English version

Слои и уровни полета

Проект этот давний – ТПО «Резерв» выиграли конкурс в конце 2011 года, здание сдано в эксплуатацию в 2018 – то есть даже почти «архивный»... Но он малоизвестен, что несправедливо, поскольку ни разу не устарел. А остается актуальным, почти образцовым архитектурным высказыванием в жанре штаб-квартиры. Особенно, надо сказать, офиса авиационной компании. На офис Аэрофлота в Шереметьево он и похож, и не похож. Скорее родственен: развивает тему в узнаваемом авторском направлении Владимира Плоткина. Подробно разбираемся со зданием ОАК в Жуковском, рассматриваем свежие фотографии Алексея Народицкого – съемка стала возможна только теперь, поскольку сейчас территорию привели в порядок.

mainImg
Архитектор:
Владимир Плоткин
Проект:
Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском
Россия, Жуковский

Авторский коллектив:
В. Плоткин, С. Гусарев, А. Травкин, А. Квык, А. Бутусов, А. Кузнецов, Е. Кузнецова, Е. Солонкина, А. Догадкина, Р. Князев

 

2011 — 2016 / 2013 — 2017

Заказчик: ЗАО «Ленинградский Проспект-Инвест»
Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании – здание прозрачное и отражающее, блестящее, летящее и парящее. Элегантно срежиссированное на нескольких простых приемах, дающих в наложении сложность – все как любит наша современная архитектура. Но оно мало известно.
Здание ОАК в Жуковском
Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Сложно сказать, почему так произошло. То ли из-за расположения в Подмосковье. То ли потому, что строилось здание долго, 6 лет с 2011 по 2017 год. В процессе руководство ОАК передумало размещать штаб-квартиру в Жуковском, назвав, как одну из причин, нежелание сотрудников выезжать из города; главный офис поместили в Москве на Большой Пионерской, в пространстве вчетверо меньшего размера. В Жуковском, в здании, рассчитанном на 1500 сотрудников, обосновалась, в частности, компания Red Wings. В эксплуатацию здание сдали в 2018 году, но территорию очистили только сейчас – поэтому сейчас и появилась съемка, которую мы вам показываем. 

Тем не менее здание спроектировано и реализовано как штаб-квартира: с необходимыми техническими тонкостями, конференц-залом, 25-метровым бассейном. С планировкой, которая совмещает open space и кабинеты руководства, причем у президентского кабинета реализована открытая терраса с видом на аэродром. А атриум представительски просторен, светел и устроен необычно: он энергично расширяется от входа кверху – практически, распахивается, открывая взгляду «срез» на три этажа высоты, с тонкими колоннами и перекрестием лестничных маршей. 
  • zooming
    Входной атриум. Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    Балкон президентского кабинета, обращенный в сторону аэродрома. Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

В 2011 году проект ТПО «Резерв» победил в закрытом конкурсе на штаб-квартиру ОАК.
Идея здания родилась очень быстро в силу того, что в конкурс нас позвали в самый последний момент. Эскиз мы сделали чуть ли не за одну ночь, принесли и выиграли – насколько мне известно, благодаря сходству плана здания с самолетом типа «стелс»...

Причем впоследствии заказчик настоял на том, чтобы первоначальная идея была реализована полностью: и треугольный козырек, похожий на нос самолета, и консоли. Ради их прочности внутри консольной части мы добавили конструкцию ферм.  

Говорящая, летящая форма – это тоже признак штаб-квартиры. Даже ключевой. В данном случае речь не только о контуре плана: все здание похоже на что-то летающее, что прекрасно подходит для офиса группы авиаконструкторских компаний. 

Хотя, конечно, это не здание в форме самолета. Мера абстракции соблюдена, и прежде всего благодаря четкому геометрическому построению. Два почти одинаковых протяженных корпуса: длина 85 м, ширина порядка 20 м, – расходятся симметрично оси, перпендикулярной главной здесь трассе, улице Туполева. Угол схода – 36°, одна десятая полного круга. Интересно, имеет ли этот угол какое-то значение в авиастроении – тут вспоминаются лучи на экранах радаров, но какую-либо конкретику мне найти не удалось; однако известно, что 36° это максимальный угол рассеивания для ламп направленного света, таких, которые создают в пространстве пятно, как от фонарика. 

Два прямоугольных корпуса не стыкуются напрямую – точка схода лучей, образованных их внутренними фасадами, располагается дальше и описывает контур треугольного козырька над большим балконом в южной части здания. 
  • zooming
    План 6 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
    © ТПО «Резерв»
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Простое и элегантное построение. Глядя на план, понимаешь: две линии, которые так легко наводят здесь порядок, расставляя по местам пустое и заполненное, пространство и массу, – в данном случае важнее объема, фабулы, пластики, важнее всего вообще. Как-то даже неожиданно осознавать, что все держится на паре линий. Такая, внезапная легкость основы. 

Форма, тем не менее, присутствует: и пластичная, и эффектная, и говорящая тоже. Даже, я бы так сказала, две формы. Первая – основа и материя: те самые два корпуса, составляющие «тело» здания. Примерно половина их объемов по длине – около 40 метров, парит в пространстве двора, опираясь на массивные овальные лестничные башни. Башни пронизывают крылья снизу доверху и выходят на кровлю, зримо обозначая свое присутствие: они видимы и сверху, и снизу, и на просвет, и сбоку, со стороны двора выступают из объема корпусов. Их массивные коммуникационные «трубы» присутствовали в проекте сразу и хорошо видны уже на макете 2011 года. 
  • zooming
    Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском
    © ТПО «Резерв» (2011)
  • zooming
    Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском
    © ТПО «Резерв» (2011)

Башни – сквозные стержни, этакие столпы. Их пластичные круглящиеся объемы, в отличие от умозрительного осевого построения плана, отвечают за реальность, прочность и устойчивость. Они же берут на себя роль ребер жесткости, обеспечивают возможность выноса консолей на 15 метров вперед, и 13-метровую ширину проездов. На внешнем контуре их поддерживает «жирная точка» – одна колонна круглого сечения, диаметр который несколько больше, чем у колонн основной сетки. На плане башни похожи на глаза, а точки колонн – на модный татуаж. 
  • zooming
    План 1 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
    © ТПО «Резерв»
  • zooming
    План 2 этажа. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
    © ТПО «Резерв»

Итак, пространство под половиной длины каждого корпуса проницаемо и для взгляда, и для движения: объемы поставлены на «ноги» – характерный и любимый прием архитектуры XX века, начиная от Корбюзье и Гинзбурга. Первый ярус свободен, во втором лестничные башни соединены с корпусами навесным стеклянным переходом, что позволяет использовать их как удобные альтернативные входы. Переход «прилипает» к третьему этажу, но и тот тоже чуть уже и короче вышележащих. Здесь масса нижних ярусов нарастает, к верху, постепенно. 
Здание ОАК в Жуковском
Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Тема развита в продольных фасадах средней части, с четвертого этажа по седьмой: их ленты наклонные, расширяются снизу вверх, образуя на срезе – а срез мы можем наблюдать здесь же, на торцах корпусов – силуэт, похожий на схематически нарисованную елку, перевернутую «вверх ногами».
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Решение редкое, пока что нечасто встречается. Похожий силуэт можно увидеть в проекте амбулаторного корпуса больницы в Коммунарке, тоже ТПО «Резерв». 

Наклонные поверхности дробят отражения, добавляют полос, осветляют и оживляют глубокие тени. 
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Они же превращают фасад, который мог бы попросту состоять только из ленточных окон, из инертной плоскости в пластический аттракцион. Добавляют интригу. Дополненную ритмом форточек, артикулированных светлыми рамами; первоначально открывающаяся фрамуга должна была занимать большую часть окна, вертикальную, так, чтобы стекло при открывании из наклонного становилось вертикальным; но потом остановились на форточках вверху. На фасадах они тоже немного похожи на глаза; множество глаз.

Если присмотреться, то мы увидим, что угол наклона лент 4–7 этажей – 9° – равен или очень близок углу наклона стен внутренних «оболочек» корпусов со стороны двора. Ну, четвертая часть от тридцати шести градусов основного угла построения плана...
Фасад, вид с севера. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Об этих «внутренних оболочках» надо сказать отдельно – это вторая часть формы.

Если первая – «основа», то вторая больше похожа на некую «накидку» или кожух, наброшенный поверх всех объемов здания. Хочется даже предположить, что первая отвечает за функцию, а вторая за фабулу. Именно «вторая форма» усиливает тему полета, стремления, крыльев, поддерживает сходство с самолетом или птицей. Впрочем она не только наброшена, но и интегрирована, поскольку одна ее часть это диагональные выступы стеклянных стен, прикрытые ламелями, другая решетки пергол на кровлях, третья козырек-«клюв», четвертая – кровля входного атриума, «хвост». 

Цельность фигуры «от носа до хвоста» прочитывается и при взгляде сверху, и на продольном разрезе, где ферма козырька продолжает линию кровли атриума, а «крылья» поднимаются вверх по фасаду. 
Продольный разрез. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Вся фигура в целом, во-первых, состоит из полосатой штриховки: ламели, полоски, складчатая кровля. Во-вторых, она составлена из плоскостей, напоминающих оригами. То ли челнок из космической фантастики с приподнимающимися кверху крыльями, кажется, такие были в «Звездных войнах», то ли бумажный журавлик «приземлился» поверх офиса авиаконструкторов. В принципе, это логично: внутри проектируют самолеты, а здесь некий образ самолета как будто «соткался» из инженерных идей – можно так себе это представить. Сюжет, опять же, присутствовал с первоначальном проекте: внутренний контур «обволакивает» балки корпусов, а те «выстреливают» из кожуха вперед. 
  • zooming
    Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском. Перспективный вид
    © ТПО «Резерв» (2011)
  • zooming
    Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском. Перспективный вид
    © ТПО «Резерв» (2011)

Ламели на боковых фасадах и перголах к 2022 году были установлены почти полностью – так что «птичий» силуэт отлично прочитывался, как и наложение одной формы на другую, и отражение кровли, дающее в ракурсе дополнительные призрачные крылья. 



Но сейчас ламели на внутренних боковых фасадах почему-то убрали. Будем надеяться, что их вернут и силуэт «крыльев» вернет себе целостность. 

Тем не менее прорезающая фасад диагональ сама по себе обладает «летящим» абрисом, и в ракурсе вида «в прострел» через двор из-под одного корпуса в сторону другого, хорошо заметен оригами-эффект: здание кажется сложенным из нескольких плоскостей, как бумажная – или стеклянно-металлическая – фигура. Надо ли говорить, что и здесь геометрическое построение углов играет свою роль: угол между скосом кровли атриума и диагональю выступа на фасаде – прямой, что дает нам почувствовать взаимосвязь линий и наклона плоскостей, предопределенность построения, где одно цепляется за другое.

Ну и... Наклон кровли атриума похож на наклон трапа космического челнока. 

Хочется сказать – такова его механика. 
Взгляд из-под южного крыла в сторону северного. Здание ОАК в Жуковском
Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

А где механика, там и динамика. Внутренний порыв весьма ощутим вне зависимости от наложения штриховки... 

В южной части, где нет консолей, фасады трех нижних «стилобатных» ярусов решены как гармошка треугольных эркеров. Одна половина треугольника «глухая», другая прозрачная. Это один из любимых приемов Владимира Плоткина, отработанный уже в Сколково Парке; да и зубчатый стилобат ЖК «Лица» тоже можно вспомнить. 

В данном случае стеклянные грани развернуты к югу, улавливают и свет, и виды на лес. 
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    Северо-западный и юго-восточный фасады здания. Проект. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
    © ТПО «Резерв»

«Ступенчатая» кровля атриума сродни «гармошке» на фасадах, только тут непрозрачные плоскости горизонтальные, а прозрачные, стеклянные – наклонные (49°) и с подогревом. 
Разрез кровли атриума. Фрагмент. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Если бы все поверхности были стеклянными, горизонтальные бы надо было часто мыть. А так – внутри они белые, а по стеклу вода стекает круглогодично и очищает его. 

Принцип кровли, таким образом, подобен шедовому, но мельче в масштабе. Несмотря на то, что атриум раскрывается к северо-востоку, стеклянные полосы улавливают достаточно света, а белые конструкции внутри рассеивают его. Сложно сказать, следовало ли помещать в торцевых стенах контрельефные контуры самолетов, а вот белые бумеранги, прикрепленные к перекрытию, выглядят весьма уместно. 
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

Но самое интересное в решении атриума это его визуальная открытость: через стекло фасада образуется связь с улицей, а балконы внутри, срезанные одной плоскостью сечения, как уже было сказано, усиливают ощущение раскрытия – даже «распахивания» – пространства. И одновременно – экспозиции интерьера всей стилобатной части в сечении одной плоскостью. 

Тут примечательно устройство парадной лестницы. С одной стороны, она висит, диагонально расчерчивает центр, с другой – мы ее видим в профиль, тоже как будто в разрезе. В традиционном решении главная лестница в трехсветном вестибюле выглядела бы иначе, по-барочному обнимала бы пространство, вилась бы вокруг него, а тут – простой срез. Но и он создает интригу, только другого плана: перед нами оживает чертеж. Да и само по себе отличие этой мизансцены от «классического» решения тоже увлекает. 
Поперечный разрез (3–3). Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Здесь, в южной части трапеции, с первого по третий этаж собраны кафе, столовая и конференц-зал с большими переговорными по сторонам. Важно, что они раскрываются не только в атриум – через внутренние балконы и лестницу, но и наружу. На южном фасаде мы видим балкон, на который можно выйти из столовой и большую, восьмиметровой глубины, террасу при конференц-зале, как раз под тем знаковым козырьком, в котором сходятся два главных луча планировочного построения. 
Продольный разрез. Фрагмент. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Здесь есть и другие открытые террасы: о большом балконе для главного кабинета уже говорилось, но потенциально эксплуатируемыми могут быть и плоская кровля атриума между корпусами, и их крыши. 

Но и это еще не все: штаб-квартиру дополняет фитнес-центр на 78 человек с бассейном 25 х 6 метров. Он вынесен вперед, к улице Туполева, и углублен в землю: раздевалки и спортзалы расположены на уровне подземной парковки, а вот над бассейном возвышается световой фонарь – стеклянная кровля, наклоненная к югу для уловления света; стекло тут с электроподогревом, как и на атриуме. Северный, входной фасад фитнеса тоже полностью стеклянный и обращен к приямку – скошенному склону с пандусом и лестницами.
Продольный разрез. Фрагмент. Здание финтнес-центра. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
© ТПО «Резерв»

Так что пространство бассейна получает достаточно, даже много, естественного света. А во дворе образуется любопытная «встреча» двух скошенных поверхностей: одна, ступенчато-полосатая, над атриумом, другая – над бассейном. 
Здание ОАК в Жуковском
Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»

На фотографиях, с фасадной стороны, можно увидеть выступающую кверху часть фитнес-центра – внизу, между двумя крыльями. Как будто объем фитнеса это клавиша, управляющая движением здания. 
  • zooming
    1 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    2 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    3 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    4 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    5 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    6 / 7
    Здание ОАК в Жуковском
    Фотография © Алексей Народицкий / предоставлена ТПО «Резерв»
  • zooming
    7 / 7
    Ситуационная схема. Штаб-квартира Объединенной авиастроительной компании
    © ТПО «Резерв»

Здание ОАК – не будем забывать, что идея родилась почти целиком в конце 2011 года – логично встраивается в ряд других работ Владимира Плоткина. Переклички со штаб-квартирой Аэрофлота (2004–2010) объясняются авиационной темой и статусом штаб-квартиры, но здания не одинаковые: да, там и там можно увидеть крылья, в обоих случаях композиция построена на паре двух корпусов с атриумом, внутренним двором и отражениями, даже опоры лестничных башен под крыльями присутствуют в обоих случаях. Но, во-первых, сам офис Аэрофлота, скомпонованный как «катамаран», укоренен в другом, еще более раннем здании Плоткина, доме в проезде Загорского (1998–1999). Во-вторых, дальше начинаются отличия, и их, в рамках одной парадигмы, достаточно. Парк Хуамин (2012–2023) родственен офису в Жуковском треугольным построением плана и использованием сеток ламелей – своего рода «вуалей», управляющих восприятием формы, работая на целостность фасада. Но есть и целый ряд других перекличек – хотя бы «елочка» из Коммунарки.

Однако складываются-то все эти вещи в новый, индивидуальный образ. Он отличается большей «складчатостью», работой с плоскостями и углами наклона, даже – в рамках своей закрытой, в силу профессиональной специфики компании, территории – открытостью, «распахнутостью» всего здания, и даже тенденцией к послойному построению или даже «расслоению» стеклянно-металлического объема. Если, к примеру, у офиса Аэрофолота носы были острыми, скошенными, то тут оба торца срезаны прямой плоскостью, что заставляет воспринимать их как отрезки чего-то большего, какой-то бесконечной ленты. Да и форма полета в данном случае воспринимается иначе: как то ли взлет, то ли приземление аккуратное, какое-то даже гравиконпенсированное, приземление; а ведь для самолетов эти моменты жизни – самые важные. 
Архитектор:
Владимир Плоткин
Проект:
Штаб-квартира Объединенной авиастроительной корпорации в Жуковском
Россия, Жуковский

Авторский коллектив:
В. Плоткин, С. Гусарев, А. Травкин, А. Квык, А. Бутусов, А. Кузнецов, Е. Кузнецова, Е. Солонкина, А. Догадкина, Р. Князев

 

2011 — 2016 / 2013 — 2017

Заказчик: ЗАО «Ленинградский Проспект-Инвест»

31 Октября 2024

ТПО «Резерв»: другие проекты
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сила линий
Здание в самом начале Нового Арбата – результат долгих размышлений о вариантах замены Дома Связи. Оно стало заметным акцентом как в перспективе бывшего проспекта Калинина, так и в панораме Арбатской площади. Хотя авторский замысел реализован увы, не целиком. В 2020 году архсовет поддержал проект здания с экзоскелетом: внешней несущей конструкции сродни ферме. Она превратилась в декоративную – но сила суперграфики все же «держит» здание, придает ему качество акцента иконического плана. Как сложился замысел, какие неочевидные аллюзии, вероятно, лежат в основе формы сетки и почему не реализован экзоскелет – читайте в нашей статье.
Угол натяжения струн
Дом Музыки, спроектированный Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв», напоминает арфу, а при взгляде сверху еще и басовый ключ. Но если бы все было так просто. В архитектуре зданий комплекса соседствуют два вида образности: решетчатый, прозрачный и проницаемый язык «классического» модернизма и объемно-скульптурные ленты, любимые неомодернизмом нашего времени. Как все устроено, где катарсис, а где оси построения, где проект похож на ЦКЗ Зарядье, а где не очень – читайте в нашем тексте.
Сечение по Краснодару
Стали известны лауреаты смотра-конкурса «Золотое сечение 2025». Гран-при достался тренировочной базе футбольного клуба «Краснодар» Максима Рымаря. Публикуем полный список награжденных.
Проекция квартала
В том, что дом Владимира Плоткина в составе «Садовых кварталов» будет самым модернистским из всех, особенно сомневаться не приходилось. Он таким и получился: в рамках дизайн-кода сочетает кирпич и белый камень, ритмически откликается на соседний дом «Остоженки», и в то же время аккуратно, но настойчиво проводит свою линию. Тут и проекция идеального состава городской застройки 14–9–6, которую можно найти прямо по соседству, и математический расчет, в том числе разного рода террас, а может быть, и единственное воспоминание о советском прошлом завода Каучук. И легкие белые «крестики».
Алюминий в многоэтажном строительстве
Ключевым параметром в проектировании многоэтажных зданий является соотношение прочности и небольшого веса конструкций. Именно эти характеристики сделали алюминий самым популярным материалом при возведении небоскребов. Вместе с «АФК Лидер» – лидером рынка в производстве алюминиевых панелей и кассет – разбираемся в технических преимуществах материала для высотного строительства.
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Китайская симфония
Строительство китайского центра «Парк Хуамин» стало долгой историей, которая завершилась относительно недавно. Здание соседствует с традиционным китайским садом, но оно очень современно, лаконично и технологично, а простые по форме, но эффектные белые ламели обещают когда-нибудь включиться как медиафасад. А еще этот комплекс по-настоящему многофункционален, в его объеме увязаны разные типы жилых помещений, офисы, большой фитнес, конференц-залы и рестораны. В нем можно с комфортом проводить международные форумы, выходя наружу только для того, чтобы прогуляться. Рассматриваем подробно.
Из тени в свет
В ответ на массу ограничений и значительный для небольшого здания набор функций Музей Новодевичьего монастыря в проекте Владимира Плоткина превратился в легкое, но динамичное пластическое высказывание на тему современной интерпретации исторического контекста, а может быть, даже света и тьмы.
Устойчивость метода
ТПО «Резерв» в честь 35-летия покажет на Арх Москве совершенно неизвестные проекты. Задали несколько вопросов Владимиру Плоткину и показываем несколько картинок. Пока – без названий.
Владимир Плоткин:
«У нас сложная, очень уязвимая...
В рамках проекта, посвященного высотному и высокоплотному строительству в Москве последних лет поговорили с главным архитектором ТПО «Резерв» Владимиром Плоткиным, автором многих известных масштабных – и хорошо заметных – построек города. О роли и задачах архитектора в процессе мега-строительства, о драйве мегаполиса и достоинствах смешанной многофункциональной застройки, о методах организации большой формы.
Год 2021: что говорят архитекторы
Вот и наш новый опрос по итогам 2021 года. Ответили 35 архитекторов, включая главных архитекторов Москвы и области. Обсуждают, в основном, ГЭС-2: все в восторге, хотя критические замечания тоже есть. И еще почему-то много обсуждают минимализм, нужен и полезен, или наоборот, вреден и скоро закончится. Всем хорошего 2022 года!
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Семантический разлом
Клубный дом STORY, расположенный рядом с метро Автозаводская и территорией ЗИЛа, деликатно вписан в контрастное окружение, а его форма, сочетающая регулярную сетку и эффектно срежиссированный «разлом» главного фасада, как кажется, откликается на драматичную историю места, хотя и не допускает однозначных интерпретаций.
Небесная тектоника
Три башни на стилобате над склоном реки Раменки – новые доминанты на границе советского микрорайона. Их масштаб вполне современен, высота 176 м – на грани небоскреба, фасады из стекла и стали. Стройные пропорции подчеркнуты строгой белой сеткой, а объемная композиция подхватывает диагональную «сетку координат», намеченную в пространстве юго-запада Москвы архитекторами 1970-х и 1980-х.
ТПО «Резерв» в ретроспективе и перспективе
В новой книге ТПО «Резерв» издательства Tatlin собраны проекты за последние 20 лет. Один из авторов книги, Мария Ильевская, рассказала нам об основных вехах рассмотренного периода: от дома в проезде Загорского до ВТБ Арена Парка, и о презентации книги, состоявшейся 13 ноября на Зодчестве.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Движение по краю
ЖК «Лица» на Ходынском поле – один из новых масштабных домов, дополнивший застройку вокруг Ходынского поля. Он умело работает с масштабом, подчиняя его силуэту и паттерну; творчески интерпретирует сочетание сложного участка с объемным метражом; упаковывает целый ряд функций в одном объеме, так что дом становится аналогом города. И еще он похож на семейство, защищающее самое дорогое – детей во дворе, от всего на свете.
Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Пространство взаимодействия
К востоку от стадиона, метро и парка Динамо отчасти вырос и продолжает расти городок ВТБ Арены Парка, чья архитектура построена на современных принципах, начиная от комфортного благоустройства вкупе с немалой высотностью и заканчивая взаимодействием разных подходов к форме, объединенных общим кодом.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Похожие статьи
Глазастое оригами
В проекте ЖК Jezero на словенском курорте Блед бюро Enota интерпретировало традиционный для региона Гореньска тип дома.
Зелёный силуэт
ЖК 26 ПАРКВЬЮ в Тимирязевском районе – скомпонован вокруг исторического здания бывшего академического общежития и отвечает контексту фасадами из зеленой глазурованной керамики.
Жилье в спичечном коробке
Город Эйндховен в Нидерландах – центр технологий и инноваций. И именно здесь, почти назло индустриальной эстетике, по заказу жилищной ассоциации Trudo, появилось почти полностью деревянное здание Matchbox, спроектированное бюро KAAN.
Мягкая пластика нового просвещения
Школу, которая появится в новых высотных кварталах «Сет» и «Веер», вполне справедливо можно назвать доминантой будущего района. Проект разработали архитекторы образовательной среды из бюро Имаго, а фасады выбирали по конкурсу. Его выиграло бюро GAFA, предложив равномерную сетку из объемных модулей, которые создают любопытный эффект «мягкой» архитектуры. Образность такого решения близка детям разного возраста и подходит статусу образовательного комплекса – после завершения строительства его передадут рейтинговой школе № 1329.
Колючий фасад
Флагманский бутик Urban Revivo по проекту MVRDV в пекинском районе Саньлитунь как будто ощетинился алюминиевым фасадом из множества выступающих деталей.
Красный след на холме
В холмах итальянской области Марке, среди бескрайних пшеничных полей, открылся новый корпус фабрики пасты Mancini Pastificio Agricolo по проекту Stefano Boeri Architetti.
Реинкарнация горы и лотоса
По проекту бюро АСАДОВ в Благовещенске построен новый пассажирский терминал Международного аэропорта имени Николая Муравьева-Амурского (Игнатьево), который свяжет российские горда с Китаем и Вьетнамом. Аэропорт получил сквозной дизайн: фасадное решение, интерьеры и благоустройство площади-парка основаны на треугольном модуле и единой цветовой гамме, которые отсылают к необычным явлениям амурского края – дальневосточному лотосу, «горящим горам» и космодрому «Восточный».
Не время собирать камни
В Китае завершено строительство Площади культуры Шэньчжэньского залива по проекту бюро MAD: Ма Яньсунь разбросал по берегу «валуны».
Под крылом полярной совы
Новый Уренгой – газовая столица России, крупнейший город Ямало-Ненецкого автономного округа с населением 110 000 человек. В 2025 году, к 50-летнему юбилею там решили построить масштабный многофункциональный культурный центр. Работы близятся к завершению, в конце 2026 года объект войдет в строй. Не так давно он получил официальное название – арт-центр «ГАЗ».
Тюремные схемы
Многоквартирный дом The Martin в Амстердаме – часть жилого района, спроектированного бюро OMA с опорой на планировку существовавшей на этом месте тюрьмы.
Проекция спирали, проекция волны
Архитекторы «Мезонпроект» спроектировали высотный жилой комплекс из четырех башен – недалеко у пересечения Новой Риги и Москвы-реки. Доминантность мотивирована как соседством Рублева-Архангельского с его СберСити, так и темой столкновения двух потоков: водного и автомобильного. Фасадный паттерн авторы подчинили суперграфике пиксельной спирали – она призвана оживить, а может быть, даже и трансформировать восприятие призматических объемов.
Близкое соседство
Новое здание детского сада и начальной школы в парижском пригороде Пантен по проекту Marjan Hessamfar & Joe Vérons architectes urbanistes «отвечает» крупному комплексу складов 1930-х через улицу.
Без острых углов
Можно ли выразить философию бизнеса средствами интерьерного дизайна? Именно такую задачу поставила перед собой команда T+T Architects, проектируя офис девелоперской компании STONE. Статус здесь подчеркнут без показной роскоши, а корпоративные ценности воплощены без громких деклараций – в пластике, материалах и организации пространства.
Зеленая энергия старого города
Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Технологии и материалы
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
Сейчас на главной
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Будущее науки
Открылась выставка проектов конкурса на новое здание ФИЦ. Она скорее техническая, 2 дня в неделю 2 сеанса по 30 минут. Одновременно объявлено о планах следующей выставки по следам того же конкурса, в Сколково. И о планах использовать проекты финалистов не только для ФИЦ, а для реконструкции других зданий, связанных с научной работой.
Связующая нить
Создавая интерьер многофункциональной чайной «Нитка», архитекторы бюро PAUM создали оригинальное пространство, в котором ассоциации со знаменитым Чайным домом Перлова, расположенным по соседству, переведены на актуальный и немного ироничный дизайнерский язык, презентующий новое прочтение почти забытой типологии.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Цветы для Елецианцев
До 18 октября в Ельце проходит фестиваль современного искусства «Арт-Елец» с темой «Культурный слой». Еще не поздно успеть. Надувные цветы Павла Зуданова, железная башня Константина Ларина, гигантские коклюшки Анны Рымарь – вашему вниманию подробный и вдохновенный рассказ Юлии Зинкевич с множеством цитат участников. И да – жителей Ельца иногда называют елецианцами.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Акценты для ландшафта
Две постройки с широким спектром функций на озере Лаолихай во Внутренней Монголии по мысли пекинского бюро BUZZ | Büro Ziyu Zhuang «кадрируют» степной ландшафт.
Театр времен
Бюро Ahmadullin Architects предложило для села Верхотор на юге Республики Башкортостан парк, в котором руины заводского комплекса XVIII века становятся частью ландшафта. Проект победил во Всероссийском конкурсе комфортной городской среды 2023 года
С ювелирной точностью
До 4 октября в Государственном музее архитектуры проходит выставка «Федор Шехтель. Грезы русского модерна», приуроченная к столетию со дня смерти архитектора. В парадной анфиладе усадьбы Талызиных собрали две с половиной сотни экспонатов – графику, фотографии, макеты, мебель, книги и семейные реликвии.
Три слагаемых простоты
DO buro продолжает развивать собственный стиль, исследующий эмоциональные глубины смеси минимализма, брутализма и легкого намека на свингующие 60-е. Очередным доказательством успешности этого коктейля стал интерьер флагманского магазина бренда Sanchy.
Глазастое оригами
В проекте ЖК Jezero на словенском курорте Блед бюро Enota интерпретировало традиционный для региона Гореньска тип дома.
Жилье в спичечном коробке
Город Эйндховен в Нидерландах – центр технологий и инноваций. И именно здесь, почти назло индустриальной эстетике, по заказу жилищной ассоциации Trudo, появилось почти полностью деревянное здание Matchbox, спроектированное бюро KAAN.
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.
Зелёный силуэт
ЖК 26 ПАРКВЬЮ в Тимирязевском районе – скомпонован вокруг исторического здания бывшего академического общежития и отвечает контексту фасадами из зеленой глазурованной керамики.
ОНЕ и другие. Итоги архпремии Москвы 2026
Публикуем проекты финалистов и лауреатов архитектурной премии мэра Москвы 2026 года – свои награды они получили из рук главы города в начале июля. Получилась содержательная, объемная подборка, уфф... Есть в ней и башни эмотеха, и клубные дома в русском стиле разной степени эклетичности. Наслаждайтесь: столица должна знать своих героев.
Мягкая пластика нового просвещения
Школу, которая появится в новых высотных кварталах «Сет» и «Веер», вполне справедливо можно назвать доминантой будущего района. Проект разработали архитекторы образовательной среды из бюро Имаго, а фасады выбирали по конкурсу. Его выиграло бюро GAFA, предложив равномерную сетку из объемных модулей, которые создают любопытный эффект «мягкой» архитектуры. Образность такого решения близка детям разного возраста и подходит статусу образовательного комплекса – после завершения строительства его передадут рейтинговой школе № 1329.
Пресса: Никита Явейн: «Профессионализм — это ходьба по грани,...
"Не можешь удивить - работай конюхом". Эту фразу одного из архитекторов былых времен любит повторять Никита Явейн, руководитель архитектурного бюро «Студия 44», действительный член Российской академии архитектуры и строительных наук, лауреат Государственной премии РФ. За его спиной — сотни проектов, которые удивляют, ломают стереотипы, становятся символами эпохи. Ладожский вокзал, восточное крыло главного штаба для Эрмитажа, Олимпийский вокзал в Сочи — каждый из них мог бы стать главным в карьере любого архитектора. У Никиты Игоревича их десятки. В эксклюзивном интервью «Вестнику» один из ведущих мастеров нашего времени рассказал о том, как рождаются проекты, чем живет российская и мировая архитектура и почему профессионализм — это ходьба по грани, которую ты определяешь сам.
Не только K-pop: архитектура корейских кафе. I. За тридевять...
Начинаем серию публикаций об актуальном феномене: южнокорейских кафе-кофейнях, где посетителей привлекает не меню, а экспериментальная и часто масштабная архитектура. В 1-й части расскажем о таких кафе в природной среде, рассчитанных на любование пейзажем.
Кофе без стресса
Архитектурная команда сети кофеен «Дринкит» разработала очередной интерьер для флагманской кофейни в Екатеринбурге, объединив фирменный стиль сети (чрезвычайно расслабленный), с локальной уличной культурой (достаточно напряжённой).
Нераскрытый Петербург XXI века
В рамках летней практики МЛА+ «Нераскрытый Петербург: Город XXI века» четыре команды исследовали, что за последние два десятилетия произошло с малыми реками, зелеными территориями, скайлайном и реализацией генплана. Предлагаем ознакомиться с итогами.
МГАХИ им. В.И. Сурикова 2026
Московский государственный академический художественный институт имени В.И. Сурикова при Российской академии художеств представляет работы выпускников факультета Архитектуры. Проекты охватывают широкий ряд типологий и городов: от аэропорта в Иркутске до культурного центра в карельской Сортавале.
Добро пожаловать в мультфильм!
Студия ZARDECO с легкостью демонстрирует свой широкий креативный диапазон в интерьере ивент-пространства ONE TABLE art.studio, в котором с первого взгляда узнается источник вдохновения – знаменитый советский мультфильм «Алиса в Стране чудес».
Красный след на холме
В холмах итальянской области Марке, среди бескрайних пшеничных полей, открылся новый корпус фабрики пасты Mancini Pastificio Agricolo по проекту Stefano Boeri Architetti.
Колючий фасад
Флагманский бутик Urban Revivo по проекту MVRDV в пекинском районе Саньлитунь как будто ощетинился алюминиевым фасадом из множества выступающих деталей.
Силуэты прошлого
Архитектурная мастерская ЕЛЬ разработала концепцию сквера, который поможет сформировать общественный центр в старинном селе Николаевка Ульяновской области. Дизайн малых архитектурных форм вдохновлен историко-культурным наследием этого края: деревянным зодчеством, ныне руинированными храмами и усадьбами, силуэтами кирпичного моста и винокуренного завода.
Тихое великолепие
Бюро Kozeen + Rueda продолжает сотрудничество с ювелирным брендом компании АЛРОСА – ALROSA Diamonds, создав для нее второй бутик ювелирных украшений в Москве и ища вдохновение не в сиянии самых твердых на свете драгоценных камней, а в аутентичном контексте региона, где эти камни добываются вот уже почти 70 лет.