Не-стирание. Памяти Николая Лызлова

Николай Лызлов умер три дня назад, 7 июня. Вспоминаем его архитектуру, старые и новые проекты, построенное и не построенное, принципы и метод, отношение к среде и контексту. Светлая память. Прощание завтра в ЦДА.

Николай Лызлов был из тех архитекторов, которые в девяностые и 2000-е не увлекались стилизацией, а делали то, что Николай Малинин позднее назвал «Другая Москва». Но его почерк для меня сложно верифицируется – вероятно, особенность Лызлова как архитектора в отказе от почерка в пользу метода: это распространенное утверждение для Лызлова, кажется, было более принципиальным, чем обычно. Он вообще был очень принципиальным и... упорным каким-то. Не упертым, нет, скорее последовательным. 

О Лызлове сейчас все пишут как о защитнике наследия модернизма и авангарда, и архитекторе, способном тонко, деликатно работать с контекстом. Это правда, но это потом – сначала о том, какой он все-таки был архитектор. Модернист, «конструктивист», идеи архитектуры XX века для него были вполне своими и в то же время незаслуженно забытыми в каких-то важных моментах. Так что, избегая популярной в Москве стилизации конструктивизма, Лызлов обращался к ключевым сюжетам: к примеру, проектировал дом с двухъярусными квартирами и оптимальной «упаковкой пространства». Или – кажется, именно он первым или одним из первых вернул в Москву идею монументальной композиции на крупном объеме, поместив ее на торце «Города яхт» на Ленинградском проспекте. Этот дом – одна из построек Николая Лызлова, наиболее заметных в городе, и он составляет достойную пару «Лебедю» Андрея Меерсона. 
  • zooming
    Николай Лызлов. Многофункциональный спортивно-развлекательный комплекс с апартаментами «Город яхт»
    Фотография © Николай Малинин / www.drumsk.ru
  • zooming
    Николай Лызлов. Многофункциональный спортивно-развлекательный комплекс с апартаментами «Город яхт»
    Фотография © Николай Малинин / www.drumsk.ru

Гараж Лызлов мог парой росчерков превратить в брутальное и лаконичное высказывание, напоминающее и о двадцатых, и о более позднем времени, но каким-то образом свежее и новое. Отличный объем для наблюдений за работой светотени, как торговый центр на Большой Семеновской – хороший пример внутренней монументальности при небольшом, на самом деле, масштабе. 
  • zooming
    Гараж-паркинг на 9 Парковой улице
    Фотография © Юрий Пальмин
  • zooming
    Николай Лызлов. Магазин на Большой Семеновской улице («Покров мост»)
    Фотография © Юрий Пальмин

Следуя собственному утверждению – что ни стилизация, ни жест не нужны, – Лызлов был, пожалуй, непревзойденным мастером поместить новое сооружение в историческую застройку таким образом, что, не зная о его присутствии, догадаться о нем практически невозможно: из давних работ хороший пример это дом в Милютинском переулке, причем надо заметить, что брандмауэры с красивым силуэтом, так удачно сфотографированные Юрием Пальминым – это и на самом деле брандмауэры, к ним чуть позже прилепился дом с совершенно иными принципами, а этот – сейчас только формирует двор. 
  • zooming
    Административное здание в Милютинском переулке
    Фотография © Юрий Пальмин
  • zooming
    Административное здание в Милютинском переулке
    Фотография © Юрий Пальмин

Апофеоз незаметности – реконструкция, офис РусАгроТранса на 2-й Боевской улице, и тут редкое по нашим временам решение: сталинскую надстройку заменили не на стеклянную или металлическую, а на кирпичную, добавили только двутавры над окнами. Сдержанности так много, что она переходит в новое качество, заставляет приглядываться, поскольку эта очень простая надстройка совсем не похожа на банальную. Так надо уметь.  
  • zooming
    Офисное здание на ул. 2-ая Боевская
    Фотография © Алексей Народицкий
  • zooming
    Офисное здание на ул. 2-ая Боевская. Интерьер 2 этажа
    Фотография © Алексей Народицкий

Другой вариант – офис на Верхней Красносельской: стены совершенно новых корпусов выстроены безо всякого вентфасада, из кирпича по традиционной технологии, покрыты обмазкой, карнизы подбиты деревом, словом, как будто строили в XIX веке, но неуловимо лаконичнее – но вход здесь в виде дыры в земле с хайтечным стеклянным кожухом над ней; как в метро, только лучше. Тем не менее можно легко пройти мимо, а можно поднять глаза и удивиться. 
  • zooming
    Комплекс офисных зданий на Верхней Красносельской улице. Мастерская Николая Лызлова
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    Справа историческое здание, слева современное (2018). Комплекс офисных зданий на Верхней Красносельской улице. Мастерская Николая Лызлова
    Фотография: Архи.ру

Верхняя Красносельская получила главный приз «Золотого сечения» в 2021 году, и, вообще говоря, среди построек и проектов Николая Лызлова, лаконичных и неброских, многие получали то золото, то другие награды, то Сечения, то Зодчества. Малозаметное заметно.

Впрочем, не то чтобы незаметность была главной особенностью Лызлова как архитектора, вовсе нет. Был и проект огромных «Краснобогатырских слонов» – домов на одноименной набережной – в лексиконе автора с тех пор закрепилось сравнение архитектуры то со слоном, то с зайцем, или проект здания на месте «Президент-Сервиса», во дворе комплекса, который тогда еще назывался Миракс-Плаза, остановленный кризисом 2008 года: фасады простые стеклянные, зато атриум – огромная пиранезианская композиция, решетчатая, с опорами на всю высоту, заполненная полезными объемами с некоторым виртуозным, я бы так сказала, произволом, то внутреннее здание «обнимет» колонну, то толща стены откроет окно на фасаде, а то одна из стен расширяется кверху. 
  • zooming
    Проект многофункционального комплекса с апартаментами и подземной автостоянкой (на месте «Президент-сервиса», комплекс «Миракс-плаза»)
    © АМЛ
  • zooming
    Проект многофункционального комплекса с апартаментами и подземной автостоянкой (на месте «Президент-сервиса», комплекс «Миракс-плаза»)
    © АМЛ

Или вот, можно вспомнить каркасную башню для Будвы

Все это возвращает к несчитываемости почерка, но устойчивости метода. Метод Лызлов озвучивал неоднократно, например здесь, и не отступался: комплекс гения это плохо, здание должно родиться из сочетания всех обстоятельств, равно как и борьбы с ними, растет оно само, а архитектор помогает: «крестьянский цикл», а не самовыражение. 

В этом звучит какой-то параметризм, не в смысле гнутых дигитальных форм или чешуек, поднимаемых ветром и солнцем, а в смысле параметров, самоустранения автора, который настолько не навязывается – как видим, не только месту, а даже своему проекту, что его как будто даже и нет. Правдой быть не может, уж как минимум автор с его взглядами – тоже параметр, причем очень важный. Но, с другой стороны, это дает гибкость и разнообразие. Можно сравнить БЦ на Страстном бульваре и на Верхней Красносельской, но не могу сказать, что будет легко догадаться, что это работы одного автора, пусть и с перерывом в 10 лет. А ведь даже типология одна и та же. Хотя может быть, кто-то скажет, что между ними можно найти признаки эволюционного развития. 
  • zooming
    Административное здание на Страстном бульваре. Фрагмент фасада
    Фотография © Юрий Пальмин
  • zooming
    Комплекс офисных зданий на Верхней Красносельской улице. Мастерская Николая Лызлова
    Фотография: Архи.ру

Упомянутый «крестьянский цикл» тоже важен. У Лызлова временами, и кажется, тоже достаточно давно, заметен интерес к этакому «сельскому» сочетанию дикого дерева и кирпича – не «натуральных фактур», а именно что настоящих материалов, если дерево то бревно, если кирпич то не плитка. Вот например конноспортивный комплекс в Пирогово: деревянный манеж-«перипер» за белой «крепостной» стеной. 

Почему-то мне кажется, что тот давний проект перекликается с его последним и любимым проектом, музеем идеолога научной организации труда Алексея Гастева в Суздале. Многие помнят, как Николай Лызлов в недавние годы взахлеб и подробно рассказывал, кто такой Гастев, что сделал и как жил – пример максимального вживания архитектора в свою работу. Так бывает, но не очень часто. 

В древнем, но деревенском уездном городе Суздале, на полянке между монастырем, основанным Александром Невским, и домами из кирпича и дерева, Николай Лызлов спроектировал такой же музей: деревянный верх, белый кирпичный низ, деревянные брусья внутри, оптимальное построение объема с учетом перепада высот и яркие конструктивистские вставки – внутри новатор двадцатых Гастев, снаружи тихий сонный Суздаль. Попробуйте найти музей на панораме с реки Каменки: он заметно скромнее соседней гостиницы. 
  • zooming
    Встройка в панораму левого берега Каменки. Музей Гастева – по центру между елками
    © Архитектурная мастерская Лызлова
  • zooming
    Музей Гастева, Суздаль
    © Архитектурная мастерская Лызлова

В музее Гастева тоже – а может быть, в нем сильнее всего, – присутствует все тот же эффект неброской заметности, проявления через стирание, когда подчинение контексту на самом деле не подчинение, не прятки и не стирание себя, а некий исподволь рост. 

То же и с постройками модернизма. Будучи модернистом по сути и выучке, Лызлов, с одной стороны, сам следовал принципам движения – а с другой стороны, был увлеченным защитником послевоенных построек, которым так редко удается присвоить статус памятника и которые так часто уродуют реконструкциями до неузнаваемости. 

Он был одним из первых, кто многим рассказал, что пятиэтажки – не серые коробки, а прогрессивный проект оттепели и уникальная среда, заросшая дикой, но зрелой и обильной городской зеленью – с другой. Он был против обновления зданий послевоенного модернизма методом вентфасада, полностью уничтожающего исходный «вкус» здания, к примеру, семидесятых – и работая с гостиницей «Арктика» в Мурманске, сохранил ее исходный вид – всем показал, что с этими зданиями можно обращаться иначе, бережно не в ущерб комфорту. 
zooming
Реновация гостиницы «Арктика» в Мурманске. Azimut Отель Мурманск, архитектор – Николай Лызлов, подрядчик – RD Constuction,
© АМЛ

Он мне потом рассказывал, какими методами (опять метод!) можно сохранять здания модернизма, для которых, как правило, сложно получить охранный статус: то они слишком новые, то слишком прочные... Один из методов – статус капремонта, который в некоторых случаях и в хороших руках способен помочь зданию выжить, сохранив свое лицо. Так, мы обсуждали судьбу вокзала во Владимире, где исходную белокаменную облицовку планировали (или до сих пор планируют?) заменить на вентфасад с ее имитацией. Он вообще был готов помочь и участвовать в защите памятников / не памятников, которые сравнительно мало кто защищал / защищает. 

Задача, к сожалению, сложная на грани невыполнимого. В самом начале своей карьеры Николай Лызлов семь лет работал в «Гипротеатре», и его первым, или одним из первых, проектов был драмтеатр в Великом Новгороде – в 1980-е годы, под руководством Владимира Сомова. У этого здания сейчас сложная судьба: на протяжении больше чем 15 лет Лызлов наблюдал и фиксировал его постепенное исчезновение, фотографировал амфитеатр с металлическими стульями и стелу, которых уже нет, объяснял про бетонные модули Сомова, которые и на потолке и на площади, сокрушался о вентфасаде, был настроен с ним бороться.
  • zooming
    Драмтеатр в Великом Новгороде
    Фотография Николая Лызлова
  • zooming
    Драмтеатр в Великом Новгороде
    Фотография Николая Лызлова

Еще он был деятельным, энергичным, приветливым; проектировал, преподавал, выступал. У него было много друзей, которые сейчас сказали о Николае Лызлове много хорошего. Совершенно невозможно представить, что его больше нет. 

Прощание с Николаем Лызловым состоится 11 июня в 11:30 в Фойе Центрального Дома архитектора.
Николай Лызлов на Древолюции, август 2022 года
Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Некролог Союза архитекторов здесь.

10 Июня 2024

Похожие статьи
Памяти Александра Раппапорта
Человек, «глубоко мыслящий и всесторонне одаренный»; «ренессансный гений – уникальный эрудит, мудрый философ, тончайший поэт, виртуозный музыкант и проницательный художник»; «один из последних архитекторов, входивших в интеллектуальную элиту»... С нами больше нет Александра Раппапорта.
Памяти Алексея Розенберга
Сегодня в 13:00 в церкви Нерукотворного Образа в Клязьме состоится отпевание Алексея Розенберга. Вспоминаем его архитектуру. Она была свободной, разнообразной, тонкой и узнаваемой.
Памяти Марии Зубовой
Мария Зубова преподавала историю искусства и архитектуры нескольким поколениям студентов МАРХИ. Художник, иконописец, искусствовед, автор учебников, книги о графике Матисса, инициатор переиздания книг Василия Зубова по истории и теории архитектуры, реставрации и христианской философии.
Памяти Юрия Земцова
Петербургский архитектор, которого помнят как безусловного профессионала, опытного мастера работы с историческим контекстом и обаятельного преподавателя.
Памяти Ирины Шиповой
Сегодня 10 лет, как с нами нет Ирины Шиповой, историка искусства, главного редактора журнала speech: с момента основания и до 2014 года.
Памяти Юрия Гнедовского
В этом году Юрию Петровичу исполнилось бы 94 года. Он – архитектор, автор книг, глава Союза архитекторов и инициатор главной архитектурной премии страны.
Памяти Анатолия Столярчука
Автор многих зданий современного Петербурга, преподаватель Академии художеств, Член Градостроительного совета и человек, всегда готовый поддержать.
Памяти Жана-Луи Коэна
Марина Хрусталева – о Жане-Луи Коэне (20.07.1949-7.08.2023), историке архитектуры авангарда, преподавателе, авторе многих изданий и выставочных проектов.
Памяти Сергея Ткаченко
На прошедшей неделе, 6 августа, ушел из жизни Сергей Ткаченко, – одна из самых символических фигур постсоветской архитектуры и московского градостроительства.
Умер Майкл Хопкинс
В возрасте 88 лет скончался Майкл Хопкинс, один из главных архитекторов хай-тека, расширивший свой репертуар за счет традиционных материалов и рифм с историей.
Памяти Александра Некрасова
Он известен как автор нескольких реализованных станций метро, многие – с заметной, яркой, запоминающейся архитектурой. Одним из последних проектов Некрасова стала станция Физтех.
Собиратель
Умер Игорь Киселев. Реставратор и автор многих книг – справочников по архитектурным деталям и элементам зданий, очень полезных и хорошо известных специалистам.
Умер Рафаэль Виньоли
Скончался американский архитектор Рафаэль Виньоли, автор лондонских и нью-йоркских небоскребов, токийского «Форума» и многих других построек по всему миру.
Умер Балкришна Доши
В возрасте 95 лет скончался индийский архитектор Балкришна Доши, лауреат Притцкеровской премии, сотрудник Ле Корбюзье и Луиса Кана.
Памяти Виктора Быкова
Ушел из жизни Виктор Филиппович Быков – яркий представитель Нижегородской архитектурной школы, лучшего ее периода. Заслуженный архитектор Российской Федерации, лауреат престижных международных конкурсов и премий Нижнего Новгорода. Талантливый и эмоциональный человек, остро откликавшийся на вызовы времени.
Памяти Сергея Эстрина
Три дня назад умер Сергей Эстрин – архитектор и художник, автор синагоги на Бронной и множества общественных и частных интерьеров, всегда ярких и эффектных, а также красивых тонких графических работ.
Памяти Феликса Новикова
Ушел из жизни Феликс Новиков, архитектор, автор Дворца пионеров на Ленинских горах и Зеленограда, историк архитектуры модернизма и увлеченный публицист.
Слово о друге
В память о Феликсе Новикове публикуем его эссе, посвященное Джиму Торосяну и написанное в 2019 году для книги, которую сейчас готовит в издательстве Tatlin архитектор Карен Бальян. С разрешения автора и издательства.
Умер Рикардо Бофилл
Безусловная звезда современной архитектуры, автор, сменивший несколько направлений и тем самым примиривший в своем творчестве постмодернизм, национальные мотивы, неоклассику и интернациональный стиль, умер в возрасте 82 лет от последствий ковида в больнице Барселоны.
Памяти Евгении Кириченко
Ушла из жизни Евгения Ивановна Кириченко, человек, открывший нам ценность русской архитектуры модерна и эклектики, увлеченный и продуктивный исследователь, умный и жизнерадостный собеседник. Светлая память.
Технологии и материалы
От концепции до реализации: технологии АЛБЕС в проекте...
Рассказываем об отделочных решениях в новом терминале международного аэропорта Камов в Томске, которые подчеркивают наследие выдающегося авиаконструктора Николая Камова и природную идентичность Томской области.
FAKRO: Решения для кровли, которые меняют пространство
Уже более 30 лет FAKRO предлагает решения, которые превращают темные чердаки и светлые, безопасные и стильные пространства мансард. В этой статье мы рассмотрим, как мансардные окна FAKRO используются в кровельных системах, и покажем примеры объектов, где такие окна стали ключевым элементом дизайна.
Проектирование доступной среды: 3 бесплатных способа...
Создание доступной среды для маломобильных групп населения – обязательная задача при проектировании объектов. Однако сложности с нормативными требованиями и отсутствие опыта могут стать серьезным препятствием. Как справиться с этими вызовами? Компания «Доступная страна» предлагает проектировщикам и дизайнерам целый ряд решений.
Эволюция стеклопакета: от прозрачности к интеллекту
Современные стеклопакеты не только защищают наши дома от внешней среды, но и играют центральную роль в энергоэффективности, акустическом комфорте и визуальном восприятии здания и пространства. Основные тренды рынка – смотрите в нашем обзоре.
Архитектурный стол и декоративная перегородка из...
Одним из элементов нового шоурума компании Славдом стали архитектурный стол и перегородка, выполненные из бриз-блоков Mesterra Cobogo. Конструкции одновременно выполняют функциональную роль и демонстрируют возможности материала.
​Технологии Rooflong: инновации в фальцевой кровле
Компания «КБ-Строй», занимающаяся производством и монтажом фальцевой кровли под брендом Rooflong, зарекомендовала себя как лидер на российском рынке строительных технологий. Специализируясь на промышленном фальце, компания предлагает уникальные решения для сложных архитектурных проектов, обеспечивая полный цикл работ – от проектирования до монтажа.
Архитектурные возможности формата: коллекции тротуарной...
В современном городском благоустройстве сочетание строгой геометрии и свободы нерегулярных форм – ключевой принцип дизайна. В сфере мощения для этой задачи хорошо подходит мелкоформатная тротуарная плитка – от классического прямоугольника до элементов с плавными линиями, она позволяет создавать уникальные композиции для самых разных локаций.
Полет архитектурной мысли: SIBALUX в строительстве аэропортов
На примере проектов четырех аэропортов рассматриваем применение алюминиевых и стальных композитных панелей SIBALUX, которые позволяют находить оптимальные решения для выразительной и функциональной архитектуры даже в сложных климатических условиях.
Архитектура промышленного комплекса: синергия технологий...
Самый западный регион России приобрел уникальное промышленное пространство. В нем расположилось крупнейшее на территории Евразии импортозамещающее производство компонентов для солнечной энергетики – с фотоэлектрической фасадной системой и «солнечной» тематикой в интерьере.
Текстура города: кирпичная облицовка на фасадах многоэтажных...
Все чаще архитекторы и застройщики выбирают для своих высотных жилых комплексов навесные фасадные системы в сочетании с кирпичной облицовкой. Показываем пять таких недавних проектов с использованием кирпича российского производителя BRAER.
Симфония света: стеклоблоки в современной архитектуре
Впервые в России трехэтажное здание спорткомплекса в премиальном ЖК Symphony 34 полностью построено из стеклоблоков. Смелый архитектурный эксперимент потребовал специальных исследований и уникальных инженерных решений. ГК ДИАТ совместно с МГСУ провела серию испытаний, создав научную базу для безопасного использования стеклоблоков в качестве облицовочных конструкций и заложив фундамент для будущих инновационных проектов.
Сияние праздника: как украсить загородный дом. Советы...
Украшение дома гирляндами – один из лучших способов создать сказочную атмосферу во время праздников, а продуманная дизайн-концепция позволит использовать праздничное освещение в течение всего года, будь то вечеринка или будничный летний вечер.
Тактильная революция: итальянский керамогранит выходит...
Итальянские производители представили керамогранит с инновационными поверхностями, воссоздающими текстуры натуральных материалов. «LUCIDO Бутик Итальянской Плитки» привез в Россию коллекции, позволяющие дизайнерам и архитекторам работать с новым уровнем тактильности и визуальной глубины.
Тротуарная плитка как элемент ландшафтного проектирования:...
Для архитекторов мощение – один из способов сформировать неповторимый образ пространства, акцентировать динамику или наоборот создать умиротворяющую атмосферу. Рассказываем об актуальных трендах в мощении городских пространств на примере проектов, реализованных совместно с компанией BRAER.
Инновационные технологии КНАУФ в строительстве областной...
В новом корпусе Московской областной детской больницы имени Леонида Рошаля в Красногорске реализован масштабный проект с применением специализированных перегородок КНАУФ. Особенностью проекта стало использование рекордного количества рентгенозащитных плит КНАУФ-Сейфборд, включая уникальные конструкции с десятислойным покрытием, что позволило создать безопасные условия для проведения высокотехнологичных медицинских исследований.
Дизайны дворовых пространств для новых ЖК: единство...
В компании «Новые Горизонты», выступающей на российском рынке одним из ведущих производителей дизайнерских и серийных детских игровых площадок, не только воплощают в жизнь самые необычные решения архитекторов, но и сами предлагают новаторские проекты. Смотрим подборку свежих решений для жилых комплексов и общественных зданий.
Невесомость как конструктив: минимализм в архитектуре...
С 2025 года компания РЕХАУ выводит на рынок новинку под брендом RESOLUT – алюминиевые светопрозрачные конструкции (СПК), демонстрирующие качественно новый подход к проектированию зданий, где технические характеристики напрямую влияют на эстетику и энергоэффективность архитектурных решений.
Сейчас на главной
Воронка комикса
Эффективное не всегда должно быть сложным: PR-специалист Кристина Шилова рассказывает, как мини-комикс привлек внимание к архитектурному конкурсу и обеспечил рекордные охваты музею «Дом Китобоя». В коллажной истории спасенная после сноса калининградского Дома Советов панель рассказывает о своем путешествии – и собирает лайки.
Пресса: «Очевидно, что я неудобна. Со мной тяжело работать»...
На вопрос «Как вас сейчас представить?» Елизавета Лихачева ответила кратко: «Искусствовед». Позади шесть лет директором Музея архитектуры, музеефикация дома Мельникова, год и девять месяцев у руля Музея изобразительных искусств имени Пушкина. Работы достаточно и сегодня. Мы с трудом нашли время для разговора в ее плотном деловом графике.
На пути к осознанности
Бюро BIG представило проект Международного аэропорта Гелепху – ключевую часть своего мастерплана «Город осознанности» для Бутана.
Классика для статуса
По проекту архитектурной студии AN Architects отель в Великом Новгороде поднял свой статус с трех звезд до уверенных пяти. В интерьерах много мрамора и натурального дерева, номера оформлены в английском стиле, в ресторане же используются русские мотивы: резные наличники, традиционный орнамент, кольчуга.
Женская доля: что говорят архитекторы
Задали несколько вопросов женщинам-архитекторам. У нас – 27 ответов. О том, мешает ли гендер работе или, наоборот, помогает; о том, как побеждать, не сражаясь. Сила – у кого в упорстве, у кого в многозадачности, у кого в сдержанности... А в рядах идеалов бесспорно лидирует Заха Хадид. Хотя кто-то назвал и соотечественниц.
Акценты для луга
Мы раньше и города такого не знали, Княгинино. А там каждый пятый житель студент, прямо мечта Азимова. Реализованный по проекту ГОРА «Студенческий луг» расположен далековато от университета, зато близко к центру. Главный акцент – покрытая гонтом вышка-«обсерватория». Существенно еще то, что, согласно плану, каждый павильон закреплен за одним из факультетов Нижегородского государственного инженерно-экономического университета.
«Аристократизм, приватность, de luxe… разнообразие»
У Мытного двора в Петербурге не так давно, примерно полгода назад, сменился владелец, класс жилья, проект и архитектор. О проекте мы уже рассказывали по итогам рассмотрения на Градостроительном совете Петербурга. А сегодня беседуем с представителями девелопера о ЖК «Евгеньевский», теперь – de luxe, авторства Евгения Герасимова. Он построен на теме аристократизма и отсылках к разным видам исторической архитектуры, по части которых бюро «Евгений Герасимов и партнеры» – большие мастера.
Полезные связи
Zaha Hadid Architects представили проект мастерплана Наполи-Порта-Эст, который призван оживить заброшенные промышленные кварталы Неаполя и соединить их с центральной частью города.
Архитектура в рельефе
Трансформация исторического здания педагогического института в отель и офисы по проекту CBA architectes дала городу Руан новую смотровую площадку.
Пресса: Советский модернизм, который мы теряем
Общественная дискуссия вокруг судьбы Большого Московского цирка и сноса комплекса зданий бывшего СЭВа вновь привлекла внимание к проблеме сохранения архитектуры послевоенного модернизма
18 лет ожидания
Стартовала реализация проекта Zaha Hadid Architects, начатого еще в 2007-м: это Центр средиземноморской культуры для южноитальянского города Реджо-ди-Калабрия.
Здоровый дух
Для спортивной базы в Зеленогорске бюро «Луч» предложило корпуса, которые свободно размещаются в сосновом лесу, гармонируя с ним скатными кровлями, природными материалами и цветовой гаммой. Также проект предусматривает приспособление бывшего финского усадебного дома, сохранившегося на участке.
Архигибкость деревянной архитектуры
Конкурс для начинающих архитекторов и студентов архиГИБКОСТЬ был организован фестивалем «Древолюция». Задачей было – придумать малогабаритные быстровозмодимые дома оригинальной формы, доступные для последующего воспроизводства в туристической отрасли. Показываем шесть проектов-победителей.
Стеклянная граница оптимума
Очень маленький дом с оптимальной планировкой – 21 м2 – тем не менее включает две роскошные вещи. Во-первых, сауну, хотя и в виде кабины; во-вторых, угол из структурного стекла, изнутри стекло – от пола до потолка. Вот это, правда, роскошь для дома с фанерным конструктивом, что признает и сам автор.
Высота 5642
Институт Генплана Москвы подготовил проект комплексного развития трех горнолыжных курортов Кавказа, получивших статус особых экономических зон туристско-рекреационного типа. Первая из них – Эльбрус. На горе построят новые трассы, канатные дороги и гостиницы, модернизируют станции и приведут в порядок туристическую поляну Азау. Для расширения аудитории и всесезоннной привлекательности развивается сеть экотроп. Рассказываем обо всех этапах подробнее.
Щепотка ностальгии
Кафе-кулинария по проекту студии архитектуры и дизайна OBJCT открылось в Волгограде в здании бывшего Тракторного завода, который сейчас играет роль бизнес-парка. Чтобы воссоздать дух советского времени, архитекторы использовали мозаику, стеклоблоки, растения в кадках, а также терраццо. Фанера и красные акценты сделали интерьер светлым и свежим.
ИТ-городок
На примере первой реализованной очереди квартала «Ю» разбираемся, как будет устроен новый микрорайон Иннополиса. Бюро Т+Т Architects и HADAA сформировали и сбалансировали остроумный мастер-план с разными типами жилья, зеленой артерией, системой площадей и парком в центральной части.
Пресса: Александр Скокан: «Ужас в том, что “Аушвиц” — идеальный...
В начале 1945 года советские войска освободили польский город Освенцим, а с ним и самый известный лагерь смерти, одно из главных свидетельств Холокоста — «Аушвиц». 40 лет спустя архитектор Александр Скокан и художник Иван Лубенников разработали проект реконструкции советского раздела музея-мемориала. Обновленная экспозиция открылась 8 мая 1985 года и просуществовала вплоть до 2013-го, когда ее в очередной раз осовременили. По просьбе «Сноба» публицист, соучредитель и бывший главред архитектурного журнала «Проект Россия» Анатолий Белов встретился с Александром Скоканом, чтобы узнать о правоверном модернизме проектировщиков «Аушвица», искусстве добывать стройматериалы в эпоху позднего застоя и о том, каково жилось в бывшей гостинице для офицеров СС.
Долгожданный герой
Открытия библиотеки в своем районе жители Северного Боулдера в штате Колорадо ждали больше 25 лет. Архитекторы WORKac создали для них удобный и гостеприимный общественный центр.
Тяга к ремеслу
По проекту бюро KIDZ в Тель-Авиве открылась нео-изакая. Учитывая равнодушие горожан к сложным дизайнерским решениям, архитекторы сосредоточились на материалах, освещении и мебели. Такой подход соотносится с японскими понятиями «шокунин» и «коадавари», означающими искусного мастера и внимание к деталям. Единственным предметом декора стала лаковая миниатюра, найденная на блошином рынке.
Компактное построение
В буколическом окружении рисовых полей престижного района Бали Pererenan, на возвышении с видом на океан, Антон Кочуркин и 8Lines, выиграв конкурс, спроектировали апарт-отель. Его уже начали строить. Особенность проекта – оптимальные компактные планировки, он рассчитан на средний достаток.
Черный бутик
Пекинское бюро Fon Studio спроектировало временный концепт-бутик для марки авангардной одежды TBHNP в Шанхае.
Археологический подход
Конкурс на проект реконструкции западного крыла Британского музея в Лондоне выиграла Лина Готме, архитектор Национального музея Эстонии в Тарту.
Большой брат
Жилой комплекс Architecton построен в Екатеринбурге по проекту бюро Archinform на месте техникума 1930-х годов. Снос конструктивистского здания стал потерей для города, которую архитекторы попытались восполнить, сохраняя память места через эксперимент с формой.
Ленты и складки
Выставочный центр по проекту Zaha Hadid Architects в Пекине реализован как модульное сооружение, что сократило затраты на строительство и его сроки.
Красный конь
Суперграфика на фасадах жилого комплекса, построенного в Екатеринбурге по проекту бюро «План Б», вдохновлена мезенской росписью. Красный пигмент для 23-этажной башни выбрали не только как акцентный, но и устойчивый в штукатурке. Не менее яркими получились вестибюли подъездов, оформленные приемом color block.
Памяти Александра Раппапорта
Человек, «глубоко мыслящий и всесторонне одаренный»; «ренессансный гений – уникальный эрудит, мудрый философ, тончайший поэт, виртуозный музыкант и проницательный художник»; «один из последних архитекторов, входивших в интеллектуальную элиту»... С нами больше нет Александра Раппапорта.
Производство знаний
Компания «Даль» заняла второе место в конкурсе на редевелопмент Главного корпуса Ижевского завода. Команда предложила будущим инвесторам на выбор два сценария развития территории – межвузовский кампус или бизнес-хаб, но в обоих случаях отвела историческому зданию Семёна Дудина роль центра популяризации наук. Внушительное предпроектное исследование определило архитектурные решения.
Главное – внутри
Здание второй очереди гимназии имени Евгения Примакова было отмечено многими наградами еще на стадии проектирования. Сейчас оно завершено. И хотя не все нюансы были учтены: прежде всего конструкциям перекрытия не следовало оставаться открытыми, – но в силу приоритета объемного построения это не кажется существенным. Более важен «Ах!», вызываемый пространством.