Грибы, мутанты и другие: архитектура эры Лужкова», то проект торгового центра в Казани покажется знакомым. Бюро Blank называет свой подход «миражом»: кирпичные фасады снесенного артиллерийского училища возвели заново и интегрировали в объем нового здания.
Медь и глянец
Универмаг Hi-light в торговом центре Екатеринбурга объединяет несколько универсальных корнеров для брендов-арендаторов, а посетителей привлекает глянцевыми материалами отделки и акцентными объектами.
Тихое обаяние роскоши
В Москве интенсивно развивается не только высотное строительство, но и типология клубных домов: в каждом новые сюжеты и решения. Вот и «Обыденский № 1», спроектированный Blank Architects в продолжение традиций остоженской «Золотой мили» – как сумма исторической и современной контекстуально-клубной архитектуры, предлагает сплав разных видов жилья, способов общения с городом и типов декора. Между тем его главная ценность – пастораль тишины и камерность в контексте новой версии «московского дворика».
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Магда Чихонь: «Мы жили этим полтора года»
Работа кураторов венецианской биеннале чаще всего остается за кадром – многочисленные журналисты об этом не пишут. Об изнанке нынешней биеннале рассказывает Магда Чихонь, управляющий партнер и главный архитектор бюро BlankArchitects, которая знает, как это было, из первых рук.
Связующее звено
Мастерская Blank Architects переосмыслила внешний облик и внутреннее содержание торгового центра в Отрадном, превратив его в центр социальной жизни микрорайона.
Контур рыночной площади
Модернизация ТЦ «Пятая Авеню» по проекту Blank Architects включает ребрендинг, расширение набора функций и сервисов, также как и новый фасад, на котором, в верхнем этаже, отразится наличие рынка внутри.
WAF как зеркало тенденций
Десятый WAF в середине ноября выпустил манифест с десятью принципами. Анализируем тенденции, заявленные фестивалем, сопоставляем их с комментариями архитекторов, посетивших в этом году фестиваль.
Шесть измерений
Перевод эссе Шимона Матковски, партнера бюро «Blank Architects», посвященного «теории шести измерений», отвечающих за хорошую архитектуру. Полезно молодым архитекторам; главный совет – думать головой.
Blank Architects: «Нет оправданий, кроме архитектуры»
Бюро, созданное иностранными архитекторами в России, в мире воспринимают как «московское». Blank Architects принимает решения демократически, стремится создавать ответственные проекты, даже если это вступает в противоречие с российскими нормативами. А также ценит креативность, не признает оправданий и интересуется всем, что может повлиять на проекты.
Похожие статьи
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
Стена древняя и живая
Очередной летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» по замыслу его авторов, мексиканского бюро Lanza atelier, опирается на мифы и традиции народов мира.
Атриум для всех
Здание Hangzhou Prism по проекту OMA в Ханчжоу включает жилье, отель, офисы, магазины и рестораны, а главное – доступный всем горожанам полуоткрытый атриум.
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Технологии и материалы
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Сейчас на главной
Звезда пивоваров
Спроектированный IDOM административный корпус пивзавода Estrella Galicia под Ла-Коруньей задает новые стандарты промышленной архитектуры: ориентированной на человека и экологически безопасной.
Ритм памяти
В проекте колумбария для Нижнего Новгорода архитектор Егор Рыбин переосмыслил мотив классической колоннады: ряд ламелей одновременно формирует ниши для урн и оставляет просветы, через которые проступает живой пейзаж, – так прошлое и настоящее, тема предков и тема продолжающейся жизни оказываются собраны в одной композиции, без избыточной символики и тяжёлого пафоса.
Сохраняя наследие
В Ростове наградили победителей конкурсной программы фестиваля «Архитектурное наследие 2026». Гран-при получил проект реставрации Шуховской башни. Всего награды присуждали в пяти номинациях. Показываем проекты победителей.
О сохранении исторических зданий Электрозавода и...
Запускаем сбор подписей за сохранение построек Электрозавода 1910-х – 1920-х годов, «тюдоровского замка» в центре Москвы, романтического сооружения с бетонной конструкцией, которое помнит план ГОЭЛРО, Маяковского и Бернарда Шоу. А также за обсуждение проекта профессионалами и его «рассекречивание».
«Икс» для 71 авиалайнера
Терминал 3B в аэропорту Чунцин-Цзянбэй по проекту ZHA – самый крупный дополнительный терминал в мире: он обслуживает 35 млн пассажиров в год.
Речной песок и чешуя
Проект загородного дома, подготовленный бюро Alexander Tischler для участка на берегу Волги, исходит из желания сделать уместный для живописного ландшафта объект, который позволит жильцам постоянно чувствовать связь с окружающей природой: будь то речные волны, звездное небо или зелень сада. Три главных жилых объема облицованы гонтом из лиственницы, дополнительно освещаются зенитным окном и открывают самые лучшие виды.
REPA 2026: итоги и новшества
Премия Real Estate Property Awards (REPA) подвела итоги: в 44 номинациях боролись 300 девелоперских компаний и архитектурных бюро. Помимо лучших реализаций и проектов премия наградила компании, разделив архитектурные и проектные бюро на разные категории. В состав международного блока жюри вошли 16 экспертов из 14 стран, что позволило добавить специальный раздел, в котором проекты оценивали только иностранные специалисты.
Коттедж вернакулярного типа
Бюро ОЙДА спроектировало для исторического района Девичок в Воронеже частный дом, который стал плодом размышлений о местном вернакуляре и «русскости» без традиционных орнаментов. Проект выиграл номинацию «Малоэтажные здания (коттеджного типа)» смотр-конкурса Зодчество ВРН 2025 года.
Три в одном объеме
Ресторан Maison rouge от DA bureau интересен не столько тотальным использованием красного цвета и не формотворчеством на основе культовой лава-лампы, сколько реализацией абсолютно невероятного фокуса – соединением в одном пространстве трех форматов работы заведения.
Коллективное архитектурное
Проект Сергея Кончекова получил грант конкурса Burning Man Honoraria 2026 и будет построен в Блэк-Рок-Сити к началу фестиваля. Объект, отвечая на тему конкурса Axis Mundi («Ось мира») представляет собой башню, которая акцентирует проблему отчуждения людей в эпоху цифровых технологий: она трансформируется только при синхронизации множества участников, в ответ на движения и звуки превращаясь в световой столп.
ЖК «Начало»: космическая станция на Пресне
На месте КБ «Мотор», где десятилетиями делали оборудование для космоса, теперь строится жилой комплекс с названием «Начало» – и Генпро не упустили случай поиграть с этим контекстом. Обтекаемые башни, скруглённые углы, террасы с садами на высотных этажах – всё это должно считываться как орбитальная станция нового поколения.
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
Пресса: История с Шуховской башней как тест на отношение к...
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Низкий старт
Бюро TOU Architects получило редкую возможность – создать интерьер нового терминала местного аэропорта и придать ему актуальный облик, сохранив связь с основными элементами локального историко-культурного контекста. Проект был завершен в 2024 году и пока еще ждет своего «звездного» часа.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Сила Кармадона
Бюро «Алкута» спроектировало курортный комплекс для участка недалеко от Кармадонского ущелья в Северной Осетии, известного как своей целительной красотой, так и трагическими событями: в 2002 году сход ледника разрушил села и унес жизни людей, в том числе членов съемочной группы Сергея Бодрова-младшего. Комплекс включает мемориальный центр и откликается на местную архитектуру интерпретацией родовой башни.
Трибьют модернизму
Жилой комплекс «Новация», построенный по проекту DK architects в Ярославле, поддерживает модернистский характер района на берегу Волги ортогональной сеткой фасада и ясностью пропорций. Кровля используется как общественная терраса для отдыха и занятий спортом.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Судьба Электрозавода
Есть в Москве крупный комплекс кирпичного прома 1910-х – 1920-х. Готический, романтичный, красивый... Время от времени в инфополе появлялись варианты проектов его застройки: высокоплотной, но с принципиальным сохранением части построек столетней давности, от учениц Юрия Григоряна бюро Nowadays. И вот нам стало известно – пока не точно – о наличии планов сноса и строительства новодела. Хотелось бы ошибаться! Рассматриваем комплекс и три версии московского подхода к кирпичному прому. Призываем к здравому подходу.
Упражнение с рельефом
Бюро YÖZH позиционирует себя как мастерскую, которая специализируется на сложных участках. Для демонстрации подхода и навыков основатель Александр Иванов выбрал участок из архитектурного мема: расположенный на высоком склоне, тесный и неказистый. Проект-фантазия, перенесенный в индийский город Биласпур, получил название Dhole Villa – в честь красного волка, известного своей способностью адаптироваться к сложной среде.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
Внимательный фланер
Проект «Прогулки с архитектором», основанный Светланой Васильевой, заслужил определенное признание уже не только в профессиональных кругах, но и «около». И вот он издал свой первый путеводитель. Не замахиваясь на всю Москву, авторы взяли треть или четверть от наработанной на экскурсиях информации. Зато получился компактно-плотный, нетяжелый томик с выверенной информацией.
Трубы над городом
Рассматриваем проект Сергея Скуратова, сделанный для территории на границе с ТПУ Фили. Авторский почерк и уверенный подход в нем считываются «на ура» – но не мешают развитию новых тем. К примеру, Скуратов превратил высотки в подобие укрупненных силуэтов бывших заводских труб – как будто памятник тем лэндмаркам, которые наш город так стремительно утрачивает.