Проектная мастерская Наркомтяжпрома № 3 под руководством Моисея Гинзбурга занималась южным берегом Крыма начиная с 1932. Проект планировки, разрабатывавшийся с 1935, был поручен архитекторам Михаилу Макотинскому и Игнатию Милинису. По свидетельству Макотинского, записанному Андреем Гозаком[3], Иван Леонидов был привлечен к работе на завершающем этапе – для детальной архитектурной проработки наиболее ответственных элементов проекта[4].
Перу Макотинского принадлежит и наиболее развернутое описание проекта – статья в журнале «Архитектура СССР» (№ 8, 1938) – своеобразная пояснительная записка к сохранившимся проектным материалам[5]. Центральная набережная Ялты (исторически – Александровская, сегодня – имени Ленина) описывается в статье следующим образом:
«Занимающая центральное место парадная береговая полоса между рекой Учан-Су и Дерекой <…> отводится по проекту под курортные отели емкостью в 1500 мест. Туристские отели запроектированы на набережной в непосредственной близости к портовой и будущей вокзальной площадям»[6].
«Набережная, находящаяся в пределах между реками Учан-Су и Дерекой, определяет архитектурное лицо Ялты. Проектом предусмотрено общее ее расширение до 100 м; длина ее равна 1 км. В части, примыкающей непосредственно к морю и граничащей с пляжем, прокладывается прогулочная магистраль. Далее идет широкий партер, организованный отдельными композиционными пятнами, в которые включена партерная зелень, цветники, бассейны с фонтанами и мелкие павильоны. С другой стороны партера проходит более узкая дорога, обслуживающая отдельные ансамбли проектируемых здесь курортных отелей. У другого конца набережной, на свободном участке бывшего «американского базара», запроектирован круглый партер, состоящий из цветников, небольших лестниц и фонтанов. Этот партер окаймляется невысокими сооружениями городского курзала. Отсюда через мост путь ведет к Дарсану, его системе лестниц и площадкам фуникулера. По оси курзала в море вдается проектируемое сооружение яхт-клуба. Возле Калининского сквера, у устья реки Учан-Су, сооружается водная станция. Здесь же находится выходящий в море пирс для причала катеров местного сообщения»[7] (Илл.1).
Среди иллюстраций к статье есть небольшая репродукция планировки центра Ялты, которая до недавнего времени не связывалась с именем Леонидова. Как уже было замечено ранее[8], это изображение, несмотря на низкое качество печати, имеет очевидные совпадения с фрагментами плана на доске из собрания Музея архитектуры имени А. В. Щусева (инв. № Р IV-1158), с другой несохранившейся доской, известной по архивным фото (вероятно, не дошедшего до нас окончательного варианта), а также с эскизами Леонидова из «фонда Гордеева» Музея архитектуры имени А. В. Щусева (инв. № Iа-15939). Все это позволяет уверенно атрибутировать авторство планировки Ялты из статьи Макотинского Ивану Леонидову.
Сам генплан был подробно проанализирован в предыдущей части исследования, сейчас же мы сосредоточимся на его наиболее проработанном фрагменте – застройке центральной набережной Ялты, панорама которой изображена на одной из наиболее эффектных «досок» (Музей архитектуры имени А. В. Щусева, инв. № Р IV-1155). Масштаб оригинального изображения (около 1:700) создает ряд проблем в интерпретации авторского решения. Так, к примеру, видимая в оригинале темная масса за белыми каркасами и колоннадами на реконструкциях показана как витражное остекление. Возможно, знатоки сочтут традиционную стену с проемами более соответствующей реалиям второй половины 1930-х годов, тем не менее, излюбленное Леонидовым сплошное остекление позволяет избежать изображения элементов, размер и форма которых неизвестны. В тех случаях, когда форма колонн и карнизов не определяется однозначно, в реконструкциях используются решения из современных проекту работ Леонидова.
Ближайшие к центру города участки проект отводит под общественные сооружения: упомянутый Макотинским «курзал» (Илл. 2, № 2) и комплекс из трех корпусов, выходящий на центральную площадь Ялты: в проекте – «вокзальную», а сегодня – имени Ленина (Илл. 2, № 1). Они и станут предметом нашего первоочередного внимания.
Поскольку цель настоящего цикла статей – презентация проекта и составляющих его объектов, обширные историко-стилистические экскурсы, на которые провоцирует эта необычная архитектура, лучше отложить на завершающий этап исследования. Сейчас же будут упомянуты лишь ближайшие аналоги описываемых решений из творческого репертуара Ивана Леонидова и архитекторов из его ближайшего окружения – с пояснительной целью.
Илл 1. Центральная набережная Ялты. Планировка. Фрагмент иллюстрации к статье Михаила Макотинского (Завадовский П. К. Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 1 // Проект Байкал. – 2022. – № 19 (71). – С. 167)
Предоставлено Петром Завадовским
Илл 2. Центральная набережная Ялты. Планировка. Реконструкция Петра Завадовского
Предоставлено Петром Завадовским
1. Административный комплекс (?) (№ 1 на плане)
Начнем с сооружения, занимающего крайний правый конец панорамы. Это симметричная композиция с расположенным вдоль набережной центральным корпусом, акцентированным пологим куполом, который фланкирован двумя более компактными и высокими (порядка четырех этажей) крыльями, имеющими вид древнеегипетских киосков. Логика плана участка и застройки соседней площади дают основания интерпретировать эти крылья как торцы двух корпусов, стоящих вдоль боковых сторон квартала (Илл. 3).
Илл. 3. Предполагаемый административный комплекс (№ 1). Схема плана Ивана Леонидова (сверху) и реконструкция Петра Завадовского (снизу)
Предоставлено Петром Завадовским
Размеры плоского купола заставляют предполагать наличие в здании крупного зального пространства. В целом, архитектурное решение беспрецедентно в творчестве Леонидова (Илл. 4 и 5). Однако все элементы его архитектуры – ряды вогнуто-гиперболических колонн, ступенчатые рустованные стены цоколя, башенки-ротонды с воронкообразным гиперболическим покрытием, повторяющие формы характерных леонидовских киосков, – известны по другим проектам Леонидова. Например, знаменитому проекту здания Наркомтяжпрома на Красной площади в Москве (1934) и менее известному проекту колхозного клуба с залом на 800 мест (1935). Связанный с этими работами формальный словарь Леонидова, так же как и общие футуро-архаические тенденции его архитектуры, рассмотрены в статье «Иван Леонидов и стиль «Наркомтяжпром»[9].
Функциональное предназначение этого комплекса никак не проясняется существующими источниками. Поскольку здание выходит на «вокзальную площадь», можно было бы попытаться увидеть в нем вокзал, но этому противоречит отсутствие на генплане подводящих железнодорожных путей. Поэтому будет позволительно предположить, что перед нами центральное административное здание города, или, обращаясь к терминологии эпохи, Дом Советов.
Н-образный тип крупного конторского здания, составленного из трех корпусов с залом в среднем корпусе или рядом с ним, не редок в архитектуре позднего конструктивизма и последовавшего за ним периода. Возможно, он восходит к зданию Центросоюза Ле Корбюзье. Среди других примеров подобных композиций приведем конкурсный проект Дворца Труда Григория и Михаила Бархиных (1932) и Дом Советов в Ленинграде Ноя Троцкого (1935).
Илл. 4. Административный комплекс (№ 1). Вид фасада с набережной. Фрагмент панорамы Ивана Леонидова
Предоставлено Петром Завадовским
Илл. 5. Административный комплекс (№ 1). Вид фасада с набережной. Реконструкция Петра Завадовского
Предоставлено Петром Завадовским
2. «Курзал» (№ 2 на плане)
«Курзал» в привычном значении слова – это зал развлечений на курорте. В сооружении, названном «курзалом» в статье Михаила Макотинского, крупное зальное пространство очевидным образом отсутствует, тем не менее, мы продолжим использовать это название при всей его условности. Само сооружение принадлежит к числу наиболее интересных среди всех крымских проектов Леонидова, по сравнению с которыми его конфигурация известна нам точнее всего. Пятно застройки «курзала» детально видно слева на фото несохранившейся доски с аксонометрией Дарсана[10] (Илл. 6).
Илл. 6. Схема плана «курзала». Фрагмент фотографии несохранившейся доски и реконструкция плана Петра Завадовского
Предоставлено Петром Завадовским
Кольцеобразное сооружение внешнего диаметра порядка 120 метров создает в пределах пятна застройки значительный перепад высот, отраженный в дизайне круглого внутреннего, как его называет Макотинский, «партера», а мы бы сказали – площади-форума. По замыслу Леонидова, эта площадь – исходный пункт парадного подъема на холм Дарсан и своеобразный аванзал для венчающего холм «Акрополя».
Вход на площадь со стороны моря осуществляется по амфитеатральной лестнице знакомого нам по Кисловодску дизайна, сочетающего прямой и обращенный полуконусы. Круглая площадь-форум по диаметру разделена косой линией с кружком в центре. По всей очевидности, это подпорная стена, отделяющая верхний и нижний уровни площади, с амфитеатральной лестницей в центре – уменьшенным вариантом лестницы на входе.
Не менее экстравагантна архитектура самого здания. Внутренняя площадь решена как кольцевая колоннада из двухэтажных гиперболических колонн, стоящих на цоколе первого этажа. Внешняя сторона кольцеобразного объема трактована в виде почти глухой стены двух верхних этажей, опирающейся на структуру из пересекающихся параболических арок. Подобное переосмысление корбюзианских пилоти мы уже видели в «здании для кино и ресторана» на малой вершине холма Дарсан[11]. Стена двух верхних этажей организована ритмом остекленных граненых эркеров, которые выше уровня кровли акцентированы беседками-ротондами с характерным гиперболическим завершением (Илл. 7 и 8). Судя по всему, именно их вспоминает Рем Колхас как «китайские пагоды на холме»[12].
Илл. 7. «Курзал». Фасад, выходящий на набережную. Фрагмент панорамы Ивана Леонидова
Предоставлено Петром Завадовским
Илл. 8. «Курзал». Фасад, выходящий на набережную. Реконструкция Петра Завадовского
Предоставлено Петром Завадовским
Неровности поверхности оригинала чертежа (или картины) заставляют нас предположить, что изначально Леонидов изобразил здесь высотную доминанту, но в итоге закрасил ее. След этой доминанты на плане – меньший кружок на линии подпорной стены, расположенный правее и выше центра. На реконструкции фасада этот объект показан красным контуром. Его дизайн из вставленных один в другой гиперболических сегментов напоминает пальмообразные декоративные фонари у ворот московского Дворца пионеров и школьников. Эти фонари, в числе других предполагаемых следов участия Леонидова в создании ансамбля Дворца пионеров и школьников в переулке Стопани (сегодня Огородная Слобода), были описаны в особом исследовании[13].
Рассмотрение архитектуры сооружений набережной будет продолжено в следующей статье цикла.
[1] Завадовский П. К. Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 1 // Проект Байкал. – 2022. – № 19 (71). – С. 165–169.
[2] Завадовский П. К. Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 2 // Проект Байкал. – 2023. – № 20(75). – С. 120–128.
[3] Gozak А., Leonidov А. Ivan Leonidov. – London : Academy Editions, 1988. – P. 216.
[4] Gozak А., Leonidov А. Ivan Leonidov. – London : Academy Editions, 1988. – P. 29.
[5] Макотинский М. П. Генеральный проект планировки района Ялта-Мисхор-Алупка // Архитектура СССР. – 1938. – № 8. – С. 40–45.
[6] Макотинский М. П. Генеральный проект планировки района Ялта-Мисхор-Алупка // Архитектура СССР. – 1938. – № 8. – С. 42.
[7] Макотинский М. П. Генеральный проект планировки района Ялта-Мисхор-Алупка // Архитектура СССР. – 1938. – № 8. – С. 44.
[8] Завадовский П. К. Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 1 // Проект Байкал. – 2022. – № 19(71). – С. 167.
[9] Завадовский П. К. Иван Леонидов и стиль «Наркомтяжпром» // Проект Байкал. – 2019. – № 16(62). – C. 112–119.
[10] Gozak А., Leonidov А. Ivan Leonidov. – London : Academy Editions, 1988. – P. 142.
[11] Завадовский П. К. Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 2 // Проект Байкал. – 2023. – № 20(75). – С. 127.
[12] Паперный В. Мос-Анджелес. Избранное. – Москва : НЛО, 2018. – С. 280.
[13] Завадовский П. К. Иван Леонидов: предполагаемые реализации в Кисловодске и Москве // Проект Байкал. – 2020. – № 17(66). – C. 94–96.
