Времени действительно нет?

С 22 июля по 5 октября 2025 года в Аптекарском приказе в Музее архитектуры работает выставка «Времени нет» – совместный проект МУАР и сообщества ЦЕХ, куда входят архитектурные бюро Saga, ХОРА и NOWADAYS office. ЦЕХ собрал двадцать одного участника, предложил им изучить цифровой каталог Музея архитектуры, выбрать оттуда документы или произведения искусства и на основе или в диалоге с ними создать оригинальные работы.

mainImg
Для молодых архитекторов участие в подобных проектах – это возможность заявить о себе, хотя среди экспонентов были и мастера вполне заслуженные, старшего поколения. Всех их объединил антикоммерческий порыв. При том аномальном объеме строительства, который сейчас наблюдается в России, важно не забывать, что архитектура – не только метраж и прибыль, но еще – искусство, игра воображения и ума.

«Времени нет» – дань уважения Музею архитектуры, который, не имея постоянной экспозиции, работает как кунстхалле и исследовательский центр, то есть, делает временные выставки и является домом для сотен историков, ищущих и находящих в его архивах бесценные документы. Экспозиция в Аптекарском приказе эту эмоциональную благодарность пользователей материализовала.
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Все объекты на выставке можно условно разделить на несколько групп: аналитика, личный опыт, интерактив, нарциссизм.

Аналитика – это, например, работа «Референсные значения» архитектурного бюро Saga (Артем Стаборовский, Антон Петухов, Юлия Стаборовская-Ардабьевская, Яна Лобанкова, Ефим Наджаф-Заде и Тимофей Кузнецов) при участии приглашенного эксперта Александра Михайлова.

Ребята сравнили два московских здания – Дом дешевых квартир имени Гаврилы Солодовникова, 1906–1909 годов постройки, и один из собственных проектов недавнего времени – дом на Очаковском шоссе.

Стоимость строительства до революции, если ее конвертировать в нынешние цены, составляла 89 808 рублей за м2, срок годности дома – 125 лет. Сегодня себестоимость квадратного метра – 145 000 рублей, а срок годности, согласно ГОСТ 27751-2014 – 50 лет. Краткие комментарии о технологии строительства объясняют, почему архитектура стала меньше жить.
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Ольга Конюкова привлекла внимание к архитектору и инженеру Федору Ливчаку (1878–1919), который в начале XX века в Симбирске придумал «конструкцию из бетонита: блоки с внутренними пустотами, облегчающими стену и улучшающими теплоизоляцию. И эти пустоты стали своего рода капсулами времени». Ольга посвятила кирпичу поэтические рисунки, а также представила один пример непосредственно на выставке – нашла в музейных запасниках экземпляр 1914 года.
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Илья Готлиб из Rokot Studio в работе «Интерпретатор» предлагает проверить гармонию программированием – записать пластические открытия Ивана Леонидова в «коде», чтобы уж наверняка они не исчезли, а смогли быть восстановлены хоть на Марсе. Эскизы Леонидова архивированы в «Скрижалях» – книжках-тетрадках с алгоритмами. Пафос работы в том, что невоплощенная архитектура иногда важнее воплощенной. Лишний раз вспомнить Ивана Леонидова всегда во благо.
 
…В вышитом панно «Без названия» авторы из бюро КОСМОС Леонид Слонимский и Марина Скорикова при участии художника Родиона Китаева отдали должное неизвестным зданиям неизвестных архитекторов – хозблокам, бытовкам, баракам и уличным туалетам. «Эти строения существуют вне сферы эстетического внимания, хотя заслуживают его ничуть не меньше. В них есть суровая брутальность и неожиданная легкость, поэтическая монотонность и радикальная простота».
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

 Работа «ГНИМА ОФ-0000/000» Егора Легкова из бюро ARCHIVES. Legkov Markosyan – это рассказ о главном здании МУАР, бывшей усадьбе Талызиных. В истории дома много белых пятен, даже автор его не известен, но в данном случае в фокусе внимания – коммунальный быт 1950-х годов, накануне превращения здания в музей. Удалось найти и воссоздать рисунок обоев в комнатах, на которые была когда-то поделена роскошная анфилада.
  • zooming
    Жилые комнаты в усадьбе Талызиных Начало 1950-х. Коллекция Музея архитектуры им. А.В. Щусева
    ©Фотограф Сергей Шиманский
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Аудио инсталляция «Обратная сторона» Марии Серовой рассказывает о репрессированных в 1930-е годы замечательных профессионалах: реставраторе Петре Барановском, искусствоведе Михаиле Ильине и архитекторе Вячеславе Олтаржевском. На стенде представлены «документы об аресте, заключении и реабилитации героев». И еще можно надеть наушники и послушать их рассказы и воспоминания о них.Проникновенная, цепляющая, важная работа, весьма современная по подаче материала – одна из тех, кто был отобран по итогам open call, проведенного организаторами в мае.
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Реалити-чек «И/Или» Антона Кальгаева и Марии Косаревой мог бы претендовать на лучший аналитический проект выставки, потому что в схемах, графиках и диаграммах давал наглядную картину работы архитекторов и музейщиков: первые заняты по 8–11 часов в сутки, зато в результатах их трудов – домах и квартирах – люди живут 24/7, музейные сотрудники тоже работают много, но сколько там в месяц среднестатистический человек тратит на посещение музеев и выставок?! На самом деле реалити-чек – галлюцинации ИИ, «представляемые как факты, утверждения, сведения из надежных источников». Спасибо авторам за «саморазоблачение»!
 
Работы второго типа включают сильный личный фактор, но при этом в фокусе остаются явления общего порядка.

Превосходная инсталляция «Кому послушно тело?» от Марии Качаловой из бюро Aurore. В детстве она много времени проводила в больницах, как она написала в аннотации, попадала туда раз 20, и это был если не травмирующий, то и не слишком радостный опыт, чему автор посвятила холст – вид холодного мрачного интерьера. Но в параллель этой личной истории в архивах МУАР удалось обнаружить материалы архитектора Александра Гегелло (1891–1965), который в 1920-е, в течение десятилетия проектировал и строил инфекционную больницу имени Боткина в Ленинграде и, по сути, был автором многих современных больничных протоколов и ритуалов.
  • zooming
    Инфекционная больница им. С.П. Боткина в Санкт-Петербурге. Изолятор, интерьер бокса Неизвестный фотограф 1930-е
    © Коллекция Музея архитектуры
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру
 
Некоторые работы отмечены удивительно парадным слогом. «Damnatio Memoriae / Проклятие памяти» от бюро ХОРА – ода не чеховскому «старому шкафу», но шкафу каталожному, с покосившимися ящичками. Архитекторы усмотрели в нем нечто инфернальное – кладбище имен, хотя и сам этот шкаф уже в царстве мертвых, ведь каталоги нынче электронные. Зря они его так: «Шкаф – страж у вод реки Леты подземного царства нашей памяти…». И, кстати, кто не знает: damnatio memoriae – форма посмертного наказания, то самое «забыть Герострата».
 
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Интерактивные проекты подразумевают контакт со зрителем и вовлечение его в игру.
 
«Отмывка» архитектурного бюро «ХВОЯ» будет развиваться в реальном времени: на глазах у публики, стоя за специально построенной для этих целей конторкой, ребята будут делать отмывку маленького гипсового фрагмента – декора из Павловского дворца: что рождалось как рисунок, в формат рисунка и вернется. Проект – дань уважение архитектурному ремеслу.
 
«Квантовый оракул или Question-Answering Machine» Сергея Мишина, Владимира Петросяна и Елизаветы Владимировой – это будка для гаданий и предсказаний: нужно зайти внутрь, крутануть барабан, выбрать один из множества вопросов, которые на барабане написаны, и придумать ответ. Это трактовка музейной сути – предсказывать будущее. Интерактивный экспонат, сделанный к тому же без электронных наворотов, исключительно из фанеры и ткани, – украшение экспозиции.
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Проекты нарциссические герметичны – построены исключительно на личных обстоятельствах, переживаниях, на что-то важное намекают, но не сообщают ничего конкретно.

Бюро KATARSIS – Петр Советников и Вера Степанская в работе «Два дома» сделали офорты с латунных пластин, запечатлев на них жилье, в котором провели «важную часть своей жизни». «Объект состоит из: старой амбарной доски, найденной на берегу Онежского озера, оконных петель, приобретенных у жителя коммунальной квартиры на Петроградской стороне, 4-х латунных пластин и отпечатков с них, сделанных на печатном станке на -1 этаже Академии художеств». Вопрос, почему зритель должен все это знать, остается открытым.
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

«Постпроект Гарви» от Сергея Малахова и Евгении Репиной, если цитировать экспликацию, это «матрица, инвентаризирующая столкновения, мгновения, архивные эпизоды, проектные проекции, мелочи жизни, интервалы, вещи, объекты, страницы дневника». Авторы способны очень поэтично, практически в формате белого стиха, рассказывать об этом своем наборе, попутно признавая, что часть показанной среди «мелочей» архитектуры восходит к довольно раннему периоду существования бюро, времени объемно-пространственной «игры». Заинтересованная аудитория будет слушать – заслушается, поскольку кое-что знает о таком явлении, как Малахов и Репина. Но надо признать, что внешний посетитель вряд ли станет вникать в хаос «проектной проекции». 
 
Наконец, работа застрельщиков всей выставки – бюро NOWADAYS office, куда входят Наталья Масталерж и Ольга Вахрамеева – «тотальная инсталляция» «Нелинейные соответствия».

Инсталляция далеко не тотальна, хотя по сравнению с другими участниками занимает наибольшее пространство, даже выходя за рамки интерьера выставочного зала – на здании Аптекарского приказа архитекторы установили зеленый аптечный крест в знак того, что эту часть музея уже достаточно давно сотрудники именуют «Аптекой». 

Из музейного хранения NOWADAYS office выбрали порядка полудюжины объектов – от гигантского путти со снесенной арки у Красных Ворот 1750-х годов до самодельного раскрашенного листа «Тележка для чебуреков» никому не известного Бориса Капустина и склеили этот пестрый набор личными смыслами. 
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

«Мы выбрали... несколько «случайных» предметов, объединенных памятью, ностальгией, шалостью, нежностью и надеждой. Все вместе они складываются в историю, которая не содержит в себе ни экспозиции, ни кульминации, ни морали. Просто фрагменты речи влюбленных – нас».

Получается подобие автоматического письма. Очень личная рефлексия глубоко погружена в субъективность, прямо-таки полностью, что делает всю выставку, а особенно некоторые ее предметы, в большей части принадлежностью современного искусства, где задача художника, зацепившись за некую объективную тему, найти в ней максимум субъективного отклика и прийти, таким образом, к уникальному, в силу уникальности личности, результату. Авторы и кураторы и не отрицают родство их выставки с современным искусством. К слову сказать, одно произведение – «Отнеси меня к реке» Елены Шаргановой, приехало с только что закрывшейся выставки «Границы видимости» куратора Сергея Хачатурова на Винзаводе. Кто сказал, что архитектуре не нужно современное искусство? Здесь мы наблюдаем – у некоторых авторов – тягу к совриску как методу художественного высказывания. Легко ли совмещать такую тягу с практикой, основанной, как ни крути, на объективности в противовес субъективности? Надо думать, нелегко. 

И тут у нас с коллегами вышел спор относительно архитектурного нарциссизма. Кто-то считает его естественным явлением, всегда присущим архитектору как творческой личности, но в разные периоды находящим себе разные способы выражения. Считает, что доля нарциссизма необходима любому актору художественной сцены, и даже ссылается на своего рода вечность, заключенную в личных рефлексий: их может быть сколь угодно много, следовательно, такой процесс вечен, как само человечество, даже более устойчив, чем предмет, на который реагируют субъекты. 

А мне хочется процитировать Райана Гослинга из фильма Crazy, Stupid, Love: «Если ты не Стив Джобс, ты не имеешь права ходить в кроссовках» – и заметить, что, если ты не Норман Фостер или Заха Хадид, то до твоих шалостей и нежностей никому нет дела. 

Но никто из них Захой Хадид так и не станет, если не будет позволять себе нарциссизм с самого начала творческой карьеры – возражают мне. 

Но я думаю, что, помимо обще-творческих особенностей здесь можно увидеть нарциссизм поколения, взращенного соцсетями и привычкой постить селфи по поводу и без. Думаю, если молодые архитекторы будут помнить о риске меланхолического самолюбования и станут относиться к нему не как к декоративной особенности, а как к вредному информационному шуму – выиграют все, в первую очередь сами авторы.

Времени ведь действительно нет: ни у архитекторов, чтобы сформулировать свой месседж, ни у заказчиков, чтобы долго слушать.

Хотя! Какую именно идею транслируют часы без стрелок и с надписью «Слепая Любовь, ведомая Верностью» (Франция; бронза, литье, золочение, патинирование; начало XIX века) – ? Авторы представляют их как, практически, свой манифест. В шутку или всерьез; к слову сказать, тут довольно много шуток, и не всегда даже получается уловить, где она, доля шутки...

Так вот, предположим, часы говорят зрителю: везде время есть, а здесь нету, остановилось или идет иначе. Стрелок-то нет. Зато есть любовь и верность. Как говорится, «...есть покой и воля» ©. 
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Если бы экспозиция была конкурсом, то первое место заняло бы бюро CITIZENSTUDIO – Михаил Бейлин, Даниил Никишин, Николай Мицкевич и Анастасия Кадкина – за проект «Усыпальница русской архитектуры. Открытое Харонение во дворе Музея архитектуры». С одной стороны, это затея ироничная, с другой, вполне осуществимая и уместная.
Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

Посетовав, что музей хранит работы только усопших архитекторов и не дожидаясь для себя сего печального часа, авторы предлагают перестроить будку охранника-милиционера во дворе МУАР, сделать ее двухэтажной, и на втором этаже соорудить колумбарий для кенотафов – полки для открытого хранения. Каждый из ныне живущих мастеров за небольшую или, может быть, большую мзду, сможет купить там ячейку и поставить свой объект, попав тем самым в музейную коллекцию еще при жизни, а охранник превратится в эдакого Харона, отсюда и название. 

P.S. 
На выставке будут проходить мастер-классы, прямо за центральным столом, полностью экипированных для этого. Созданные работы будут пополнять экспозицию, так что у нее есть все шансы разрастись.
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Времени нет» / Музей архитектуры / 2025
    Фотография © Юлия Тарабарина / Архи.ру

28 Июля 2025

Похожие статьи
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Архивные сокровища
Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Они сказали «Да!»
Da Bureau выпустило в издательстве Tatlin книгу, которая суммирует опыт 11 лет работы: от первых проектов и провалов до престижных наград, зарубежных заказов и узнаваемого почерка. Раздел-каталог с фотографиями реализованных интерьеров дополняет история успеха в духе «американской мечты». Что сделало ее реальность – рассказываем в рецензии.
Правда без кавычек
Редакционный корпус комбината «Правда» отреставрируют, приспособив под дизайн-отель. К началу работ издательство «Кучково поле Музеон» выпустило книгу «Дом Правды. На первой полосе архитектуры» об истории знакового здания и его создателе Пантелеймоне Голосове.
Сибириада нового быта
Публикуем рецензию на книгу Ивана Атапина «Утопия в снегах. Социально-архитектурные эксперименты в Сибири, 1910–1930-е», выпущенную издательством Музея современного искусства «Гараж».
Исцеление красотой
«Рецепты для разбитых сердец» – так называется первая Международная биеннале современного искусства в Бухаре, которая проходит прямо сейчас. Она длилась 10 недель и завершится 23 ноября. Если у вас есть возможность сесть в самолет и провести пару дней в красивейшем городе, атмосфера которого дополнена художественными интервенциями – успевайте. Совершенно целительная история. Из Москвы и Санкт-Петербурга – прямые рейсы.
Курганы, вепсы и трилобиты
Выставка «Область», открытая на «Архитектоне», представляет собой сумму впечатлений об отдаленных уголках Ленинградской области, которую группы студентов открывали для себя во время трехдневных экспедиций под руководством опытных проводников-архитекторов. Здесь вы не увидите дворцов, церквей и готовых решений, зато точно почувствуете азарт первооткрывателя и подивитесь миру, лежащему по ту сторону градостроительства. Предлагаем небольшой путеводитель по экспозиции.
Жила, жива и будет жить
Как сейчас принято, выставка куратора Сергея Хачатурова «Готический ампир» совмещает открытия исследователя в области истории искусства с крупной современной гризайлью Егора Кошелева, уверенно внедряющей в сознание зрителя эмоционально заряженный миф. Была готика в ампире, есть и сейчас; все связано. Вашему вниманию – рецензия, написанная арт-критиком и магистранткой МГУ Юлией Тихомировой.
Главный экспонат
Написалось содержательное алаверды с картинками к тексту о выставке в центре «Зотов», посвященной архитектурным макетам. Очень плотно на ней собран материал, кажется, настолько плотно, что перестает «слушаться» куратора, создавая собственные смыслы и завихрения. Давно столько раритетов нового и старого времени из области макета не было собрано в одном месте. Пробуем разобраться, как все устроено и кто тут главный.
Выбирая лучшее
Очередная книга Александра Змеула о московском метро посвящена конкурсам на проекты станций со середины 1950-х до 1991 года. Издание выпущено Музеем современного искусства «Гараж».
Осторожно отмыто
В издательстве «Подписные издания» выходит книга Ксюши Сидориной – со-основательницы сообщества волонтеров-реставраторов Гэнгъ, которое с 2019 года отмывает и скоблит парадные Петербурга, открывая жильцам исторических домов сокровища: печи, мозаики, витражи. А еще – плитку. Именно плитка стала «цементом» книги, соединившим все – исторический экскурс, способы поиска ценных экземпляров, «каталог» парадных, а также опыт «партизанской» реставрации. О книге рассказывает редактор издательства Артем Макоян.
Спокойствие, только спокойствие
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга Александра Змеула «Большая кольцевая линия. Новейшая история московского метро». Ее автор – историк архитектуры и знаток подземки – разобрал грандиозный проект БКЛ в подробностях, но главное – сохранил спокойную и взвешенную позицию. С равным сочувствием он рассказал о работе всех вовлеченных в строительство архитекторов, сосредоточившись на их профессиональном вкладе и вне зависимости от их творческих разногласий.
Метро как искусство. Деконструкция
В Музее Москвы до 24 августа 2025 года работает выставка «Высоко под землей», посвященная 90-летию московского метро. Столичная подземка – больше, чем транспорт, это гигантский арт-объект, который мы ежедневно не замечаем. Главный трюк экспозиции – заставить увидеть в утилитарном самостоятельное искусство. Метро предстает как результат одержимости деталями, как коллективный труд тысяч людей, как место, где технологии скрываются за красотой.
Лина Бо Барди и «ГЭС-2»: реконструкция
В Доме культуры «ГЭС-2» с 11 июля по 19 октября работает первая в России масштабная выставка, посвященная Лине Бо Барди (1914-1992) – бразильскому архитектору итальянского происхождения. «Если бы стены стали водой» – не столько ретроспектива, сколько попытка оживить дух Бо Барди на московской сцене, где ее идеи об общем для всех горожан пространстве и гибкости архитектурных решений звучат особенно актуально.
Феномен «чистой» архитектуры: читая книгу Карена...
Ученик Юрия Волчка Алексей Воробьев рассматривает книгу, написанную о знаменитом архитекторе-модернисте Джиме Торосяне учеником Торосяна Кареном Бальяном; и вышедшую недавно в издательстве TATLIN. Рецензия получилась прочувствованной, подробной – превратилась в эссе, где подзаголовок книги – Maestro di bellezza – становится отправной точкой для размышлений о красоте и ее преобразующей роли, со ссылками на Умберто Эко и Владимира Соловьева. Такая рецензия – сама по себе размышление о судьбе профессии архитектора.
Операция «Адаптация»: пунктирные заметки о XIX Архитектурной...
Людмила Лунина побывала на превью венецианской биеннале архитектуры и оценила выставку как сложную и научную. Поэтому так полезен ее авторский обзор, в котором всё или почти всё, пусть пунктирно, но обстоятельно, разложено «по полочкам». Полезно как для тех, кто планирует поехать на биеннале, так и для тех, кто сидит здесь, но не хотел бы отрываться от международной повестки. А повестка, судя по всему, получила на выставке новое воплощение: искать примеры архитектурной формы там, пожалуй, будет еще более бесполезно, чем обычно, зато столько всего разного... И грибы, и бактерии, и павильон из слоновьего навоза, и новые виды high-tech...
Групповой портрет архитекторов Серебряного века
Новая книга Марии Нащокиной «Архитектура Москвы эпохи модерна в творческих биографиях зодчих» сочетает научную глубину и энциклопедический охват с увлекательным изложением. В ней представлены жизнь и творчество 126 мастеров модерна, неоклассицизма и поздней эклектики. Публикуем рецензию и отрывок из книги, посвященный одному из самых ярких архитекторов ХХ века Александру Таманову.
Река и форм, и смыслов
Бюро ATRIUM славится вниманием к пластичной форме, современному дизайну и даже к новым видам интеллекта. В книге-портфолио Вера Бутко и Антон Надточий представили работу компании как бурный поток: текстов, графики, образов... Это делает ее яркой феерией, хотя не в ущерб системности. Но система – другая, обновленная. Как будто фрагмент метавселенной воплотился в бумажном издании.
Жизнестроительство на своей шкуре
Какая шкура у архитектора? Правильно, чаще всего черная... Неудивительно, что такого же цвета обложка новой книги издательства TATLIN, в которой – впервые для России – собраны 52 собственных дома современных архитекторов. Есть известные, даже знаменитые, есть и совершенно малоизвестные, и большие, и маленькие, и стильные, и диковинные. В какой-то мере отражает историю нашей архитектуры за 30 лет.
Учебник рисования?
Вообще так редко бывает. Ученики Андрея Ивановича Томского, архитектора, но главное – преподавателя академического рисунка, собрались и издали его уроки и его рисунки, сопроводив целой серией воспоминаний. Получилась книга теплая и полезная для тех, кто осваивает рисунок, тоже. Заметно, что вокруг Томского, действительно, образовалось сообщество друзей.
Преодоление мрамора
В Петербурге начала работу IX Биеннале архитектуры – одна из крупнейших профессиональных выставок города, организатором которой выступает Объединение архитектурных мастерских. Этот обзор не охватывает обширную деловую программу, сосредотачиваясь лишь на ощущениях от визуальной части экспозиции – ее объем и содержание говорит о возможности будущих трансформаций.
Мир бинарных оппозиций
Относительно новой книги Андрея Бокова не хочется и не следует повторять общепринятую формулу нашего времени: «прочитали за вас». Прочитали, но «за вас» в данном случае не работает. Книга не содержит принципиально новых сведений, на то она и теория самого стратосферного пошиба. Однако ее хочется разобрать на цитаты и выучить наизусть. Настолько некоторые места, по-эпичному, точны и емки. Но ее главное достоинство в другом – текст с элегантной непринужденностью даже не заставляет, а – провоцирует – читателя _думать_. Динамизирует мышление. А вот это уже важно.
В ожидании гезамкунстверка
Новый альманах «Слово и камень», издаваемый мастерской церковного искусства ПроХрам – попытка по-новому посмотреть на вопросы и возможности свободного творчества в религиозном искусстве. Диапазон тем и даже форматов изложения широк, текстов – непривычно много для издания по современному искусству. Есть даже один переводной. Рассматриваем первый номер, говорят, уже вышел второй.
Пройдя до половины
В издательстве Tatlin вышла книга «Архитектор Сергей Орешкин. Избранные проекты» – не традиционная книга достижений бюро, а скорее монография более личного плана. В нее вошло 43 здания, а также блок с архитектурной графикой. Размышляем о книге как способе подводить промежуточные итоги.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
Счастье независимого творчества
Немало уже было сказано с трибуны и в кулуарах – как это хорошо, что в период застоя и типовухи развивались другие виды архитектурного творчества: НЭР, бумажная архитектура... Но не то чтобы мы хорошо знаем этот слой. Теперь, благодаря книге Андрея Бокова, который сам принимал участие во многих моментах этой деятельности, надеемся, станет намного яснее. Книга бесценная, написана хорошо. Но есть сомнения. В пророческом пафосе.
Подпольный город
Новая книга Андрея Иванова посвящена вернакулярным районам городов мира и заставляет подумать о вещах сверх того: например, степени субъектности человека, живущего в окружении застройки, «спущенной сверху» государством или архитектором. Прочитали книгу целиком и делимся своими впечатлениями.
Наше всё
Кто такой Щусев? В последние пару недель, с тех пор, как архитектору исполнилось 150 лет, на этот вопрос отвечают с разных сторон по-разному. Самый пространный, подробно иллюстрированный и элегантно оформленный ответ – выставка в двух корпусах Музея архитектуры на Воздвиженке. Четыре куратора, полтора года работы всего музея и экспозиционный дизайн Сергея Чобана и Александры Шейнер. Рассматриваем и показываем, что там к чему.
Искусствовед между молотом и наковальней
Советская эпоха, несомненно, воспитала своего человека. Образ его, как правило, соотносят с колоннами физкультурников и другими проявлениями тоталитарной телесности, но это по крайней мере лишь половина дела. Режиму было важно не только то, как маршируют, но и как думают. А также – как проектируют и строят. Илья Печёнкин – о книге Николая Молока «Давид Аркин: «идеолог космополитизма» в архитектуре».
Технологии и материалы
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Сейчас на главной
Изумрудный город
Самую большую школу России, построенную в Воронеже, дополнил «мегасад», рассчитанный на 600 детей. Оба проекта подготовил ПИ «Гипрокоммундортранс». Детский сад состоит из 8 изумрудных блоков, организованных вокруг центрального ядра, где сосредоточены общие пространства. Цветовое решение и интерьеры вдохновлены книгой Александра Волкова.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
Хвост кометы
KANVA Moscow спроектировали 135-метровую башню бизнес-центра как композиционный акцент новой застройки Северного речного порта. Срезанный по всей высоте угол башни создает оригинальный образ то ли оригами, то ли пера, а может и кометы.
На глубине 101
Концептуальный прокт Arch(e)type – 250-метровая башня, композиционным центром которой является вертикальный бассейн – вдохновлен рекордом Натальи Молчановой, покорившей глубину 100 метров на задержке дыхания. Комплекс в случае реализации станет мировым центром фридайвинга, а также гидролабораторией для тренировки космонавтов. Сейчас самый глубокий бассейн – 60-метровый Deep Dive Dubai.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Светящаяся загадка
Коллекция питерских ресторанов пополнилась в прошлом году еще одним интересным для эстетов и гурманов местом – рестораном Self Edge Chinois от бюро SEEU. Вдохновляясь китайской культурой и искусством, которыми так легко очароваться, но так трудно понять их до конца, архитекторы сделали ставку на творческую интерпретацию наиболее ярких образов, ассоциирующихся с далекой Поднебесной.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
Афинская школа в сочинском парке
Дети – не маленькие взрослые. Школа – не офис для детей. Сочи – это юг. Это три утверждения, с которых BuroMoscow начали работу над концепцией лицея «Сириус», – и три архитектурных решения, из которых сложился проект.
Развитие и поддержка
По проекту бюро ulab рядом с храмом Андрея Рублева в Раменках строится центр дополнительного образования для молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. На форму здания повлияло желание соединить зеленый внутренний двор, активную зону у главного входа, а также атриум как главное общественное пространство.
Скрытый источник
Концептуальный проект купели близ пещерного монастыря Качи-Кальон – собственная инициатива архитектора Артема Зайцева. Формы здания основаны на гармонии золотого сечения, вторят окружающему скальному ландшафту и отсылают к раннехристианскому зодчеству.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.