Автор текста:
Юлия Тарабарина
Напомним, что законопроект писали с 2018 года и у значительной части профессионального сообщества была надежда, что новый закон повысит, так сказать, статус архитектора в обществе, защитит перспективы реализации идей, заложенных в проекте, вне зависимости от личной харизмы или влияния – просто по закону. Чтобы можно было подать в суд с надеждой на позитивное решение.
Признаем, что к версии, предложенной к обсуждению летом 2020 года, было немало вопросов: в частности, связанных с предложенным там 10-летним стажем для получения статуса ГАПа, позволяющего открыть свое бюро, с ограничениями для иностранцев, так же как и с тем, что, вводя ограничения, позицию архитекторов закон никак особенно не защищал. Авторы письма от августа 2020 года указывали на зарубежную практику рекомендуемых гонораров архитекторов как один из инструментов защиты профессии.
После возражений, в марте 2021 года, была создана новая рабочая группа, куда, впрочем, не позвали ни одного из авторов протестного письма. Между тем к августу 2021 была выработана новая консолидированная версия законопроекта от трех организаций: РААСН, НОПРИЗ и САР. Ее разместили на сайте Союза архитекторов, где с ней можно ознакомиться (равно как и здесь, на Архи.ру). Ограничения для иностранцев были исключены, срок стажа для ГАПа сокращен с 10 до 5 лет.
По словам президента САР и СМА Николая Шумакова, версия трех профессиональных организаций была передана в Минстрой РФ в декабре 2021 года. А 19 января 2022 на портале нормативных актов страны была опубликована для обсуждения совсем другая версия законопроекта – вот эта. Для простейшего сравнения достаточно будет сказать, что в «консолидированной» версии профессиональных организаций было порядка 48 страниц, а в новой версии – примерно 16. Две трети где-то потерялись. По мнению одного из авторов протестного письма 2020 года Марии Элькиной, новая версия закона не вредит, но и пользы не приносит. В начале февраля один из участников рабочей группы Илья Машков призывал формулировать и передавать на портал замечания к текущей версии законопроекта.
Замечания передали: на портале 7 вопросов, в них суммарно 184 замечания, как односложных, так и многословных, и один пункт для вноса общих отзывовё – их накопилось в общей сложности 65, итого 246. Нельзя сказать, что это много, это совсем не похоже на волну общественного возмущения.
Высказывания разделились на две группы: одни только выражают возмущение и призывают Минстрой вернуть «согласованную» версию РААСН, НОПРИЗ и САР, должна сказать, что к этой группе относится и текст Николая Шумакова. Часто встречаются упоминания о том, что закон закрепляет лобби строителей и выгоден стройкомплексу. Так что первая группа критиков полностью отвергает обсуждаемую версию. Другие делают попытку взаимодействовать с опубликованным текстом и предложить какие-то замечания к тому законопроекту, который «есть», поскольку другого не предложено. То есть пытается действовать конструктивно. Впрочем, и эти замечания тоже отвергнуты (см. выше, отвергнуты все).
К примеру. Тексты законов вообще такая вещь, неловко или неточно сказанное в них слово может оказаться очень вредным. Многие из обсуждавших обратили внимание на гл. III ст.9 п. 6., где говорится, что "эскизы, рисунки, чертежи, изображения, макеты, концепции зданий <...> должны соответствовать <...> требованиям технических регламентов". Если подходить к этой фразе литературно, можно решить, что, говоря об эскизах, авторы имеют в виду произведение в целом, а эскиз – его часть. Но если посмотреть строго, получается, что от архитектора в результате смогут потребовать соответствие эскиза или рисунка регламенту (какому регламенту? и, если не соответствует, тогда что? ууу?). Многие поняли эту формулировку как утверждение, что черновик не должен содержать ошибок. Случается, что такие неясности текста закона приходится разбирать потом в суде – и практика правоприменения многое, конечно, может прояснить, но это может понадобится немало времени, не говоря уже о силах и нервах.
Авторский надзор в законе также не удалось закрепить как обязательную процедуру, как и обязательную подпись автора проекта при сдаче объекта. Как и вернуть в правовое поле понятие эскизной концепции, не говоря уже от том, чтобы вывести архитектурные решения из зоны действия законов о тендерах, 44 и 223 ФЗ. Можно предположить, что все эти темы еще предстоит обсуждать, вот только когда – если сейчас «все отклонено» – большой вопрос. Лично мне происходящее напоминает велосипед, который с трудом едет в горку, ржавый, скрипит, и не особенно, в общем-то, едет, но вот у него слетает цепь и педали прокручиваются. Кажется, что такую прокрутку мы и наблюдаем. Не упал – хорошо. Может, когда-нибудь встанет и поедет. Но это лирика, которая к законотворчеству, конечно, не может иметь отношения.
Ниже приводим несколько замечаний из опубликованных, но отвергнутых при обсуждении закона. Среди них есть как предсказуемые, так и неожиданные. В частности, не все поддерживают согласования проектов главными архитекторами.
Какое влияние на социально-экономическое развитие субъектов Российской федерации может оказать предлагаемое регулирование?
Зоя Рюрикова:
Архитектура городов – это прямое отражение социально-экономического развития страны. Предлагаемый проект закона не способствует повышению качества архитектуры, делает архитектурную деятельность зависимой от эстетических предпочтений девелоперов. Вероятно этот вариант проекта Закона вынесен на обсуждение вследствии технической ошибки, поскольку в архитектурном сообществе обсуждался совсем другой текст.
Никита Токарев:
Никакого влияния не окажет. ЗП не предлагает ни целей и задач архитектурной политики РФ, ни новых механизмов поддержки архитектуры, регулирования архитектурной деятельности, реализации архитектурных решений, защиты прав архитекторов на результаты интеллектуальной деятельности, необходимой для повышения качества архитектуры в РФ. ЗП является набором деклараций без механизма их реализации.
Повлияет ли принятие проекта НПА на расходные обязательства субъектов РФ?
Святослав Гайкович:
Да, в представленном виде принятие проекта повлияет, вызвав ПОВЫШЕНИЕ расходов по итоговому результату регулируемой деятельности.
Илья Машков:
В случае внесения представленных на 28 страницах правок в законопроект и соответствующей корректировке ГрК РФ, расходные обязательства субъектов РФ могут быть снижены. В представленной на рассмотрение редакции расходные обязательства не снизятся.
Является ли предложенное регулирование оптимальным способом решения проблемы?
Василий Горбунов:
Необходимы изменения в части увеличения квалификационных требований субъектов архитектурной деятельности и расширения их полномочий. Текущий вариант закона носит формальный характер и не отвечает объективной ситуации в стране, экономике, отрасли. Кроме того не отвечает стратегическим планам РФ по увеличению присутствия страны на мировых рынках. В текущей версии отсутствуют условия работы архитекторов РФ за границей и работа иностранных архитекторов в стране. Не выявлена политика привлечения новых технологий в страну, использования иностранных архитекторов для повышения квалификации российских архитектурных кадров на обязательных условиях совместной работы с российским партнером.
Никита Токарев:
Проблема не поставлена, поэтому невозможно обсуждать решение.
Предмету регулирования ст. 1 ЗП содержание закона не соответствует.
Целью законодательства об архитектурной деятельности может быть:
Создание необходимых условий для улучшения зданий и пространственной среды, обеспечить гарантии качества создания и реализации архитектурных проектов для заказчиков и общества в целом.
Содействие развитию профессиональной архитектурной культуры и защиту творческих и профессиональных интересов профессиональных архитекторов, специализированных архитектурных бюро и профессиональных объединений.
Структурировать и систематизировать отношения между архитектором и заказчиком, архитектурными бюро и застройщиками, достичь баланса творческих, предпринимательских, экономических и общественных интересов.
Способствовать трансграничному взаимодействию, экспорту услуг, взаимному признанию квалификаций и стандартов, касающихся архитектурной деятельности, в том числе для интеграции в международные профессиональные сообщества.
Сергей Свиридов:
Нет, не является.
В документе министерства не оговаривается прямое подчинение главного архитектора субъекта РФ главе этого субъекта, а главного архитектора муниципального образования – главе муниципалитета. Определение должности даётся в следующей формулировке: «Главный архитектор субъекта Российской Федерации – лицо, замещающее должность государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации и являющееся руководителем или первым заместителем руководителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области архитектурной деятельности».
Документ не наделяет главного архитектора конкретными полномочиями. «Полномочия главных архитекторов субъектов Российской Федерации, главных архитекторов муниципальных образований определяются соответственно нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, муниципальными правовыми актами», – говорится в тексте законопроекта.
В тексте отсутствует понятие «архитектурно-градостроительный облик объект» (АГО) и, как следствие, не оговаривается право главного архитектора согласовывать АГО.
Георгий Снежкин:
К существующей версии проекта закона есть масса вопросов и претензий, но хотелось бы обозначить главный и, по моему мнению, ложный принцип понимания архитектурной деятельности, как части строительной отрасли. Отсюда и сомнительные определения архитектурной деятельности, и невнимание к важным деталям, и отсутствие решения проблемы выбора архитектурного проекта через 44 ФЗ, где решающим критерием является стоимость. Если же представить себе, что архитектурная деятельность – это творческий процесс, результатом которого могут стать, в том числе, произведения искусства и художественной культуры, и с этой позиции попытаться оценить проект закона об архитектурной деятельности, можно увидеть, что закон описывает совсем другую сферу деятельности человечества, скорее относящуюся к области капитального строительства.
Действительно, реализация архитектурного проекта – одна из важнейших целей архитектурной деятельности. Но не единственная. Не стоит недооценивать значение и самостоятельную ценность самого архитектурного проекта, и сводить искусство архитектуры к строительству.
К сожалению, текущая версия проекта закона не рассматривает архитектурную деятельность отдельно от строительной, упускает ряд принципиально важных частей архитектурной деятельности (таких, как эскизный проект или концепция, например), неверно формулирует саму суть деятельности, не решает проблему авторского надзора.
Какие риски и негативные последствия могут возникнуть в случае принятия предлагаемого регулирования?
Илья Филимонов:
Законопроект в своем нынешнем виде не отражает всей проблематики. Он закрепляет только общие положения (много обобщенных понятий, подразумевающих работу со смежными законами). Таким образом, многие не раскрытые аспекты придется закрывать в рамках судебной практики. Следует обратить внимание на проект закона согласованный РААСН, НОПРИЗ и САР.
Никита Токарев:
Негативных последствий как и позитивных не будет. ЗП не изменяет существующего положения и на результатах архитектурной деятельности в виде проектов и построек не скажется. Непродуманные определения и случайные формулировки создадут юридические противоречия. При этом в отсутствие механизмов реализации закона практического применения он не получит.
Александр Фокин:
Самые непредсказуемые. Согласование проектов главными архитекторами субъектов и муниципальных образований считаю недопустимыми. Проверка на соответствие проектов действующим регламентам и стандартам, не считая экспертизы проектной документации – более чем достаточная процедура. Введение архитектурной части и, тем более, части этой как архитектурного проекта в дополнение к градостроительным регламентам Правил землепользования и застройки противоречит Градостроительному кодексу. Все архитектурные проекты кроме архитектурной части ПЗЗ признаются произведениями архитектуры. Такой подход считаю неверным. Необходимо определиться с понятием архитектурного произведения как объекта авторского права.
Понятие главного архитектора проекта не должно отражаться в законе об архитектурной деятельности. Это сфера регулирования градостроительного законодательства. То же касается и главных архитекторов субъектов и муниципальных образований. Их статус и полномочия должны быть отражены в законах и иных НПА об органах исполнительной власти. Они являются субъектами градостроительной (не архитектурной!) деятельности.
Аркадий Иванов:
Не устраняются многие существующие в сфере архитектурной деятельности проблемы.
в том числе вопросы, касающиеся авторских прав, влияния профессионального сообщества на градостроительную деятельность, на соблюдение заказчиками-застройщиками требований авторов проектов, архитекторов при реализации проектов.
Александр Мельниченко:
Архитектурная концепция и вариативные поиски идеи, предпроектные работы – никак не будут оплачены, это продолжит деградацию Архитектуры в стране.
Выбор проектировщика – будет вестись на основе 44 ФЗ без Архитектурных конкурсов и выбора лучших решений.
Заказчик имеет право не заключать с Архитектором договора на Авторский надзор и имеет право перерабатывать проекты, как ему угодно, повторно использовать, без выплат компенсации Архитектору.
Нет требований к обязательному ведению журнала Авторского надзора и невозможности введения в эксплуатацию здания без подписи Главного Архитектора проекта.
Архитекторы останутся в соответствии с этой версией Закона – фактически бесправными, не обязательны придатком к строительному процессу, коим стали в СССР в 60-х годах 20 века.
Сергей Новокшенов:
Проект Закона предлагает введение обязательных согласований как дополнительных процедур при внесении изменений в правила землепользования и застройки поселения (далее – ПЗЗ), заменяет часть работы комиссии по подготовке ПЗЗ мероприятиями по подготовке архитектурных проектов. Архитектурные проекты потребуют размещения заказа на проведение аукциона (конкурса) на сайте госзакупок. Это соответственно потребует постоянного наличия в бюджете уполномоченного органа власти финансовых средств. Это приведет к существенному увеличению сроков исполнения процедур внесения изменений в ПЗЗ. Проект ПЗЗ – это единый документ, разработка которого не может выполняться частями. По проекту Закона предусмотрено вкрапление в единый документ обязательная подготовка архитектурных проектов для его частей, что никак нельзя допустить.
Илья Машков:
В случае принятия закона в представленной редакции возникнут следующие риски и негативные последствия:
– отсрочка решения насущных проблем строительной отрасли, как следствие
– снижение качества объектов, либо достижения их качества чрезмерными затратами средств,
– снижение конкурентоспособности РФ на мировой арене в области качества архитектурных объектов.
Существуют ли альтернативные (менее затратные или более эффективные) способы решения проблемы?
Константин Павлов:
Думаю, необходимо этот документ обсудить с архитектурным сообществом, тем более, что ранее Союзом архитекторов России был подготовлен проект Федерального закона об архитектурной деятельности и именно он, на мой взгляд, более полон и актуален. А главное его достоинство, то что он возлагает ответственность по созданию архитектурного объекта или среду, на архитектора, автора проекта, не ограничивая его лишь ответственностью за созданный архитектурный проект, как это было до сих пор и как это отражается в представленном проекте федерального закона, а ответственность за весь созданный архитектурный объект, как это принято во всем мире.
Никита Токарев:
Проблема не поставлена ни в тексте ЗП ни в других документах. В то же время проблем в архитектурной деятельности в РФ очень много.
В частности:
в силу объективных причин – существенно большей «денежной массы» у застройщиков, заказчиков архитектурных проектов архитектор оказывается под давлением: результаты его творческой деятельности, которые собственно и определяют эстетический, функциональный облик зданий и пространств в любой момент могут быть искажены, изменены без его согласия.
Заключая договор заказа, как и любой другой представитель творческой профессии, архитектор является «слабой стороной» сделки – лишь достаточно небольшое количество известных архитекторов могут на равных взаимодействовать с крупным строительным бизнесом.
Это порождает серьезное противоречие, которое заключается в том, что именно архитектор формирует основную, эстетическую ценность зданий, общественных пространств, территорий. Оказавшись в финансовых и инвестиционных механизмах, изначально сформированных для застройщиков – таких как система саморегулируемых организаций, установление обязательных требований к квалификации профессия архитектора и возможность формирования устойчивых центров развития архитектурной деятельности – архитектурны бюро оказывается под угрозой.
Устранение указанных рисков может обеспечить реализация нескольких идей, воплощенных в законодательных нормах.
Георгий Снежкин:
Статья 3:
«…архитектурная деятельность – профессиональная деятельность ее субъектов, имеющая целью создание архитектурного объекта…» и далее «архитектурный объект – объект капитального строительства, включая его интерьер, объекты благоустройства, ландшафтного или садово-паркового искусства, пространственную организацию территории, созданный на основе архитектурного проекта.»
Эти формулировки кажутся неверными и неточными.
Архитектурный объект – это не всегда объект капитального строительства. Это может быть и объект некапитальное строительство, и произведение искусства, и самоценные элементы архитектурного проекта, представляющие художественную ценность. Соответственно и архитектурная деятельность имеет целью не только строительство объектов капитального строительства, но и создание любых художественных объемно-пространственных произведений и их концепций.
Статья 8:
Не установлены полномочия главных архитекторов субъектов и муниципальных образований.
Статья 9 п.5:
«Результатом архитектурной деятельности является создание архитектурного проекта. 2.К архитектурным проектам относятся: 1) архитектурная часть правил землепользования и застройки; 2) архитектурная часть проекта планировки территории; 3) архитектурная часть обоснования инвестиций; 4) архитектурная часть проектной документации; 5) архитектурная часть рабочей документации.»
В этом перечне нет эскизного проекта (концепции). Это принципиальная для архитектурной деятельности стадия, на которой определяется общая идея будущего проекта. Как правило, стадия эскиз становится основой дальнейшего развития проекта, определяет его вектор. Очевидно, что это понятие необходимо ввести в закон.
Статья 9:
«Заказчик обязан предоставить автору архитектурного проекта как произведения архитектуры право осуществлять авторский контроль за разработкой проектной документации и иной документации, в соответствии с которой осуществляется создание архитектурного объекта, а также авторский надзор за строительством, реконструкцией объекта либо иной реализации архитектурного проекта.»
Этот правильный и нужный пункт полностью обесценивает вторая его часть:
«а заказчик вправе отказаться от услуг автора архитектурного проекта по осуществлению авторского контроля и (или) авторского надзора по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, законодательством в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.»
Статья 9, п.6:
«В случае подготовки эскизов, рисунков, чертежей, изображений, макетов, концепций зданий, сооружений, общественных пространств, иных разрабатываемых архитектором документов, материалов для их использования в целях архитектурно-строительного проектирования, такие эскизы, рисунки, чертежи, изображения, макеты, концепции зданий, сооружений, общественных пространств, иные разрабатываемые архитектором документы, материалы должны соответствовать требованиям законодательства о градостроительной деятельности, требованиям технических регламентов.»
Концептуальная стадия (эскиз), и уж тем более рисунки, изображения, концепции и макеты, разумеется не должны соответствовать требованиям технических регламентов. Во-первых, архитектурное проектирование может ставить новые задачи в том числе сфере законодательства и технических регламентов.
А во-вторых, как самостоятельные художественные произведения, ни эскиз, ни концепция, ни макет не могут подчинятся техническим регламентам или градостроительному законодательству. Они, в первую очередь, средства иллюстрации идей, которые не нуждаются в ограничениях. Эти требования логично предъявлять к рабочей и проектной документации.
Никита Ярошенко:
Закон нужен, однако текущая редакция законопроекта выглядит урезанной. Даны юридические определения архитекторам субъекта и муниципалитета, но не дано определения архитектурному облику.
Законопроект нужно расширить, прописать подчиненность главных архитекторов и дав основной перечень их полномочий, которые могут дополнться НПА субъектов и муниципалитетов.
Все комментарии доступны на странице обсуждения законопроекта об архитектурной деятельности от 19.01.2022.
Технологии и материалы
Сейчас на главной
