Новая Голландия: теперь open space

Сегодня в Санкт-Петербурге, впервые за триста лет, для посетителей открывается Новая Голландия. Одновременно в Центральном военно-морском музее на Крюковом канале начинает свою работу выставка проектов, разработанных в рамках международного архитектурного конкурса на лучшую концепцию развития этого едва ли не самого загадочного острова в городе.

mainImg
Подобная синхронность – отнюдь не совпадение. Нынешний инвестор острова – компания «Новая Голландия Девелопмент» (дочерняя структура компании Романа Абрамовича Millhouse) намерена сделать процесс ревитализации данной территории максимально открытым, если не сказать, публичным. Поэтому петербуржцы могут увидеть и оценить не только все проекты, участвовавшие в конкурсе (выставлены даже концепции, не вошедшие в шорт-лист), но и заглянуть за знаменитые краснокирпичные стены, обойти треугольный остров изнутри и мысленно «примерить» предложения архитекторов по месту. Более того, всем посетителям дается право голоса: отдельный зал на выставке, названный «Будущее», целиком отдан под высказывания горожан – главными и единственными экспонатами здесь являются заполненные анкеты, развешенные по стенам с помощью миниатюрных магнитов. Впрочем, обо всем по порядку.

Новая Голландия, основанная Петром Первым и на протяжении трех столетий остававшаяся закрытым ведомственным объектом, куда не ступала нога невоенного человека, является местом для Петербурга сколь характерным, столь и знаковым. С одной стороны, потрясающий памятник эпохи раннего классицизма – чего стоят хотя бы величественная арка Валлен-Деламота, неприступные толстостенные корпуса, торжественный ритм краснокирпичных пилонов, – а с другой совершенно не приспособленный для жизни кусок городской территории. Здесь, например, нет канализации (судостроению она как бы и ни к чему), а электричество до самого недавнего времени обеспечивали дизельные генераторы. В каком-то смысле Новая Голландия – это такие ворота в прошлое, волею судьбы оказавшиеся посреди современного города: время на острове словно остановилось, хотя сам он за прошедшие 300 лет успел не только благородно состариться, но и частично руинироваться.

Попытки что-то сделать с Новой Голландией предпринимались не раз: впервые идея передать эту территорию городу была выдвинута еще в 1977 году. В 1997-м идею создать на острове многофункциональный культурный центр начал активно лоббировать Валерий Гергиев, в 2002-м по заказу маэстро проект реконструкции его территории разработал американский архитектор Эрик Мосс. По мнению последнего,  имидж острова очень бы освежило большое количество стекла и активные деконструктивистские формы, но петербуржская общественность во главе с тогдашним главным архитектором города Олегом Харченко единодушно встала на защиту Новой Голландии. И, в общем, их пафос был понятен – стратегия «лучше никак, чем так» не раз спасала российские памятники от необдуманных вмешательств. В 2004-м остров, наконец, перешел в ведение администрации Санкт-Петербурга. В 2006 был проведен инвестиционно-архитектурный конкурс, в котором победил «СТ Девелопмент» Шалвы Чигиринского, нанявший в качестве генпроектировщика самого Нормана Фостера. Проект архитектурной звезды номер один, по сравнению с предложением Мосса, был сама тактичность: исторические стены Фостер не трогал, здания не сносил, а посреди пруда элегантно сажал небольшой «звездолет» Дворца фестивалей. У этого проекта было много как сторонников, так и противников, но реализации в итоге помешали не идеологические споры и даже не медлительность согласовательной махины, а экономический кризис. Компания «СТ Девелопмент» была объявлена банкротом, а город от услуг одного из самых дорогих архитекторов в мире благоразумно решил отказаться.

В прошлом году состоялся новый тендер на реконструкцию – его-то и выиграла компания Романа Абрамовича, хотя, строго говоря, все заранее понимали, что конкурентов у него не было. В том числе и по срокам реализации проекта: «Новая Голландия Девелопмент» взяла на себя обязательства превратить остров в динамичный общедоступный квартал всего за семь лет. В феврале этого года компания объявила архитектурный конкурс на разработку концепции реконструкции, а в мае экспертный совет обнародовал шорт-лист состязания.

Даже одного похода на остров (а журналистов организаторы любезно провели по Новой Голландии за день до ее официального открытия) достаточно, чтобы понять: потенциал у данной территории огромный. Во-первых, площадь – 7,8 га в самом центре города, во-вторых, архитектура – вблизи «крепостная» застройка Новой Голландии еще сильнее впечатляет своей величественностью и подлинностью. Впрочем, не менее огромны проблемы, которые инвесторам предстоит решить на пути к культурному будущему. Руины нуждаются в музеефикации, существующие здания – в реставрации, пространства – в продуманном и разнообразном освоении. Новая Голландия действительно оказалась местом, попав в которое, долго не хочется уходить, но, понятно, что это желание в посетителях нужно как-то поддержать коммерчески. Собственно, именно на поиск оптимальных соотношений разных функций и был направлен новый конкурс: его участники пока не считали ни ТЭПы, ни экономику своих проектов, они должны были лишь прикинуть, как использовать потенциал острова по максимуму, сделав упор на культурно-социальную составляющую.

Пока же на территории острова возможности использования наметаны лишь пунктиром: архитектор Борис Бернаскони разработал проект благоустройства его центральной части на предстоящее лето. Здесь разбит аккуратный газончик, расставлены шезлонги и лавочки, вокруг пруда построены мостки с трогательными надписями «Не купаться» и «Не нырять», выдающими, на мой взгляд, несколько избыточный оптимизм организаторов по поводу нынешнего состояния острова: вот что-что, а нырять в водоем с мутно-бурой водой, подернутой радужной бензиновой пленкой, ну абсолютно не хочется. В качестве же летних павильонов здесь выступают выкрашенные в яркие цвета морские контейнеры,  живописно разбросанные Бернаскони по зеленой траве. В одном случае это кафе, в другом магазин, в третьем выставочный зал, в четвертом лавка для реализации натурпродукта – выращенных здесь же, на импровизированном огородике, овощей.

Саму выставку придумал и воплотил в жизнь английский архитектор Дэвид Кон (David Kohn Architects). И это получилась очень стильная по форме и глубокая по содержанию экспозиция, в которой информация о проекте и его участниках становится таким же зрелищным и полноправным экспонатом, как и сами проекты реконструкции. В качестве основного и единственного цвета оформления залов выбран белый, как нельзя лучше символизирующий стадию «с чистого листа», а сами они сильно варьируются по своим габаритам, что исключает ощущение однообразия помещений, даже при том, что экспозиция закольцована. Потрясает и то, насколько многообразно представлены проекты участников: можно прочитать текстовое описание и изучить чертежи и схемы, можно посмотреть видеоролики, можно полистать альбомы. Масштаб предстоящих работ задает гигантский макет существующей застройки Новой Голландии, выполненный из фанеры: он похож на огромную змею, свернувшуюся калачиком, и занимает целый зал. Можно посмотреть и на саму героиню конкурса: еще один зал заполнен лавочками, установленными напротив большого окна, выходящего прямо на остров.

Но, конечно, больше всего внимание публики привлекают макеты. Они очень разные: есть полностью стеклянный, есть остров под колпаком (эдакое блюдо от шеф-повара), а есть и проект реконструкции, показанный в масштабе всего Адмиралтейского района. Архитекторы неукоснительно выполнили пожелание инвестора о превращении Новой Голландии в центр культурно-общественной жизни, но каждый сделал это по-своему. Для Юрия Аввакумова, например, важнее всего оказались художественные мастерские – он даже придумывает для них новый бренд «Островные Мастерские Новой Голландии», по похожему сценарию пошли и Dixon Jones. Дэвид Чипперфильд, наоборот, для всех активностей предполагает выстроить новые павильоны – стеклянные параллелепипеды, которые бы контрастировали с основной застройкой, а Рем Колхас и вовсе распиливает остров на четыре отдельных сегмента разного функционального назначения. MVRDV трактуют Новую Голландию как организм, способный к самостоятельному поступательному развитию, а WORKac превращают остров в ландшафтный парк. Проблемой парковки на острове всерьез озаботились только два участника: Лакатон & Вассаль предложили разместить 600 машиномест в глубоком цилиндре, а «Студия 44» рискнула «закопать» в грунты Новой Голландии обычный прямоугольный, но зато не очень глубокий гараж. Эта же мастерская придумала, как сделать внутренний водоем острова пригодным для купания: система шлюзов позволит очищать воду, а при необходимости и вовсе осушать бассейн, трансформируя его в сценическую площадку. Более детальный анализ каждого из представленных на выставке «Новые идеи для Новой Голландии» проектов Архи.ру опубликует на следующей неделе. 
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
zooming
Новая Голландия. Фото: Петр Тимофеев. Иллюстрация с сайта www.newhollandsp.com
zooming
Новая Голландия. Фото: Петр Тимофеев. Иллюстрация с сайта www.newhollandsp.com
zooming
Новая Голландия. Фото: Петр Тимофеев. Иллюстрация с сайта www.newhollandsp.com
zooming
Новая Голландия. Фото: Петр Тимофеев. Иллюстрация с сайта www.newhollandsp.com
zooming
Новая Голландия. Фото: Петр Тимофеев. Иллюстрация с сайта www.newhollandsp.com
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой
Новая Голландия. Фото А.Мартовицкой

16 Июля 2011

Похожие статьи
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Сосредоточие комфорта
Для высококлассных отелей наличие фитнес- и спа-услуг является обязательным. Но для наиболее статусных гостиниц дизайнерское SPA&Wellness-пространство превращается в часть имиджа и даже больше – в повод выбрать именно этот отель и задержаться в нем подольше, чтобы по-настоящему отдохнуть душой и телом.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Технологии и материалы
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
Сейчас на главной
Все красное
Бюро «Лепо» разработало для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.
«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени
Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.
Ковчег-консоль
В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Контур «Основания»
В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».
Летящая горизонталь
«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Симоновская ветвь
Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.
Чемпионский разряд
Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией врачей? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.