Памяти Юрия Волчка

Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.

07 Июля 2020
0 Юрий Павлович Волчок (28.02.1943 – 06.07.2020), профессор МАРХИ, академик МААМ, руководитель отдела Истории отечественной архитектуры и градостроительства Новейшего времени НИИТИАГа, вице-президент СМА, почётный строитель Москвы. Но главное – талантливый, вдохновенный исследователь, любимый многими учитель и дружелюбный, энергичный и увлеченный человек. На наш призыв вспомнить о Юрии Волчке откликнулись быстро и многие. Если вы были знакомы и тоже хотите вспомнить Юрия Павловича, пишите в комментариях, развернутые высказывания перенесем в текст.
zooming
Юрий Павлович Волчок, 1943–2020
Светлая память.


Карен Бальян, 
архитектор, член-корреспондент МААМ:

«Юрий Павлович – мой старший друг по времени моей аспирантуры в ЦНИИТИА конца семидесятых годов. Очень трудно поверить, что его нет больше с нами, и трудно сейчас правильно оценить масштаб его фигуры – он был кандидатом наук, но воспитал стольких кандидатов, стольким помог продвинуться в науке и стольких выучил, что я бы сказал, он был как академик-«тяжеловес». Могучая фигура, ученый, исследователь, разносторонний, я бы сказал, ренессансный человек.

Одну из наших совместных поездок Юрий Павлович любил вспоминать: после землетрясения в Армении я как архитектор занимался сбором проектов восстановления, их тогда присылали во множестве. Он приехал в Ленинакан, просил встретить – в какой-то момент мы не очень понимали как, там было пепелище, ни дорог, ни адресов. Но он добрался, мы всё объехали. В итоге Юрий Павлович собрал фантастический архив проектов, в девяностые мы подумывали об их публикации, но как-то не получилось. Думаю, архив Юрия Павловича заслуживает детального исследования. С другой стороны, предположу, что должна появиться конференция в его честь, может быть, даже ежегодная».


Андрей Баталов,
доктор искусствоведения, профессор, заместитель генерального директора Музеев Московского Кремля по научной работе:

«Юрий Павлович принадлежал к яркой плеяде удивительнейших людей, которые работали в институте Теории и истории архитектуры в семидесятые и восьмидесятые годы. Я очень ценю нашу дружбу, сложившуюся в то время.

Он принадлежал к кругу ученых, уверенных в том, что их деятельность способна изменить, в числе прочего, и современные им архитектурные процессы. Сейчас всем этим людям должно было быть около 80 лет. Они верили в то, что их слово может трансформировать мышление тех, от кого зависит развитие архитектуры. В этом – одна из главных черт характера и Юрия Павловича Волчка, и его близкого друга Маргариты Иосифовны Длугач, и Вячеслава Леонидовича Глазычева, и других их коллег и друзей. Они занимали активную позицию и были уверены в способности человеческого разума изменить что-то в системе, в рамках который мы все тогда жили.

Он обладал острым концептуальным умом и, много занимаясь в числе прочего историей советской архитектуры, возвышался над преобладавшей в то время тенденцией хвалебно-фактологического описания процессов, – а исследовал современность с позиций академической науки. И ставил очень важные теоретические вопросы по отношению к тому материалу, который, казалось бы, сам по себе не провоцировал такой проблематики.

Юрий Павлович был удивительно открытым и доброжелательным человеком. Доброта к любому, кто приходил в науку, в значительной мере отличала его от очень и очень многих коллег. Думаю именно поэтому во ВНИИТАГе Юрию Павловичу удалось создать удивительную общность молодых единомышленников, с которыми он собирался перевернуть мир».


Игорь Бондаренко, 
доктор архитектуры, профессор, директор НИИТИАГ до 2018 года: 

«Юрий Павлович Волчок оставил по себе светлую память. Он был интеллигентным, обаятельным и дружелюбным человеком, всегда готовым поддержать товарища и коллегу, как старого, так и совсем молодого, найти в его работе что-то интересное, новое и достойное похвалы. Он был чрезвычайно предан своей любимой профессии, жил ей, не делая перерывов, не уходя в отпуска, не отвлекаясь на что-либо другое. Он постоянно познавал, всматривался, вдумывался, искал ответы на самые сложные вопросы и никогда не удовлетворялся трафаретными суждениями. Избрав путь историка и теоретика архитектуры, он сосредоточился не только на доскональном изучении фактов истории, прежде всего, советской, но и на целенаправленном и безграничном расширении своего общекультурного и общенаучного кругозора, что позволяло ему выстраивать оригинальные философские умозаключения, порой трудные для восприятия, но всегда подкупающие своей содержательной многозначительностью.

Мы потеряли замечательного человека и соратника, активнейшего участника всей нашей многогранной научно-творческой деятельности, истинного патриота НИИТИАГа, непреклонного борца за понимание непреходящей ценности архитектурного наследия, видного ученого, мыслителя, педагога и, конечно же, хорошего близкого друга.

Пусть земля ему будет пухом! Спи спокойно, дорогой Юра!».


Анна Броновицкая,
кандидат искусствоведения, историк архитектуры: 

«В Юрии Павловиче меня всегда восхищала поэтичность его исследовательского взгляда и смелость настаивать на значимости неочевидного. Кто еще мог прийти на конференцию по архитектуре модернизма и сделать доклад о прорыве в изучении античности, достигнутом в 1960-х годах? У него было стереоскопическое видение эпохи модернизма, свидетелем и исследователем которой он был одновременно, и он щедро делился с коллегами своими знаниями и прозрениями. Его будет очень не хватать».


Анна Васильева, 
старший научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Впервые Юрия Павловича я увидела кафедре Советской и современной зарубежной архитектуры МАРХИ. С момента своего появления в аудитории он сразу приковывал к себе внимание, погружал в мир архитектуры во всей ее многогранности, сложности, взаимосвязанности. Позже, регулярно присутствуя на его выступлениях на конференциях и на заседаниях Ученого совета НИИТИАГ, я опять и опять при каждом выступлении Юрия Павловича окуналась в этот интересный и удивительный мир, который он раскрывал перед слушателями. Глубина и парадоксальность его мышления, потрясающая эрудиция, раскрывали многие процессы и явления с новой и неожиданной стороны. При этом многие каждодневные ситуации, которые казались сложными и неразрешимыми, при даже беглом обсуждении с Юрием Павловичем становись простыми и ясными. Это удивительное свойство показывать одновременно простоту и сложность совершенно разных вещей и явлений, увлекая при этом любую аудиторию, будет всю жизнь для меня уроком и недостижимым примером».


Алексей Воробьев,
кандидат архитектуры, архитектор, градостроитель:

«Юрий Павлович всегда был невероятно современен, и в профессии, и в жизни. Наверное, поэтому многих к нему так тянуло, и начинающих студентов, и маститых профи. Иногда казалось,что он смотрит на мир как-то по-особенному, и при каждой встрече обыденность превращалась в увлекательный процесс, как будто из-за тучек появлялось солнышко, и ты с новым дыханием, силами и настроением бежал работать дальше. У Юрия Павловича было особое, глубокое понимание архитектуры.
Педагог по призванию, он всегда очень чутко относился к своим студентам и аспирантам, тем самым «облекая» их в свою веру в профессию. Он всегда был этичен, скромен и, несмотря на колоссальный интеллект, прост в общении. Все мы в миг осиротели. Нам, его ученикам, будет очень не хватать учителя. Светлая память!».


Игорь Грищинский,
архитектор, Израиль:

«Коллеги, долго вас не задержу. Несколько слов. На фоне творящегося вокруг хаоса и непредсказуемости важно их не забыть сказать. Что будет завтра, как и на ком отыграется эта напасть неизвестно. Сейчас страшный жребий выпал Юре. Умер хороший человек. Мне повезло познакомиться с ним и провести вместе несколько дней в 2014 году. Юра и его жена Люда, мой замечательный друг и однокурсница, гостили в Израиле. Что вам сказать, коллеги. Это было счастье. Посреди тягомотины рутинной проектной жизни вдруг праздник – разговоры обо всём, что нравится, о чём интересно поговорить нашему брату архитектору, поспорить даже, хоть и понимаешь несоответствие весовых категорий. Но чего не сделаешь под хорошую выпивку и средиземноморскую еду. Только сейчас, когда Юры не стало, я узнал от Люды, что он был на 12 лет старше нас! А ведь мальчишеская любознательность и озорной взгляд не измеряются годами. Нам было легко и комфортно. Мимолётное знакомство и память на всю жизнь. Им, Юре и Люде, повезло друг с другом. Гармония иногда случается как выяснилось. Теперь она нарушена. Люд, друг мой, мне нечего тебе сказать. Тебе придётся жить без Юры».


Ольга Казакова, 
кандидат искусствоведения, старший научный сотрудник НИИТИАГ, директор Института Модернизма:
 
«Ужасно тяжело писать этот текст. Невозможно писать в прошедшем времени о Юрии Павловиче – еще слишком рано, и больно, и не справедливо.
 
Невозможно поверить, что ему нельзя больше позвонить, что не будет встреч, и знаешь что да – не будет. Это тяжело и больно.
 
Юрий Павлович Волчок – человек, который в моей жизни сыграл очень большую и важную роль. Он был моим научным руководителем на дипломе, и согласился им быть, почти меня не зная, просто поверив. Из-за него я пошла в аспирантуру – тоже потому, что он в меня поверил – и этим сделал для меня возможным научный путь. Конечно, он был научным руководителем диссертации, которая без него никогда бы не состоялась – и таких диссертаций, защищенным благодаря Юрий Павловичу, наверняка не один десяток. Я была одной из многих его студенток и аспиранток – он ко всем нам относился с подлинной добротой, уважением, индивидуальным и чутким интересом. Он поражал широтой знаний и души, и при этом всегда был совершенно спокоен, с абсолютно своим «волчковским» стилем. Каждым разговором он умел вдохновить, убедить, подарить новые мысли, приподнять над собой и над серостью. Перед защитой диплома я звонила ему в 2 часа ночи, потому что он перед этим сказал – звони мне в Любое (с нажимом) время – и он ответил так, как будто за окном был белый день. И все его ученики его любили, и продолжают любить.
 
Он был удивительный во всем. Удивительно мудрый, тонкий, остро и парадоксально мыслящий, ярко одаренный, умевший находить нужные и точные слова и в науке, и в жизни. Удивительно красивый человек. И удивительно щедрый – легко даривший свои идеи, время, внимание.
 
Именно с подарка и с легкой руки Юрия Павловича – собранного им большого и уникального архива фотографий советских зданий и проектов – начался Институт модернизма. Институт, который теперь осиротел, как и все мы – его ученики, коллеги, близкие и дальние знакомые. Нам всем уже сейчас, когда еще трудно трудно поверить случившееся и не пришло еще осознание этой утраты – ужасно и остро его не хватает».


Сергей Кавтарадзе,
историк архитектуры, старший преподаватель Школы дизайна НИУ ВШЭ: 

«Очень больно, потому что неожиданно. Юрий Павлович умел не стареть, сколько знаю его, был бодр, полон планов, остроумен и непредсказуем в риторике (излагаемой голосом, который мы вряд ли забудем).

Наверное, нельзя стать историком архитектуры, если на жизненном пути не повстречается такой учитель – любящий свое дело и заражающий этой любовью, открывающий неофиту незримые смыслы языка объемов, пространств и декора. Мне повезло. В 1979 или в 1980 году к нам в МГУ преподавать спецкурс пришел Юрий Павлович Волчок – завсектором ЦНИИТИА. И моя учеба у него, разумеется, никак не умещалась в рамки положенной по расписанию академической пары. Свою концепцию тектоники, отличную от привычной, он растолковывал мне и после занятий, и пешей дорогой от нашей «стекляшки» к метро «Университет», и потом еще (и долго) – на платформе, где мы стояли, не в силах закончить беседу, пропуская десятки поездов. И так раз за разом. Мы говорили об архитектуре, и это было прекрасно.

Эти счастливые времена продолжались и позже, когда после окончания вуза он взял меня к себе в сектор. Именно Юрий Павлович тогда, когда «борьба с излишествами» была еще актуальна в начальственных кабинетах, начал изучение советской архитектуры 30-х – 50-х годов, той самой, «с колоннами». Тогда мы прикрывались темой «Послевоенное восстановление городов». Множество роскошных изданий с советской классикой, лежащие сейчас на книжных полках – это во многом его личная заслуга.

Он был отличным научным стратегом, планировавшим на много ходов вперед, и лидером, умевшим мобилизовать на решение практических задач. Он толкал вперед свою команду, продвигал карьеры молодых, знакомил, рекомендовал и помогал, помогал, помогал…

Ушел невероятно хороший, умный и добрый человек».



Армен Казарян, 
доктор искусствоведения, директор НИИТАГ:

«Юрий Павлович Волчок – редчайший на сегодняшний день ученый, исследующий сущность архитектурных и художественных явлений, способный взглянуть на них с необычного ракурса – ракурса творца и философа. Обладая многосторонними знаниями, острым аналитическим мышлением, он не только генерировал идеи, но и умел привлекать к их воплощению круг своих сподвижников и учеников, призывая каждого из них раскрыть в общем замысле свои собственные мысли и достоинства.
Юрий Павлович был учителем по призванию, и учил он, прежде всего, мыслить и чувствовать структуру, конструкцию, образ произведения – качествам, крайне необходимым историку архитектуры. За последние десятилетия из его магистрантов и аспирантов сформировалась целая плеяда талантливых ученых и организаторов науки.

Для НИИТИАГ, где Юрий Павлович многие годы возглавлял Отдел истории архитектуры и градостроительства Новейшего времени, организовывал яркие проблемные конференции, круглые столы и сборники научных статей, его уход – невосполнимая потеря. Во многом и потому, что он был большим другом, приходящим на помощь и приободряющим в трудную минуту, способным дать оригинальный и в то же время основанный на жизненном опыте совет, поддержать разумную инициативу. Юрия Павловича никогда не покидали большие планы, он никогда не терял оптимизма и особого чувства юмора, свойственного его колоссальному интеллекту. Нам будем очень не хватать общения с ним».


Андрей Кафтанов, 
архитектор, старший научный сотрудник НИИТИАГ, вице-президент Союза архитекторов России:

«Уход от нас Юрия Павловича Волчка, масштаб его личности и его вклад в Архитектуру и Культуру нам только предстоит осознать. Но для меня, проработавшего под его началом почти сорок лет, это не только глубокая личная трагедия, но и понимание того, что весь наш архитектурный цех лишился выдающегося, я бы сказал – «ключевого» носителя архитектурной культуры. И здесь речь прежде всего идёт не об огромном научном вкладе- десятки монографий и сотни статей с собственным взглядом на новую и новейшую истории архитектуры, не о яркой многолетней педагогической деятельности с десятками защитившихся аспирантов и сотнями студентов, по праву считающих себя его учениками.

Кроме этого высокого профессионализма в традициях академической науки, энциклопедических знаний, Юрий Павлович обладал удивительным чувством времени и понимания меняющихся с его нелинейным движением смыслов архитектурной деятельности. Это редкое качество давало ему уникальную возможность предвидеть будущие вызовы и интересы, как в науке, так и в практике. Он всегда был новатором. В 1983 году, мы вместе с Лешей Тархановым и Серёжей Кавтарадзе, трое молодых сотрудников, только что пришедших в ЦНИИТИА, вошли в рабочую группу под руководством Юрия Павловича по разработке методологии реконструкции и реабилитации «пятиэтажек», как домов так и районов, которые затем легли в основу первых двух всесоюзных конкурсов. Затем работа над книгой «40 лет Победы. Архитектура», в то время первое предъявление, а фактически – реабилитация Архитектуры военных лет и послевоенного десятилетия. Следующая – двухтомная книга «Год Архитектуры» и «Новое в Архитектуре», в которой удалось зафиксировать как процессы «перестройки» в архитектуре в конце 1980-х, так и предъявить возможные пути исправления ситуации. Последовавшие 1990-е подтвердили выявленные тогда проблемы социалистического градостроительства. Тогда, в эти самые тяжелее годы нашей новейшей истории, когда целенаправленно стиралась память о советском прошлом вместе со сносом памятников архитектуры того времени, под руководством Юрия Павловича мы работали над международным изданием лучшего в наследии XX века, под редакцией Кеннета Фремтона. Отдельная книга, вошедшая в знаменитое десятитомное издание, предъявленное на Конгрессе Международного союза архитекторов в Пекине в 1999 году, было посвящено 100 лучшим произведениям архитектуры на постсоветском пространстве. Во многом благодаря этой работе удалось сохранить для будущих поколений знаковые объекты прошедшего столетия...». Полный текст на сайте САР. 


Диана Кейпен-Вардиц, 
кандидат искусствоведения, старший научный сотрудник НИИТИАГ, ученый секретарь НИИ РАХ:

«Да, он такой был – как «сто сорок солнц», эмоционально и психологически чрезвычайно мощным. Удивительный человек! Его присутствие всегда ощущалось, даже когда он молча присутствовал в комнате. А когда начинал говорить глубоким, хорошо поставленным голосом – размеренно, неизменно доброжелательно, ясно и четко – все вообще преображалось, а слушатели не могли не подпасть под его обаяние».


Нина Коновалова, 
кандидат искусствоведения, заместитель директора НИИТАГ по научной работе:
 
«Юрий Павлович всегда был очень требователен к употреблению слова, мастерски владел этим искусством. Часто сокрушался, что большинство людей привыкло говорить и мыслить штампами, а вникнуть в смысл слов могут лишь немногие. Он настаивал на том, что необходимо научиться чувствовать нюансы, оттенки смыслов, подбирать точные слова. По его словам, «предъявить масштаб проблемы», «запараллелить смыслы», «показать сквозное действие», должен уметь каждый, даже начинающий ученый. Лучше многих он умел это делать сам и добивался того же от учеников. Но сейчас слов просто не хватает…».


Петр Кудрявцев,
урбанист, социолог, партнер бюро Citymakers:

«Юрий Павлович, милый, умный, добрый и чрезвычайно уютный человек. Благодарен ему за каждую встречу – просто потому, что всегда становилось легко на душе. И очень ему признателен за его лекцию об истории кинотеатра «Ударник» – одно из самых ярких воспоминаний с нашей Первой архитектурной недели в далеком 2006 году».

Светлана Левошко,
кандидат архитектуры, доцент, ведущий научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Юрий Павлович к казалось бы хорошо известному мог подойти неординарно. Его мысли не были простыми, не были понятными сходу, но он ухитрялся внедрять их в наши головы. И его идеи тоже становились «общепринятыми». Он обладал прекрасным чувством юмора. Хохотал над названием« 100 шедевров архитектуры». Казалось бы, что тут смешного? Но он видел абсурд в примелькавшемся и обыденном. ПРЕКРАСНЫЙ УМНЫЙ И ТОНКИЙ ЧЕЛОВЕК ПОКИНУЛ НАС. МЫ ОСИРОТЕЛИ».


Марианна Маевская, 
старший научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Юрия Павловича Волчка отличала удивительная доброта и душевность по отношению к коллегам и студентам. Он умел вдохновить и направить ученика, подчеркивая индивидуальность каждого. Обладая энциклопедическими знаниями и невероятной широтой профессионального кругозора, Юрий Павлович приглашал коллег к равноправному диалогу, увлекая своими идеями и суждениями. Благодаря его страстной уверенности в ценности наследия архитектуры советского модернизма в профессиональном и общественном сознании произошла существенная переоценка важности этого периода в отечественной архитектурной науке».


Дмитрий Михейкин, 
архитектор, старший научный сотрудник НИИТИАГ, профессор МААМ, основатель «НЛО бюро»:

«Юрий Павлович – мой любимый учитель, руководитель, наставник во всех смыслах. В уже далеком 2004 во время тяжелой сдачи диплома в МАРХИ какими-то неисповедимыми путями меня направил к нему мой отец, физик, как к будущему руководителю диссертации. Конечно, они были вообще не знакомы и никогда не видели друг друга. Оба дети войны, шестидесятники, со схожими привычками. И уже тогда с первого дня знакомства я почувствовал от Юрия Павловича поддержку фантастической силы.

Доброта его была безгранична. Дорогой Юрий Павлович всегда помогал добрым словом и делом, словно он всегда был близким человеком, а это так и было на самом деле. Сколько он отдал времени мне, равно как и всем своим подопечным – а это долгие годы, в моем случае в течение 16 лет, сколько в нем было терпения ко мне, сколько он передал знания и мудрости, потому как по-другому Юрий Павлович просто не мог поступать – он одарял всех. И дело его продолжается и будет продолжено.

Сейчас я окончательно начинаю осознавать, что Юрий Павлович был для меня гораздо больше, чем любимый учитель, он отчасти заменил мне отца, который ушел сильно раньше.

Как странно больше не услышать его голос, не увидеть его больше».


Константин Хрупин, 
научный сотрудник НИИТИАГ: 

«Трудно свыкнуться с мыслью, что нет больше Юрия Павловича Волчка. Ушел из жизни замечательный человек – ученый, педагог, инженер-строитель, искусствовед. Всегда спокойный, доброжелательный, отзывчивый, мудрый – он пользовался уважением, как среди коллег, так и учеников. Он навсегда останется в нашей памяти».

Некролог на сайте НИИТИАГ.
Некролог на сайте МАРХИ.

Лекция Юрия Волчка на канале «Россия»:  

07 Июля 2020

Похожие статьи
Памяти Феликса Новикова
Ушел из жизни Феликс Новиков, архитектор, автор Дворца пионеров на Ленинских горах и Зеленограда, историк архитектуры модернизма и увлеченный публицист.
Слово о друге
В память о Феликсе Новикове публикуем его эссе, посвященное Джиму Торосяну и написанное в 2019 году для книги, которую сейчас готовит в издательстве Tatlin архитектор Карен Бальян. С разрешения автора и издательства.
Умер Рикардо Бофилл
Безусловная звезда современной архитектуры, автор, сменивший несколько направлений и тем самым примиривший в своем творчестве постмодернизм, национальные мотивы, неоклассику и интернациональный стиль, умер в возрасте 82 лет от последствий ковида в больнице Барселоны.
Памяти Евгении Кириченко
Ушла из жизни Евгения Ивановна Кириченко, человек, открывший нам ценность русской архитектуры модерна и эклектики, увлеченный и продуктивный исследователь, умный и жизнерадостный собеседник. Светлая память.
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Умерла Ольга Севан
Реставратор, исследователь и защитник деревянной архитектуры и исторической среды русского Севера, малых городов и сел.
Умерла Зоя Харитонова
Соавтор Алексея Гутнова, одна из тех архитекторов, кто стоял у истоков группы НЭР. Среди ее работ – многофункциональный жилой район в Сокольниках и превращение Старого Арбата в пешеходную улицу.
Умер Виктор Логвинов
Архитектор и юрист, увлеченный «зеленой архитектурой» и отдавший больше 30 лет защите корпоративных прав архитектурного сообщеcтва в рамках своей деятельности в Союзе архитекторов. Один из авторов закона «Об архитектурной деятельности».
Умер Сергей Бархин
Сегодня в возрасте 82 лет скончался Сергей Бархин, известный прежде всего как театральный художник, но также выпускник МАРХИ, участник «бумажных» конкурсов 1980-х, художник, поэт.
Умер Константин Малиновский
В Петербурге 27 мая скончался исследователь творчества Трезини, Кваренги, Расстрелли, культуры и искусства Петербурга XVIII века Константин Малиновский. Сергей Чобан – в память о Константине Малиновском.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик Иона Фридман озвучил в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Умер Александр Кузьмин
Сегодня ночью не стало Александра Викторовича Кузьмина, президента Российской академии архитектуры и строительных наук, с 1996 по 2012 годы – главного архитектора города Москвы.
Технологии и материалы
МасТТех. Этапы большого пути
Алюминиевые архитектурные конструкции Masttech используют в своих проектах архитекторы ведущих бюро, таких как СПИЧ, ATRIUM, ТПО «Резерв». Не так давно специалисты компании разработали – по техническому заданию АБ Цимайло, Ляшенко и Партнеры – эксклюзивное решение оконно-витражного блока, который монтируется сразу на два этажа.
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Сейчас на главной
Сохраняя историю Чистых прудов
Как сделать клубный дом комфортным, отвечающим требованиям дорогого современного жилья в центре города, сохранив максимум от подлинного здания 1915 года? Илья Уткин вместе с компанией Sminex решили этот ребус для Потаповского переулка, 5 – изучаем, как именно.
Яркий купаж
Винный бар в культурно-деловом кластере «Басманный двор», идеи для которого архитекторы позаимствовали у модернистской курортной архитектуры, добавив сочные цвета и винтажную мебель.
Звезды для Подмосковья
Выбрали 6 самых «звездных» и примечательных проектов Московской области из показанных на стенде «Зодчества» и рассматриваем их. Лидируют образовательные учреждения.
Спорт за окном
Скейт-площадка для линейного парка от XSA Ramps: профессиональный и любительский спорт, зрелищность и альтернативные сценарии досуга как часть благоустройства территорий жилых массивов.
Дом-гнездо
Шведский производитель спортивных электрокаров Polestar реализовал «концептуальную» модель домика на дереве, которая может сделать отдых на природе более экологичным.
Жизнь в лесу
Комплекс апартаментов в Рощино от бюро GAFA по своему устройству напоминает глэмпинг: жильцы наслаждаются нетронутой природой карельского перешейка, при этом располагают городскими удобствами и возможностями для общественной жизни.
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Школа как сообщество
Лондонское бюро AdjoubeiScott-Whitby Studio превратило здание Александровского училища в Калуге в уникальную школу на 150 учеников. Здание начала XX века адаптировали под британскую образовательную систему – как в программном смысле, так и в архитектурном.
Пена дней
В интерьере ресторана Sparkle бюро Archpoint переосмысляет эстетику винных погребов и обращается к образам, связанным с игристым вином – пузырькам, пене и жизнелюбию.
Небоскреб с оазисами
В Сингапуре завершено строительство небоскреба по проекту архитекторов BIG. Управляющим системами здания искусственным интеллектом и другими цифровыми компонентами занималось бюро CRA – Carlo Ratti Associati.
Королевство зеркал
На XXX по счету Зодчестве столько решеток и зеркал, что эффект дробления реальности на кусочки многократно усиливается. Только ради этого ощущения стоит посетить фестиваль. Но кроме того выставка богата, разнообразна и работает как хорошо отлаженная машина по всем направлениям: губернскому, студенческому, арт-объектному, круглостольному и прочим. Делать бы и делать такие фестивали.
Руин-бар
Нижегородский бар, спроектированный Fruit Design Studio, совмещает эстетику запустения с дворцовой роскошью, созданной из черновых материалов – бетона, армированного стекла и грубого металла.
Обещания и надежды
Объявлены шесть лауреатов Премии Ага Хана 2022. Они обещают лучшее будущее людям, демонстрируют новаторство и заботу о природе.
Оазис в дождливом городе
Бюро MAD Architects разработало интерьер первого в Петербурге коворкинга сети SOK. Его отличительная черта – обилие зелени и элементов биофильного дизайна, характерная для города колористика и отсылки к литературному наследию.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
Глядя в небо
В Саратове названы победители фестиваля короткометражных любительских роликов, посвященных архитектуре. Фильм, приглянувшийся редакции, занял 1 место. Размышляем о типологии, объясняем выбор, «показываем кино».
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.
Архивуд–13: Троянский конь
Вручена тринадцатая по счету подборка дипломов премии АрхиWOOD. Главный приз – очень предсказуемый – парку Веретьево, а кто ж его не наградит. Зато спецприз достался Троянскому коню, и это свежее слово.