Pulchro delectemur*

Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.

mainImg
Иванов-Шиц такая знакомая фамилия... А что мы о нем знаем? Почти ничего. Что был такой архитектор. Лично мне ближе всего история с проектированием зала заседаний Верховного Совета в кремлевском БКД – он автор интерьера, разобранного для восстановления Андреевского и Александровского залов в конце 1990-х. 

Так что вполне уместной оказалась шутка правнука архитектора, доктора химических наук Алексея Иванова-Шица. 
Справа правнук архитектора Алексей Иванов-Шиц, в центре куратор выставки Александр Сухачёв. Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Он прочитал ответ от искусственного интеллекта – как это нередко бывает, гладко написанный, но далекий от действительности. Что стало метафорой малоизвестности Иванова-Шица, человека, по словам директора музея Натальи Шашковой, «редкого таланта и редкой скромности». 

Вдова Иванова-Шица, его вторая жена Елизавета Федоровна передала архив архитектора полностью – в объеме 2300 единиц хранения – в Музей архитектуры в 1939 году. Но монографии пока нет. Только пара совсем небольших статей в журналах разного времени и упоминания в книгах о модерне. Звучит как упрек, но это не совсем так: фондов у музея много, в постепенности процесса нет ничего удивительного. Важнее, что фонд большой, в нем, к примеру, 10 альбомов, составленных вдовой, они содержат порядка 1300 экспонатов. На выставку отобрано около 350 вещей. И это очень много, тут можно долго бродить, вглядываясь в детали, особенно – графики. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Работой с фондом занималась Людмила Сайгина, историк архитектуры модерна, автор книги о Шехтеле и давний сотрудник музея. Она и задумала выставку вместе с Татьяной Ивановой и Александром Сухачёвым, начала ее готовить, но до открытия не дожила. Коллеги завершили работу. 
Куратор Татьяна Иванова. Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Монографию, по словам музейщиков, планируют сделать – но выпустят не скоро, даже, вероятно, не к закрытию, а позднее. Собственно выставка выглядит как эскиз монографии: фундаментальная, спокойная, объемная, последовательная. Идти на нее надо запастись терпением. 

Важен первый зал – там по центру установлен круг, в центре карта в обозначением объектов, по кольцу названия. Кольцо состоит из шести «секторов», три зеленых обозначают реализованное и сохранное, два розовых утраченное, один голубой – не реализованное. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Вообще говоря, неплохое сочетание – если учесть, что некоторые реализации Иванова-Шица были знаете какими? Проектами оформления площадей к приезду их императорских величеств – обелиски там, знамена всякие... Блещут эполеты. Или вот витрины для ценных предметов; например, золотых бокалов, из которых их величества изволили выпить шампанского, прибыв в Москву... 

Очевидно, что такого рода реализации сами по себе были временными, но и после 1917 года кое-что не имело шансов на сохранность. Впрочем, Архнадзор уже отметил сносы 2005 и 2010 годов, в частности, сберкассы в Рахмановском переулке. 

Так вот, сочетание неплохое: исходя из круга с подсчетом, реализована и сохранилась половина работ, только треть утрачена и одна шестая не реализована. Всего перечислено около 75 проектов. 

Важно: цвет, отмечающий в первом зале реализованность и сохранность, проведен по всем залам для тех же обозначений; если помнить о значении цвета, это удобно.
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Тут много некрупной, но красивой графики. Немало и текстов – около 50 000 знаков. Они несколько нетрадиционно скомпонованы, обычно бывает одна, максимум две экспликации на зал, а здесь больше – что, собственно, создает эффект перелистывания книги с множеством не очень крупных, но зато очень разных по своему наполнению, глав. 

Их задача очевидна – познакомить нас с архитектором, от которого большинство знает только имя. Итак, кто же такой Илларион Иванов-Шиц. Он прожил 72 года, практиковал около 50-ти, 30 из них пришлось на время императорской России, и 20 – советской. Учился в институте гражданских инженеров, который, как известно, был больше ориентирован на практику. Дольше всего, 20 лет с 1898 по 1918, работал в Техническом (Строительном) совете Московской городской управы, где занимался тем, что современным языком можно назвать рабочим рассмотрением проектов. Самое забавное из названий его должностей – участковый архитектор той же управы. При этом не один раз, после выпуска с золотой медалью и позднее, его отправляли в «пенсионерские» поездки по Европе. Иными словами, да простят меня поклонники творчества Иллариона Иванова-Шица – он был по-своему блестящим и признанным профессионалом, но скорее технического плана. 

Такие нужны любому правительству, и после 1918 года он уже работает на Моссовет. В 1920–1927 годах, ровно перед началом экспериментов Гинзбурга, был старшим архитектором Наркомата финансов РСФСР. Специализировался, в числе прочего, на лечебных учреждениях – еще в императорское время, а в советское был штатным архитектором проектного бюро Лечебно-санитарного управления Кремля. Он – кстати! – построил кремлевскую больницу «с поликлиникой Лечсанупра» на Воздвиженке (1924–1932) – здание напротив усадьбы Талызиных, непосредственного соседа Музея архитектуры. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Здание поликлиники Лечсанупра, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

С него недавно сняли леса, «привели в порядок», в том числе методом вставки белых стеклопакетов. 

Надо заметить, конструктивистскую стилистку Иванов-Шиц реализует в соавторстве – в данном случае с Н.В. Гофманом-Пылаевым. Впрочем, есть и собственные работы; и орден Ленина есть.
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

И все же как-то немного, непогруженность в авангард, думаю, просматривается. 

Вообще говоря у наших архитекторов XX века судьба была непростой и в основном они подразделяются на авангардистов, переживших – или не переживших – классику, и на классиков, переживших авангард. Думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что Иванов-Шиц из вторых. Пилястровый зал заседаний (1932–1934) в кремлевском дворце и интерьеры Дворца Труда внутри Воспитательного дома (1927–1929) с мотивами классики и, в большей степени, модерна египетско-восточной тематики, который для своего периода можно – как мне кажется, с чистой совестью – признать за советский аналог ар-деко, четко и ясно завершают его карьеру. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Как и мебельный гарнитур со «скромным» карандашным портретом – призванный в данном случае поставить точку в экспозиции. 
Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Но интереснее разговоры, возникающие в итоговых залах. 

Что сейчас с Воспитательным домом? Курочат... Ничего не известно, китайский инвестор. Интерьеры Иванова-Шица там до недавнего времени сохранялись совершенно подлинные... Останется ли что-то. Вряд ли. Хотя бы зафиксировать.

Тут соглашусь со случайно услышанным на открытии – на выставке очень не хватает современных фотографий показанных объектов. Такая она, историко-архивная. Но посетителю хочется понимать статус зданий в настоящий момент – и деликатной цветовой кодировки, честно говоря, маловато. И кроме того, в малоизвестном, хотя и вроде бы знакомом, материале хочется лучше сориентироваться, «посадить» на местность. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Добавляют живости два сохранившихся каким-то чудом гипсовых макета: один – не реализованный в полной мере угловой корпус сберкассы; другой – самой известной постройки автора – театра Ленком на Малой Дмитровке, ранее известного как Купеческий клуб.
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Купеческий клуб / Ленком – это, пожалуй, самая известная работа Иванова-Шица, причем он много сил вложил также и в интерьер, от которого кое-что сохранилось. Крепкий, спокойный, уверенный модерн-сецессион венского разлива, с характерными полосками и качественно прорисованными колоннами. Это классичный модерн, да и в принципе, если не брать орнаменты – прекрасно нарисованные в эскизах на выставке – Иванов-Шиц, признанный как именно мастер модерна, оказывается не то чтобы увлеченным мастером именно этого направления. 

Не зря в текстах то и дело мелькает «неоклассика». И все же если посмотреть на собственно материал – не неоклассика или не вполне она. Рядом с Ленкомом, чуть севернее, есть дом с гранитной рустованной шубой – вот там неоклассика как она есть, со всей идейностью и образностью. 

Классика Иванова-Шица тяготеет к ампиру, что тоже было характерной чертой «начала века». Самые выразительные его вещи, например, нереализованный музей 1812 года в здании Арсенала – ампирные. 

Хотя и мастером неоампира начала XX века его тоже не назовешь. Материал, показанный на выставке, раскрывает архитектора как в наибольшей степени эклектика. Умелого и опытного, осторожного и старательного, особенно в мелочах. Но он и к модерну, придуманному, казалось бы, как явление принципиально синтетическое – относился как эклектик. 

Это не обвинение, это не хорошо и не плохо. Просто особенность. 

Есть и другие особенности. Вот например, в 1914 году Иванов-Шиц развелся с первой женой, родившей ему трех дочерей в 1890-е годы, и женился второй раз. В то время – до декабря 1917 года – развестись было проще, чем до 1907, но все равно очень сложно; через церковь. 

Впрочем, собственно характер работ – их принято определять как рациональный модерн, и в ряде случаев так и есть – говорит скорее о том, что поиски стиля и даже целостность в данном случае не были главным. Много технической работы. Помимо частных заказов – дом дешевых квартир и даже ночлежка. «Народные дома» – то, что в 1920-е будут называть рабочими клубами. Лечебницы разного профиля. В общем-то неудивительно, что уже в 1918 Иванов-Шиц работает на Моссовет. 

Во всем этом есть этакая не вполне поддающаяся определению специфика. С одной стороны, императорские торжества и дворянские клубы, с другой – народные дома, дешевое жилье и лечебницы. Только красивые. К примеру, дешевый народный дом – с авторским дизайном главной люстры. Разнообразные люстры потом архитектор будет рисовать для интерьеров Дворца Труда и реализует там. 

Кураторы акцентируют, что на аттике Купеческого клуба было написано: pulchro delectemur – «прекрасное восхищает». Может быть, тут и секрет? Предположим, что всю свою достаточно долгую и продуктивную жизнь архитектор работал над тем, чтобы сделать разного рода необходимые вещи прекрасными. С одной стороны, «господин оформитель», а с другой – какой квалификации! Может быть, кропотливая работа с прекрасным в разных его проявлениях помогла не оказаться в оппозиции ни к какой власти? 

Может быть, на эти вопросы ответит монография. 

Выставке же пока не хватает, как мне кажется, попытки обобщения. В этом она родственна самому материалу: такая же последовательная и подробная, но без попыток объяснить. Ну или без попытки навязать мнение. Тут возможны разные оценки. 

А вот дизайн, сделанный известными экспозиционистами Planet9 Агнии Стерлиговой, на мой взгляд, неудачен. Тут опять же есть две стороны. С одной – он почти совершенно бежевый (вот же порадуются «бежевые мамы»), то есть нейтральный. И активных элементов, которые так любит «Планета 9», но которые так отвлекают от собственно материала, не так много, все достаточно фоново и спокойно. Много подсветки – искусственных «окон» в стенах.

Но с другой стороны в дизайне много элементов декора модерна. Они упрощены и укрупнены, вырезаны без детализации. А следовательно, существенно уступают мелкой орнаментальной графике и детальной проработке, принятой в модерне, особенно того классицизированного толка, которым увлекался герой выставки. 
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Надо сказать, где-то, в залах поменьше, извивы модерна оказываются уместны. Но не везде, увы, не везде и не всегда. К тому же, будучи даны плоскостно, они – профанируют, что ли, красоты модерна.
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Выставка «Илларион Иванов-Шиц. Полвека на службе Москве». ГНИМА, 2026
    Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Важнее, на мой взгляд, что изобилие завитков модерна сбивает с толку и – все же – замутняет восприятие специфики Иванова-Шица. Декор, если на него смотреть, навязывает нам представление о «мастере модерна», а все ведь не совсем так. 

Пожалуй, главное достоинство выставочного дизайна в данном случае – «говорящие» цвета и хорошо читаемый шрифт текстов и подписей. 

–––––––––––
*Прекрасное восхищает (лат.)

30 Января 2026

Похожие статьи
Они сказали «Да!»
Da Bureau выпустило в издательстве Tatlin книгу, которая суммирует опыт 11 лет работы: от первых проектов и провалов до престижных наград, зарубежных заказов и узнаваемого почерка. Раздел-каталог с фотографиями реализованных интерьеров дополняет история успеха в духе «американской мечты». Что сделало ее реальность – рассказываем в рецензии.
Правда без кавычек
Редакционный корпус комбината «Правда» отреставрируют, приспособив под дизайн-отель. К началу работ издательство «Кучково поле Музеон» выпустило книгу «Дом Правды. На первой полосе архитектуры» об истории знакового здания и его создателе Пантелеймоне Голосове.
Сибириада нового быта
Публикуем рецензию на книгу Ивана Атапина «Утопия в снегах. Социально-архитектурные эксперименты в Сибири, 1910–1930-е», выпущенную издательством Музея современного искусства «Гараж».
Исцеление красотой
«Рецепты для разбитых сердец» – так называется первая Международная биеннале современного искусства в Бухаре, которая проходит прямо сейчас. Она длилась 10 недель и завершится 23 ноября. Если у вас есть возможность сесть в самолет и провести пару дней в красивейшем городе, атмосфера которого дополнена художественными интервенциями – успевайте. Совершенно целительная история. Из Москвы и Санкт-Петербурга – прямые рейсы.
Курганы, вепсы и трилобиты
Выставка «Область», открытая на «Архитектоне», представляет собой сумму впечатлений об отдаленных уголках Ленинградской области, которую группы студентов открывали для себя во время трехдневных экспедиций под руководством опытных проводников-архитекторов. Здесь вы не увидите дворцов, церквей и готовых решений, зато точно почувствуете азарт первооткрывателя и подивитесь миру, лежащему по ту сторону градостроительства. Предлагаем небольшой путеводитель по экспозиции.
Жила, жива и будет жить
Как сейчас принято, выставка куратора Сергея Хачатурова «Готический ампир» совмещает открытия исследователя в области истории искусства с крупной современной гризайлью Егора Кошелева, уверенно внедряющей в сознание зрителя эмоционально заряженный миф. Была готика в ампире, есть и сейчас; все связано. Вашему вниманию – рецензия, написанная арт-критиком и магистранткой МГУ Юлией Тихомировой.
Главный экспонат
Написалось содержательное алаверды с картинками к тексту о выставке в центре «Зотов», посвященной архитектурным макетам. Очень плотно на ней собран материал, кажется, настолько плотно, что перестает «слушаться» куратора, создавая собственные смыслы и завихрения. Давно столько раритетов нового и старого времени из области макета не было собрано в одном месте. Пробуем разобраться, как все устроено и кто тут главный.
Выбирая лучшее
Очередная книга Александра Змеула о московском метро посвящена конкурсам на проекты станций со середины 1950-х до 1991 года. Издание выпущено Музеем современного искусства «Гараж».
Осторожно отмыто
В издательстве «Подписные издания» выходит книга Ксюши Сидориной – со-основательницы сообщества волонтеров-реставраторов Гэнгъ, которое с 2019 года отмывает и скоблит парадные Петербурга, открывая жильцам исторических домов сокровища: печи, мозаики, витражи. А еще – плитку. Именно плитка стала «цементом» книги, соединившим все – исторический экскурс, способы поиска ценных экземпляров, «каталог» парадных, а также опыт «партизанской» реставрации. О книге рассказывает редактор издательства Артем Макоян.
Спокойствие, только спокойствие
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга Александра Змеула «Большая кольцевая линия. Новейшая история московского метро». Ее автор – историк архитектуры и знаток подземки – разобрал грандиозный проект БКЛ в подробностях, но главное – сохранил спокойную и взвешенную позицию. С равным сочувствием он рассказал о работе всех вовлеченных в строительство архитекторов, сосредоточившись на их профессиональном вкладе и вне зависимости от их творческих разногласий.
Времени действительно нет?
С 22 июля по 5 октября 2025 года в Аптекарском приказе в Музее архитектуры работает выставка «Времени нет» – совместный проект МУАР и сообщества ЦЕХ, куда входят архитектурные бюро Saga, ХОРА и NOWADAYS office. ЦЕХ собрал двадцать одного участника, предложил им изучить цифровой каталог Музея архитектуры, выбрать оттуда документы или произведения искусства и на основе или в диалоге с ними создать оригинальные работы.
Метро как искусство. Деконструкция
В Музее Москвы до 24 августа 2025 года работает выставка «Высоко под землей», посвященная 90-летию московского метро. Столичная подземка – больше, чем транспорт, это гигантский арт-объект, который мы ежедневно не замечаем. Главный трюк экспозиции – заставить увидеть в утилитарном самостоятельное искусство. Метро предстает как результат одержимости деталями, как коллективный труд тысяч людей, как место, где технологии скрываются за красотой.
Лина Бо Барди и «ГЭС-2»: реконструкция
В Доме культуры «ГЭС-2» с 11 июля по 19 октября работает первая в России масштабная выставка, посвященная Лине Бо Барди (1914-1992) – бразильскому архитектору итальянского происхождения. «Если бы стены стали водой» – не столько ретроспектива, сколько попытка оживить дух Бо Барди на московской сцене, где ее идеи об общем для всех горожан пространстве и гибкости архитектурных решений звучат особенно актуально.
Феномен «чистой» архитектуры: читая книгу Карена...
Ученик Юрия Волчка Алексей Воробьев рассматривает книгу, написанную о знаменитом архитекторе-модернисте Джиме Торосяне учеником Торосяна Кареном Бальяном; и вышедшую недавно в издательстве TATLIN. Рецензия получилась прочувствованной, подробной – превратилась в эссе, где подзаголовок книги – Maestro di bellezza – становится отправной точкой для размышлений о красоте и ее преобразующей роли, со ссылками на Умберто Эко и Владимира Соловьева. Такая рецензия – сама по себе размышление о судьбе профессии архитектора.
Операция «Адаптация»: пунктирные заметки о XIX Архитектурной...
Людмила Лунина побывала на превью венецианской биеннале архитектуры и оценила выставку как сложную и научную. Поэтому так полезен ее авторский обзор, в котором всё или почти всё, пусть пунктирно, но обстоятельно, разложено «по полочкам». Полезно как для тех, кто планирует поехать на биеннале, так и для тех, кто сидит здесь, но не хотел бы отрываться от международной повестки. А повестка, судя по всему, получила на выставке новое воплощение: искать примеры архитектурной формы там, пожалуй, будет еще более бесполезно, чем обычно, зато столько всего разного... И грибы, и бактерии, и павильон из слоновьего навоза, и новые виды high-tech...
Групповой портрет архитекторов Серебряного века
Новая книга Марии Нащокиной «Архитектура Москвы эпохи модерна в творческих биографиях зодчих» сочетает научную глубину и энциклопедический охват с увлекательным изложением. В ней представлены жизнь и творчество 126 мастеров модерна, неоклассицизма и поздней эклектики. Публикуем рецензию и отрывок из книги, посвященный одному из самых ярких архитекторов ХХ века Александру Таманову.
Река и форм, и смыслов
Бюро ATRIUM славится вниманием к пластичной форме, современному дизайну и даже к новым видам интеллекта. В книге-портфолио Вера Бутко и Антон Надточий представили работу компании как бурный поток: текстов, графики, образов... Это делает ее яркой феерией, хотя не в ущерб системности. Но система – другая, обновленная. Как будто фрагмент метавселенной воплотился в бумажном издании.
Жизнестроительство на своей шкуре
Какая шкура у архитектора? Правильно, чаще всего черная... Неудивительно, что такого же цвета обложка новой книги издательства TATLIN, в которой – впервые для России – собраны 52 собственных дома современных архитекторов. Есть известные, даже знаменитые, есть и совершенно малоизвестные, и большие, и маленькие, и стильные, и диковинные. В какой-то мере отражает историю нашей архитектуры за 30 лет.
Учебник рисования?
Вообще так редко бывает. Ученики Андрея Ивановича Томского, архитектора, но главное – преподавателя академического рисунка, собрались и издали его уроки и его рисунки, сопроводив целой серией воспоминаний. Получилась книга теплая и полезная для тех, кто осваивает рисунок, тоже. Заметно, что вокруг Томского, действительно, образовалось сообщество друзей.
Преодоление мрамора
В Петербурге начала работу IX Биеннале архитектуры – одна из крупнейших профессиональных выставок города, организатором которой выступает Объединение архитектурных мастерских. Этот обзор не охватывает обширную деловую программу, сосредотачиваясь лишь на ощущениях от визуальной части экспозиции – ее объем и содержание говорит о возможности будущих трансформаций.
Мир бинарных оппозиций
Относительно новой книги Андрея Бокова не хочется и не следует повторять общепринятую формулу нашего времени: «прочитали за вас». Прочитали, но «за вас» в данном случае не работает. Книга не содержит принципиально новых сведений, на то она и теория самого стратосферного пошиба. Однако ее хочется разобрать на цитаты и выучить наизусть. Настолько некоторые места, по-эпичному, точны и емки. Но ее главное достоинство в другом – текст с элегантной непринужденностью даже не заставляет, а – провоцирует – читателя _думать_. Динамизирует мышление. А вот это уже важно.
В ожидании гезамкунстверка
Новый альманах «Слово и камень», издаваемый мастерской церковного искусства ПроХрам – попытка по-новому посмотреть на вопросы и возможности свободного творчества в религиозном искусстве. Диапазон тем и даже форматов изложения широк, текстов – непривычно много для издания по современному искусству. Есть даже один переводной. Рассматриваем первый номер, говорят, уже вышел второй.
Пройдя до половины
В издательстве Tatlin вышла книга «Архитектор Сергей Орешкин. Избранные проекты» – не традиционная книга достижений бюро, а скорее монография более личного плана. В нее вошло 43 здания, а также блок с архитектурной графикой. Размышляем о книге как способе подводить промежуточные итоги.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
Счастье независимого творчества
Немало уже было сказано с трибуны и в кулуарах – как это хорошо, что в период застоя и типовухи развивались другие виды архитектурного творчества: НЭР, бумажная архитектура... Но не то чтобы мы хорошо знаем этот слой. Теперь, благодаря книге Андрея Бокова, который сам принимал участие во многих моментах этой деятельности, надеемся, станет намного яснее. Книга бесценная, написана хорошо. Но есть сомнения. В пророческом пафосе.
Подпольный город
Новая книга Андрея Иванова посвящена вернакулярным районам городов мира и заставляет подумать о вещах сверх того: например, степени субъектности человека, живущего в окружении застройки, «спущенной сверху» государством или архитектором. Прочитали книгу целиком и делимся своими впечатлениями.
Наше всё
Кто такой Щусев? В последние пару недель, с тех пор, как архитектору исполнилось 150 лет, на этот вопрос отвечают с разных сторон по-разному. Самый пространный, подробно иллюстрированный и элегантно оформленный ответ – выставка в двух корпусах Музея архитектуры на Воздвиженке. Четыре куратора, полтора года работы всего музея и экспозиционный дизайн Сергея Чобана и Александры Шейнер. Рассматриваем и показываем, что там к чему.
Искусствовед между молотом и наковальней
Советская эпоха, несомненно, воспитала своего человека. Образ его, как правило, соотносят с колоннами физкультурников и другими проявлениями тоталитарной телесности, но это по крайней мере лишь половина дела. Режиму было важно не только то, как маршируют, но и как думают. А также – как проектируют и строят. Илья Печёнкин – о книге Николая Молока «Давид Аркин: «идеолог космополитизма» в архитектуре».
Все наоборот
Мало премий вместо многих, вручение в первый день а не в последний, проекции вместо планшетов, деревья внутри, а объекты на улице – обновление фестиваля Архитектон пошло, как будто бы, по надежному пути переворачивания всех традиций профессионального цеха – ну или хотя бы тех, что подвернулись под руку. Придраться, конечно же, есть к чему, но ощущение свежее и импровизационное. Так, чего доброго, и Москву начнут учить. Мы рассказывали об элементах фестиваля частями в телеграме, теперь рассматриваем все целиком.
Фальконье
Во Флигеле Руине Музея архитектуры открыта выставка «стеклянных кирпичей» Густава Фальконье. Они – прародители стеклоблоков, но более сложные и красивые. Выставка показывает подлинные «кирпичи», архитектуру с ними, историю уничтожения окон Фальконье в здании Госархива, а еще она стала одной из причин возродить технологию производства.
Технологии и материалы
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Сейчас на главной
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.