Самый необычный ход придумали хорваты, и чрезвычайно жаль, что он не удался. 14 видным архитекторам — в их числе Саша Бегович (Saša Begović), Перо Вукович (Pero Vuković), Марко Дабрович (Marko Dabrović) — было поручено проектирование плавучего павильона: получилась конструкция из 30 т проволочной сетки Q-385, сложная структура которой заметна только на просвет. Она была сооружена на барже и отправлена на ней в Венецию, где должна была находиться в дни вернисажа.
Павильон Хорватии в порту Риеки. Фото предоставлено организаторами
Павильон Хорватии в порту Риеки. Фото предоставлено организаторами
К сожалению, за время пути через Адриатику павильон частично обрушился, поэтому по прибытии в Италию почти сразу же был отправлен обратно. В результате посетителям пришлось удовольствоваться небольшой экспозицией Хорватии в Арсенале, рассказывающей об этом замечательном проекте. Впрочем, организаторы обещают вернуться в Венецию с восстановленным павильоном: в конце концов, время ещё есть — биеннале продлится до конца осени.
Павильон Бельгии. Фото Нины Фроловой
Бельгийские участники посвятили свою экспозицию теме износа в архитектуре и ннтерьере: материалов, предметов обихода, разнообразной фурнитуры. Следы, оставшиеся от использования множеством людей на протяжении долгого времени, придают пространству человечность, делают его уникальным. Кураторы расположили куски коврового покрытия, фанеры, лестничные перила, резиновые коврики в минималистических интерьерах своего павильона как требующие уважительного внимания экспонаты: в результате, стало явным разительное сходство выставки с музеем современного искусства — своего рода второй смысловой слой в замысле организаторов.
Впрочем, и без псевдо-актуального искусства на архитектурной биеннале было немало «художественных» участников. Это особенно справедливо для павильона КНР, где «встреча в архитектуре» толковалась как «деловое свидание» между людьми с их нуждами, устремлениями и желаниями, и постройками, влияющими через свою функциональную программу на поведение человека.
Фань Юэ и Ван Чаогэ. Инсталляция «Стена / ветер» в павильоне КНР. Фото Нины Фроловой
Несмотря на небольшой раздел, посвященный пространствам и проектам, главное место заняли скульптуры и инсталляции, в том числе — созданные архитектором Пэем Чжу. Самой эффектной среди них была работа «Стена / ветер» Фаня Юэ и Вана Чаогэ с прозрачными пластиковыми птицами, порхающими над «воздушным занавесом».
Павильон Египта. Фото Нины Фроловой
В павильоне Египта, несмотря на номинальное участие архитекторов, главное место заняла огромная золотая инсталляция, имеющая вид морской волны, исписанной арабской вязью, и накрывающая мумиеобразную фигуру. Ее дополнили видео-арт и живопись. Темой экспозиции было выбрано «Спасение», понимаемое как взаимодействие с сакральным текстом.
Павильон Польши. Фото Нины Фроловой
Польские участники представили не менее концептуальный проект — «Запасной выход». Эта подсвеченная неоном и погруженная в искусственный туман («облака») конструкция из птичьих клеток по замыслу кураторов павильона должна служить символом «небезопасных» городских пространств, где человек выходит за пределы поля действия регулирующих его благополучие правил и запретов. Это могут быть развалины, крыши домов, черные рынки — потенциальные места несчастных случаев и даже катастроф, но также и территория свободы.
Павильон Люксембурга. Фото Нины Фроловой
Авторы экспозиции павильона Люксембурга обратились к метафизическим понятиям, которые определяют бытие архитектора и его творений: хрупкости (обозначаемой с помощью гири и стеклянной вазы), рутины повседневной жизни (множество чашек кофе с подвешенным над каждой из них кусочком сахара) и ее неуловимой ценности (уютный салон, где посетители могут пообщаться), а также общества потребления, культурной среды и многого другого.
Павильон Люксембурга. Фото Нины Фроловой
Впрочем, кураторы, в отличие от многих их коллег из других стран, откровенно заявляют, что это не архитектурная выставка.
Напротив, вполне архитектурной оказывается при ближайшем рассмотрении экспозиция павильона Словении, посвященная работам двух ландшафтных бюро, AKKA и studiobotas. Однако подробную информацию о них, а также многочисленные эссе на тему встречи города, человека и природы (выставка названа «Все оттенки зеленого»), рассуждения о качестве и сущности пространства, перемежаемые прекрасными фотографиями Петера Коштруна (Peter Koštrun) и цитатами из Маргерит Юрсенар, Габриэля Гарсия Маркеса, Александра Колдера — все это можно найти только на страницах каталога. В скромные помещения павильона уместилась лишь малая часть, и она больше похожа на набор арт-объектов, чем на архитектурную выставку макетов и планов. Игрой с привычными архитектурными образами увлеклись также и кипрские кураторы: они «склеили» из фотографий построек последних лет не существующие в реальности панорамы. Помещенные в витрины-лайтбоксы, эти изображения трактуются авторами как «архитектурный художественный фильм». При этом речь идет не только о встрече зрителя с архитектурой и посетителей между собой, но и неожиданной «встрече» разных зданий в пространстве «фальшивого» фотоснимка.
Павильон Уругвая. Фото Нины Фроловой
Если многие участники биеннале обратились — вместо или наряду с архитектурой — к сфере визуальных искусств, павильон Уругвая больше связан с литературой. Его экспозиция «5 рассказов, 5 зданий» посвящена 5 знаковым постройкам XIX-XX веков, а именно: плотине, бойне, жилому дому в Монтевидео, бывшему на протяжении 7 лет самым высоким зданием Латинской Америки, стадиону первого чемпионата мира по футболу и одной из ранних модернистских построек в Уругвае. Они представлены в виде посвященных им стихотворений, цитат выдающихся людей и т. д., а также в форме коротких фильмов. Впрочем, центральное место в зале занимает ковер из шкуры черно-белой коровы, копия ковра, подаренного Ле Корбюзье в 1929 Викторией Окампо во время его визита в Буэнос-Айрес и замененного по мере износа на другой такой же, присланный другими его друзьями из Аргентины. Этот ковер, история которого изложена в виде цитат из писем великого архитектора, завершает экспозицию как «место для ничегонеделанья».
Павильон Португалии. Фото Нины Фроловой
Португалия целиком положилась на силу кинематографа. Четыре режиссера сняли для биеннале по короткометражному фильму про жилой дом одного из четырех авторов: Алваро Сизы (Álvaro Siza Vieira), бюро Мануэла и Франсишку Айрешей Матеушей (Manuel and Francisco Aires Mateus), Жуана Луиша Каррилью да Граса (João Luís Carrilho da Graça) и Рикарду Бака Гордона (Ricardo Bak Gordon). Это все – совершенно разные постройки: три из них — частные резиденции в городе и в сельской местности, четвертая — социальное жилье, построенная Сизой в 1970-е и расширенное несколько лет назад, поэтому и рассказы про них получились совершенно разными. Больше всего привлекает лента о приморской «вилле» Айрешей Матеушей, состоящей из четырех примитивных домиков с песчаным полом: в ней речь идет о молодом человеке, добирающемся туда летним вечером на машине местного жителя, и приглашающего затем этого старика поужинать в своем доме; лента завершается видом закатного неба и звуками аккордеона. Пожалуй, это один из наиболее удачных примеров передачи архитектурного образа на всей биеннале. Но если говорить об успехах, необходимо сказать и о неудачах: разочарование вызывает национальная экспозиция Ирана, который в этом году впервые участвует в венецианской биеннале. Она посвящена садово-парковому искусству и состоит из небольшого числа низкокачественных фотографий лучших средневековых иранских садов, дополненных примитивной инсталляцией на тему архетипического сада.
Неоднозначное впечатление оставляет скандинавский павильон: он частично посвящен проблеме общественного пространства (планшеты с лучшими национальными проектами, отобранными архитектурными музеями Финляндии, Норвегии и Швеции, рамещены на стенах), но зал по сути не занят больше ничем.
В нем по очереди будут работать 12 начинающих мастерских из трех стран, каждая из которых создаст там собственное пространство для творчества.
Павильон Ирландии. Фото Нины Фроловой
Ирландские участники подготовили не совсем практичную и наглядную, но, безусловно, элегантную выставку: они показали в Венеции архив заслуженного бюро de Blacam and Meagher в виде крупноформатных копий 9 000 листов, собранных в пять огромных стопок в интерьере церкви Сан Галло рядом с площадью Сан Марко. Посетители могут забрать понравившиеся листы с собой, свернув их в рулон и закрепив специально подготовленным для этого кольцом. Эта, — скорее инсталляция, чем выставка воплощает идею архива и его роли в творчестве архитектора.
Экспозиция США. Фото Нины Фроловой
Немного сумбурными представляются павильоны США и Гонконга. Первый более организован: в нем показаны на примере 7 мастерских разные методы работы в городском пространстве, которые объединяет практичность и даже прагматичность. Это очень разные бюро: например, строители гостиниц John Portman & Associates — и почти теоретики Terreform, так что их соединение в одной экспозиции кажется немного надуманным.
Экспозиция Гонконга. Фото Нины Фроловой
Выставка Гонконга расположена прямо напротив входа в Арсенала. Ее название звучит недвусмысленно: Architetture quotidiane: Hong Kong a Venezia. Это переводится приблизительно как «повседневная архитектура»; в английской версии архитектура звучит во множественном числе и его можно понять как «будни разных архитектур». В павильоне собрано целых 12 проектов, разделенных на функциональные сектора (образование, одежда, еда, отдых и т. д.). Тринадцатая часть самая звучная: это конкурсные проекты «Района культуры Западный Коулун», разработанные Ремом Колхасом, Норманом Фостером и Рокко Имом.
Экспозиция Гонконга. Фото Нины Фроловой
Отдельные части экспозиции очень удачны, как, например, фотоколлаж из множества снимков типичных гонконгских квартир, поражающих своей теснотой и следующей из нее захламленностью, или совмещение фотографий и макетов в проекте, посвященном «урбанистическо-сельской экологии», но в остальном от такой чрезмерной «наполненности» экспозиция значительно теряет в смысле.
Эффект в пространстве
Биеннале прошла, похваставшись 170 тысячами посетителей; воспоминания и фотографии остались. Предлагаем еще раз вспомнить про биеннале и посмотреть на картинки с выставки.
Сохранение изменений и изменение сохранения
Экспозицией венецианской биеннале, привлекшей особое внимание публики в этом году, стала выставка Cronocaos от обладателя «Золотого Льва» Рема Колхаса и его бюро ОМА. Ее тема — проблема сохранения наследия, которая, несмотря на свою актуальность, совершенно выпала из сферы интересов современных архитекторов и, как напоминают организаторы выставки, впервые поднимается на биеннале со времен «Присутствия прошлого» Портогези — первой венецианской архитектурной выставки, состоявшейся в 1980.
Метаморфозы больше не в моде
Вчера в Венеции состоялось выступление Курта Форстера, куратора биеннале 2004 года. Форстер, предложивший шесть лет назад для главной архитектурной выставки мира тему «Метаморфозы», каялся и убеждал собравшихся в том, что за метамофозами на самом деле ничего нет, никакой пользы. Он призывал архитекторов заняться проблемами более насущными, чем формообразование – рассказывает обозреватель Архи.ру Анна Мартовицкая.
Архитектурные параллели
В «параллельную программу» венецианской биеннале вошли как проекты, имеющие к архитектуре самое опосредованное отношение, так и выставки, которым самое место — среди ее ключевых событий.
Будущее как гражданский долг, но не только
Павильоны Италии, Великобритании, Германии, Нидерландов и Франции на венецианской биеннале весьма свободно трактуют заданную куратором тему о встречах в архитектурном пространстве.
Пространственная чувствительность
В Палаццо делле Эспозициони в саду Джардини собраны меньшие по масштабу, но не по значению проекты главной выставки венецианской биеннале «Люди встречаются в архитектуре».
Люди встречаются
В заключение обзора российских проектов на биеннале – несколько слов о выставке «Кабинет директора» и несколько фотографий, сделанных в день открытия превью биннале, 26 августа.
Разум и чувства на архитектурном поле
Президент Венецианской биеннале Паоло Баратта заявил на открывшей выставку пресс-конференции, что главная задача любой экспозиции – вызывать в зрителе эмоции. Если исходить из этого немного неожиданного для руководителя такого интеллектуального мероприятия постулата, можно взглянуть на главную архитектурную выставку с неожиданной стороны.
Погружение в архитектуру
Вчера, 26 августа, венецианская биеннале архитектуры открылась для журналистов в режиме так называемого превью. Еще два дня выставку будут показывать прессе, в субботу раздадут «Золотых львов», и начиная с воскресенья она будет доступна для всех желающих. Публикуем первый, беглый обзор главной части выставки. Кураторскую экспозицию Арсенала Кадзуйо Сэдзима превратила в одно большое архитектурное произведение, посвященное творческому осмыслению пространства бывшей Кордери; массивные интерьеры ответили на эти заигрывания взаимностью и стали выглядеть как будто лучше, чем обычно.
Мост в мир высокой моды
Архитектурная мастерская SPEECH разработала концепцию регенерации вышневолоцкой швейной фабрики «Аэлита». Поскольку это действующее производство, архитекторы решили его не перепрофилировать, а наоборот поддержать, создав рядом с фабрикой outlet-центр.
Утопия в павильоне
26 августа состоялось открытие экспозиции павильона России на XII венецианской биеннале архитектуры. Проект «Фабрика Россия», посвященный возрождению промышленной архитектуры и шире – общественной жизни города Вышнего Волочка, проект, интриговавший архитектурную общественность более полугода, наконец представлен зрителям.
Ажурные узоры будущего
Архитектурной мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» в Вышнем Волочке досталась фабрика «Парижская коммуна». На ее территории архитекторы разместили конгресс-центр, отель, жилой дом и школу искусств.
В круге земном
ТПО «Резерв» было приглашено в проект для работы над образом одного из самых крупных и известных предприятий Вышнего Волочка – фабрикой Рябушинских. Бывшее текстильное производство архитекторы превратили в Музей познания мира и технико-развлекательный парк.
Обитаемый остров
Рассказом о концепции регенерации исторического центра Вышнего Волочка, разработанной бюро «Сергей Скуратов Architects», мы открываем серию публикаций о проектах участников экспозиции Российского павильона на XII Международной биеннале архитектуры в Венеции. Сергей Скуратов – единственный из участников «российской архитектурной сборной», кто в процессе работы над проектом переработал кураторское задание, поменяв и место расположения объекта, и его функциональное наполнение.
Лицом к большой воде
Архитектурная мастерская «Студия 44» в рамках проекта «Фабрика Россия» работала над концепцией регенерации хлопчатобумажного комбината «Пролетарский Авангард». Его территорию с водной системой Вышнего Волочка архитекторы связали с помощью нового канала, так что после реконструкции бывшее производство превратится в маленькую Венецию.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Комфортная работа в индустриальном ритме
Офисное здание i8 по проекту C. F. Møller в мюнхенском iCampus’е по-настоящему гибридно: инженерное дерево сочетается с бетонными лестнично-лифтовыми узлами и обшивкой фасада из анодированного алюминия.
Изумрудный город
Самую большую школу России, построенную в Воронеже, дополнил «мегасад», рассчитанный на 600 детей. Оба проекта подготовил ПИ «Гипрокоммундортранс». Детский сад состоит из 8 изумрудных блоков, организованных вокруг центрального ядра, где сосредоточены общие пространства. Цветовое решение и интерьеры вдохновлены книгой Александра Волкова.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
Хвост кометы
KANVA Moscow спроектировали 135-метровую башню бизнес-центра как композиционный акцент новой застройки Северного речного порта. Срезанный по всей высоте угол башни создает оригинальный образ то ли оригами, то ли пера, а может и кометы.
На глубине 101
Концептуальный прокт Arch(e)type – 250-метровая башня, композиционным центром которой является вертикальный бассейн – вдохновлен рекордом Натальи Молчановой, покорившей глубину 100 метров на задержке дыхания. Комплекс в случае реализации станет мировым центром фридайвинга, а также гидролабораторией для тренировки космонавтов. Сейчас самый глубокий бассейн – 60-метровый Deep Dive Dubai.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
О сохранении подлинности и целостности Шуховской...
Составили письмо от имени профессионального сообщества в защиту подлинности Шаболовской башни Владимира Шухова как памятника. Собираем подписи. Здесь можно подписать.
Светящаяся загадка
Коллекция питерских ресторанов пополнилась в прошлом году еще одним интересным для эстетов и гурманов местом – рестораном Self Edge Chinois от бюро SEEU. Вдохновляясь китайской культурой и искусством, которыми так легко очароваться, но так трудно понять их до конца, архитекторы сделали ставку на творческую интерпретацию наиболее ярких образов, ассоциирующихся с далекой Поднебесной.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
Афинская школа в сочинском парке
Дети – не маленькие взрослые. Школа – не офис для детей. Сочи – это юг. Это три утверждения, с которых BuroMoscow начали работу над концепцией лицея «Сириус», – и три архитектурных решения, из которых сложился проект.
Развитие и поддержка
По проекту бюро ulab рядом с храмом Андрея Рублева в Раменках строится центр дополнительного образования для молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. На форму здания повлияло желание соединить зеленый внутренний двор, активную зону у главного входа, а также атриум как главное общественное пространство.
Скрытый источник
Концептуальный проект купели близ пещерного монастыря Качи-Кальон – собственная инициатива архитектора Артема Зайцева. Формы здания основаны на гармонии золотого сечения, вторят окружающему скальному ландшафту и отсылают к раннехристианскому зодчеству.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
