Бинокль архитектора

Новый собственный дом Тотана Кузембаева – удивительный деревянный катамаран, врытый в склон под углом, обратным перепаду рельефа. Сама двухчастная структура дома была выбрана ради лучшей звукоизоляции, столь необычная посадка на участке – ради лучшего вида, ну а выбор дерева как ключевого материала постройки, конечно, никого не удивил.

send.project
Архитектура
mainImg
Архитектор:
Тотан Кузембаев
Мастерская:
Архитектурная мастерская Тотана Кузембаева http://www.totan.ru/
Проект:
Собственный дом Тотана Кузембаева в деревне Лиды
Россия, Лиды

Авторский коллектив:
Тотан Кузембаев (руководитель проекта), Александр Первенцев (ГАП), Сергей Шошин

2015 — 2015 / 2020
У знаменитого «деревянного» архитектора один собственный дом уже есть: в 2010 году Тотан Кузембаев построил для своей семьи жилище площадью 240 квадратных метров в деревне Новая Солнечногорского района. И в принципе острой жизненной необходимости в строительстве второго дома не было. Скорее, речь о стечении обстоятельств. Участок в деревне Лиды Каширского района Московской области был приобретен очень давно, причем, как водится, по знакомству и на выгодных условиях. Невысокая стоимость земли объяснялась в том числе и присущим именно этому участку непростому рельефу: он расположен на высоком берегу Оки и фактически представляет собой один сплошной склон. Перепад между юго-восточной границей участка, вдоль которой идет деревенская улица, и северо-западной, обращенной к реке, составляет более 6 метров.
zooming
Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
© Totan
zooming
Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Как вспоминает сам Тотан Кузембаев, участок пустовал более 15 лет. За это время все соседние домовладения успели отстроиться по полной и все активнее интересовались тем, что же будет (и будет ли) происходить за условным забором соседа. В какой-то момент этот интерес стал таким настойчивым, что архитектор понял: участок нужно или продавать, или застраивать. Сначала возникла идея построить «что-нибудь» и продать землю с готовым домом. Затем случился экономический кризис, и одна строительная организация предложила расплатиться с Кузембаевым стройматериалами. Архитектор выбрал брус – строго говоря, из чистого профессионального любопытства, поскольку никогда еще из него не строил. Потом все вокруг стали говорить ему о том, что дом непременно должен быть двухэтажным, поскольку только высота обеспечит ему максимально выигрышный вид на лес и разливающуюся за ним Оку. И тут же включилось профессиональное упрямство: Тотан Кузембаев к этому времени построил огромное количество двух- и трехэтажных частных домов и если и хотел делать что-то для себя, то точно в иной системе координат. Так сложились два ключевых исходных условия работы над этим проектом: волюнтаристски ограниченная до одного этажа высота объема и его материал – 20-сантиметровый брус.

Рассказ Архиблога о доме в Лидах можно посмотреть здесь. 

У Тотана Кузембаева двое детей и трое внуков, а также очень много по-настоящему хороших друзей, поэтому изначально было понятно, что дом, если и строить, то в расчете сразу на несколько поколений. А поскольку этажность архитектором уже была задана минимальная (в том числе и из соображений лучшей звукоизоляции), он довольно быстро пришел к идее двух независимых жилых объемов в составе одной структуры. Фактически это два дома-близнеца, два вытянутых параллелепипеда, расположенных под одной кровлей и получивших общую террасу. Между домами протянуты переходы, над двором – сетка-батут, один из любимых приемов Тотана, опробованный и в прежнем доме. Сетка большая и автор с гордостью рассказывает, что на ней умещаются все внуки разом.
  • zooming
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Планировка домов идентична: блок прихожей с санузлом и техническим помещением (в одном случае оно используется как сауна, в другом как зона расположения котельного оборудования), нанизанные друг за другом на ось коридора две спальни и 60-метровое пространство многофункциональной гостиной, из которой как раз и открывается вожделенный вид на Оку. Причем эти пространства также несколько разнятся от дома к дому: в первом случае это полноценная гостиная-столовая с мокрой зоной кухни, во втором – мастерская архитектора, где на месте кухонного оборудования разместился длинный стол с чертежами и деревянными заготовками.
zooming
Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
zooming
Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Обращенные к реке торцы каждого из жилых объемов получили панорамные окна, тогда как вытянутые боковые фасады остеклены, наоборот, очень скромно: полноценных оконных проемов в них нет, вместо отдельных фрагментов бруса архитектор вставил такие же по форме и ширине стеклопакеты, которые не имеют рам и за счет этого воспринимаются как неотъемлемая часть цельнодеревянной стены. Кузембаев не скрывает, что, с одной стороны, он тем самым неплохо сэкономил, а с другой – обеспечил обеим половинам дома необходимую приватность, фактически защитив внутренние помещения от взглядов соседей.
  • zooming
    1 / 4
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    2 / 4
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    3 / 4
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    4 / 4
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Как уже говорилось, участок изначально имел довольно сильный перепад рельефа. И этим домовладение Кузембаева заметно отличается от всей остальной застройки деревни Лиды, поскольку все остальные ее обитатели свои участки выровняли – в том числе, видимо, во имя огородных перспектив. Тотана же, понятное дело, возможность организации грядок не интересовала совсем, поэтому он исходный рельеф сохранил, а местами даже усилил: в нижней части участка вырыл пруд, а извлеченный грунт использовал для организации холма, на котором теперь растут (пока еще маленькие) ели. Что же касается дома, то архитектору показалось недостаточным установить его на самой высокой точке участка, и Кузембаев приподнял обращенные к реке половины объемов на стальные опоры.
zooming
Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Сама двухчастная структура дома, в которой два параллельных друг другу обитаемых «бруска» соединены перпендикуляром террасы и общей кровлей, конечно, вызывает ассоциации с катамараном, но вот этот дополнительный подъем конструкции в целях улучшения видовых характеристик – заставляет подумать уже, скорее, о бинокле. Большой бинокль архитектора, который он отрегулировал раз и навсегда, зафиксировав с помощью бетонного ростверка с одной стороны (это решение позволило в каждой из половин организовать комфортные подвалы для хранения запасов) и тонких металлических опор с другой. Каждый из объемов поддержан тремя парами опор – тонкими металлическими колоннами квадратного сечения, – а широкая плоскость террасы покоится на металлических же двутаврах. И этим разнообразие недеревянных конструктивных элементов полностью исчерпывается: сам дом, как уже говорилось, сложен из доставшегося в наследство от строителей бруса 20-сантиметровой толщины.
  • zooming
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Любопытно, что брус не только ничем не утеплен, но даже не пропитан. Это было сознательное решение Тотана Кузембаева, который хотел посмотреть, как материал ведет себя во времени, насколько комфортно жить в доме из неотделанного бруса. Сегодня, спустя два с лишним года после постройки дома, архитектор удовлетворенно констатирует: жить комфортно. Летом, конечно, проще и приятнее, чем зимой, поскольку отапливать такой дом приходится довольно щедро, но зато в том случае, если вы решили зимой его вообще не эксплуатировать, тратить ресурсы на поддержание какой-то определенной температуры внутренних помещений необходимости нет.
  • zooming
    1 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Разрез 2-2
    © Totan
  • zooming
    2 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Фасад в осях 1-5
    © Totan
  • zooming
    3 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Фасад в осях 5-1
    © Totan
  • zooming
    4 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Разрез 1-1
    © Totan
  • zooming
    5 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. План на отметке 0.00
    © Totan
  • zooming
    6 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Схема расположения ростверка, металлических колон и балок
    © Totan
  • zooming
    7 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Фасад в осях А-Ж
    © Totan
  • zooming
    8 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды. Фасад в осях Ж-А
    © Totan
  • zooming
    9 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    © Totan
  • zooming
    10 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    © Totan
  • zooming
    11 / 11
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    © Totan

И на этом фоне куда более экспериментальным выглядит и воспринимается тот угол наклона, который Тотан выбрал для своего дома ради обеспечения видовых характеристик. Северо-западные части дома приподняты опорами на высоту 3.5 метров. Суммарно это дает уклон в 6 градусов. С одной стороны, идеально для односкатной кровли – на нее с комфортом можно выйти (и для любителей видовых характеристик во главе с самим автором это едва ли не главное пространство всего дома), но она уже далека от плоской поверхности и не задерживает снег. С другой стороны, все внутренние помещения организованы с поправкой на этот наклон, а точнее, подъем, поскольку дом-то взмывает от входа к панорамным окнам, и для того, чтобы пройти в гостиную, нужно преодолеть подъем – немалое количество ступеней в одной половине и один сплошной широкий пандус в другой. Наличие ступеней в одном из объемов позволило организовать в отдельных комнатах ровные полы, что проще с точки зрения размещения мебели, но очень сложно для визуального восприятия с непривычки, тогда как по второму дому проще перемещаться, но с поправкой на ощущение восхождения и спуска и неизбежность разновысоких ножек у предметов мебели, например, тех же кроватей. С непривычки в этом доме даже кружится голова, поскольку мозг упорно пытается «выровнять» боковые окна, а они, следуя логике кладки бруса, расположены по диагонали.
  • zooming
    1 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    2 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    3 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    4 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    5 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    6 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan
  • zooming
    7 / 7
    Тотан Кузембаев. Собственный дом в деревне Лиды
    Фотография © Илья Иванов / предоставлено Totan

Словом, ощутив на себе эту «антигравитацию» экспериментального дома Тотана Кузембаева, я в чем-то даже понимаю членов жюри премии АРХИWOOD, которые наградили этот проект, оговорившись, что считают его «наглой выходкой». Эксперты, впрочем, сочли выходку наглой скорее по отношению к окружающей среде, и конкретно с этой оценкой я уже согласиться не могу. Для того, чтобы быть уместным, объему совершенно необязательно развиваться вдоль склона. Можно и вопреки – особенно если это оправдано теми же видовыми характеристиками и жаждой архитектурного эксперимента.

***


И еще немного рассуждений, от редактора:

Тотан Кузембаев, как известно, увлеченный сторонник авангардного эксперимента – иногда это убеждение он передает напрямую, тогда, к примеру, о супрематизме может напомнить форма, как в пироговском Доме-телескопе, или цвет, как в красных гостевых домиках там же. Да и многое другое: консоли, деревянные «ежики» – выдает в архитекторе заядлого экспериментатора, который ну, практически, ничего не боится. Именно отсюда происходит определение дома как наглой выходки, поскольку он, безусловно, эпатажен в своем зависании над склоном. Но у Тотана есть и другая ипостась: если так можно выразиться, «почвенника», – в основном она проявляется в его «номадических» композициях и инсталляциях из юрт. Один из недавних примеров скрещения того и другого – башня на Арх Москве 2019 года, где зиккурат наподобие татлиновского вмещал в себя ту самую юрту. В доме в Лидах нечто подобное тоже наблюдается: панорамные окна, тонкие опоры над склоном, косые полы, эксплуатируемая кровля – части авангардно-экспериментального подхода, смелого и современного. А узкие окошки по бокам напоминают волоковые окна русских изб, как и непропитанные дерево (пусть и брус). А в движении «заваливания назад» можно, наверное, увидеть образ деревенских (а иногда и городских) деревянных домов, падающих в свою середину в процессе разрушения – такое сейчас можно увидеть много где. Так что, наверное, эксперимент Тотана средствами авангардной архитектуры напоминает о погибающей, но все еще дорогой нам древности. ЮТ
Архитектор:
Тотан Кузембаев
Мастерская:
Архитектурная мастерская Тотана Кузембаева http://www.totan.ru/
Проект:
Собственный дом Тотана Кузембаева в деревне Лиды
Россия, Лиды

Авторский коллектив:
Тотан Кузембаев (руководитель проекта), Александр Первенцев (ГАП), Сергей Шошин

2015 — 2015 / 2020

21 Января 2021

Статьи по теме: Дерево в современной архитектуре
Объект
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Объект
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Объект
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Объект
Глазастое оригами
В проекте ЖК Jezero на словенском курорте Блед бюро Enota интерпретировало традиционный для региона Гореньска тип дома.
Объект
Жилье в спичечном коробке
Город Эйндховен в Нидерландах – центр технологий и инноваций. И именно здесь, почти назло индустриальной эстетике, по заказу жилищной ассоциации Trudo, появилось почти полностью деревянное здание Matchbox, спроектированное бюро KAAN.
Объект
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Объект
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Новость: технологии
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Объект
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Объект
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Объект
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Объект
Природа в витрине
Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.
Объект
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Объект
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Объект
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Технологии и материалы
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
Сейчас на главной
Объект
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
send.project
Дизайн терапия от стресса
В интерьере студии телесных практик «Алхимия» зашифрован секретный дизайнерский рецепт обретения мира и покоя в бесконечной череде суетливых будней, проживаемых жителями северной столицы, – от бюро AN Design.
Объект
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Объект
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
Новость
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
send.project
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
send.project
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Объект
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
send.project
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
Объект
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Работы студентов
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Рецензия
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Объект
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Репортаж
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Объект
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Объект
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Исследование
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
send.project
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Мнение
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Объект
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
send.project
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
send.project
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Обзор
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Объект
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Репортаж
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Объект
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Конкурс
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
send.project
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.