Полеты над Москвой

Публикуем снимки памятников советского модернизма с воздуха, выполненные Денисом Есаковым и Дмитрием Василенко.

Авторы текста:
Нина Фролова, Денис Есаков

15 Декабря 2015

Обзор

Фотография Наследие Архитектура

Фотографии зданий были сделаны с помощью беспилотника-дрона.

Взглянуть на здание с птичьего полета до эпохи воздухоплавания было возможно не только с соседней горы: презентационные макеты давали именно такой эффект, и их красота могла отвлечь от мысли о восприятии задуманных сооружений с земли, хотя именно оно – определяющее для любой постройки. В XX веке полеты на самолетах и аэрофотосъемка превратились в привычное дело, поэтому вид проекта сверху, всегда более захватывающий, чем земные перспективы, стал еще более актуальным. Так, в 1960-е в СССР как перспективный вид транспорта рассматривались авиаперелеты на короткие расстояния, и некоторое время пассажиров даже доставляли из Центрального аэровокзала в четыре московских аэропорта на вертолетах. Поэтому архитекторы в те годы учитывали в своих проектах для Москвы облик «пятого фасада» – вид здания сверху, а также планировали эксплуатируемые кровли. Однако затем полеты над столицей были запрещены, крыши-террасы – из соображений безопасности – тоже, поэтому задуманное в проектах не было воплощено при строительстве, и крыши превратились в «склад» технических установок.

В массовой застройке, где не было возможности дать каждому зданию индивидуальный облик, архитекторы «искупали» это красотой планировочных решений, которые редко можно было оценить с земли, но изучающему макет крупному чиновнику они, должно быть, казались крайне привлекательными (подробнее см. «Эстетика советской жилой архитектуры»).

Однако не массовые, «штучные» объекты последних десятилетий существования СССР производили впечатление и на пешеходов, и на пассажиров автотранспорта. При этом их тщательно продуманные и часто весьма сложные форма и композиция совсем иначе смотрятся сверху, заставляя заново оценить работу проектировщиков.

Дворец пионеров на Ленинских горах
1959–62
В.С. Егерев, В.С. Кубасов, Ф.А. Новиков, Б.В. Палуй, И.А. Покровский, М.Н. Хажакян, Ю.И. Ионов.
Максимальная высота съемки – 470 м.

zooming — Дворец пионеров на Ленинских горах

Фотография © Денис Есаков и Дмитрий Василенко

Архитекторы следуют примеру своих предшественников эпохи авангарда, создавая развернутую в пространстве планировку, рассчитанную на вид из воздушного судна: обращенный к площади пионерских парадов единый легкий «фронт» и формируемые отдельными корпусами камерные дворы с противоположной стороны.

Универсальный спортивный зал «Дружба» в Лужниках
1977–1980
Ю.В. Большаков и другие.
Максимальная высота съемки – 220 м.

Построенный к Олимпиаде–80 спортивный зал с уровня человеческого роста традиционно вызывает органические ассоциации: цветок, морская звезда и тому подобное. Но с воздуха становится ясна четкая геометрия этой складчатой железобетонной оболочки, которая и интересней, и глубже, чем любые предметные «прообразы».

Главный вычислительный центр Госплана СССР на проспекте Академика Сахарова
1964–1974
Л.Н. Павлов и другие.
Максимальная высота съемки – 280 м.

Сразу привлекающий внимание пешехода ГВЦ сверху выглядит не столь эффектно: незаметно ни продуманной разбивки этажей – технических, машинных и конторских, ни треугольных опор уличного фасада. Однако и в отсутствие этих деталей остаются выверенные пропорции простых геометрических форм – башни и стилобата.

Станция технического обслуживания автомобилей «Жигули» на Варшавском шоссе
1967–1977
Л.Н. Павлов и другие.
Максимальная высота съемки – 650 м.

Леонид Павлов задумал это здание как супрематическую композицию, рассчитанную на вид с воздуха, и сверху СТОА, обезображенная деятельностью «хозяйствующих субъектов», по-прежнему смотрится эффектно. Ее верхняя часть безапелляционно показывает вершиной своего треугольника на МКАД и проносящиеся там машины (она сдвинута к краю основания в этом направлении, что придает всему сооружению динамику). Кровлю вмещающего гаражи огромного стилобата оживляет множество фонарей верхнего света. Можно предположить, что для возвращения постройке первоначального – или близкого к первоначальному – облика можно сделать совсем немного: лишь позаботиться о виде с земли…

Музей В.И. Ленина в Горках Ленинских
1975–1987
Л.Н. Павлов и другие.
Максимальная высота съемки – 200 м.

Произведение «советского постмодернизма» отсылает нас сразу к античной и древневосточной архитектуре, к композиции усадебного дома и христианской базилики. Отзвуки прошлых эпох должны были придать «легенде о Ленине» необходимую ей в позднесоветскую эпоху значительность. Взгляд с воздуха напоминает о других фасадах и регулярной планировке здания, обычно воспринимаемого с одной, самой знаменитой точки.

Институт биоорганической химии на улице Миклухо-Маклая
1976–1984
Ю.П. Платонов и другие.
Максимальная высота съемки – 630 м.

Идеальный кандидат на аэрофотосъемку, здание ИБХ знаменито своим необычным планом в виде двойной спирали ДНК. Однако, в отличие от многих других построек с «фигуративным» планом, которые при взгляде с уровня земли выглядят совсем не интересно, институт привлекает внимание пешеходов своей динамичной композицией, распределяющей его огромные площади по серии сравнительно невысоких объемов. Здание этим свидетельствует о связи послевоенного советского модернизма с русским авангардом: план и производимое им на пешехода и автомобилиста впечатление напоминают о планировке Хавско-Шаболовского жилого массива, где воплотились теории рационалистов 1920-х годов о динамическом восприятии архитектуры.

Палеонтологический институт и Палеонтологический музей им. Ю.А. Орлова в Теплом Стане
1972–1987
Ю.П. Платонов и другие.
Максимальная высота съемки – 330 м.

О планировке кирпичного «замка» сложно догадаться снаружи: ничто не выдает существование там большого внутреннего двора, и идеальную правильность «квадрата в квадрате» с земли тоже сложно заметить. Не позволяют это сделать четыре башни, по одной с каждой стороны здания: они как будто пытаются раскрутить его статический план, как колесо. Все особенности проекта прекрасно видны при взгляде сверху, дополняющем как будто самодостаточный облик сооружения.

Комплекс Академии наук на Ленинских горах
1974–1997
Ю.П. Платонов и другие.
Максимальная высота съемки – 600 м.

Увенчанные пресловутой «золотой» конструкцией парные башни – неотъемлемая часть панорамы Юго-Запада. Они хорошо видны издалека, поэтому легко забыть об их менее заметном многочастном основании, организованном вокруг внутреннего двора: в планировку было намеренно заложено сходство с монастырем. Причем лишь с воздуха – или же с верхних этажей самих башен – можно оценить сложные перекрытия этого основания, едва ли не более эффектные, чем облик этой «базы» с земли.

Жилой комплекс «Лебедь» на Ленинградском шоссе
1967–1974
А.Д. Меерсон и другие.
Максимальная высота съемки – 430 м.

Комплекс из четырех 16-этажных башен – экспериментальное жилье. Но фасады элегантных домов на берегу Химкинского водохранилища с тонкими опорами первых этажей сейчас настолько запущены, что красоту архитектурного замысла сложно оценить с земли. А сверху хорошо видны и согласованность постановки башен с ландшафтом, и особенность комплекса – объединяющий корпуса стилобат, вмещающий необходимые службы и гаражи («Лебедь» строился в контексте программы массовой автомобилизации).

Образцовый перспективный жилой район Чертаново-Северное
1975–1982
М.В Посохин, Л.К. Дюбек и другие.
Максимальная высота съемки – 450 м.

Район возведен на территории в 100 га у опушки Битцевского лесопарка. Эффектность корпусов с разной этажностью подчеркнута перепадами рельефа в долине реки Чертановка. Образ нового города, напоминающего своей законченной композицией города древние, не должны были нарушать автомобили: проезды и гаражи спрятаны под землей. Для жителей созданы сеть пешеходных дорожек и развитая сервисная инфраструктура. Однако проект был реализован не полностью: часть жилых корпусов заменили на стандартные, а общественный центр района и некоторые другие компоненты вообще не были реализованы.

Благодарим Анну Броновицкую за помощь в подготовке материала.

15 Декабря 2015

Статьи по теме: Советский модернизм

Объект

Реконструкция без бальзамирования

Бывшее Центральное отделение почты и телеграфа в Тбилиси превращено в гостиницу The Telegraph Hotel 5* по проекту шанхайского бюро Neri&Hu.

Наблюдения

Снос Энтузиаста

В Москве снесли кинотеатр «Энтузиаст». Хороший авторский модернизм, отмеченный игрой в контраст пластического равновесия, непринужденно парящими консолями, и чем-то даже похожий на ГТГ. С ним планировали разобраться где-то с 2013 года, и вот наконец. Но поражает даже не сам снос – а то, что приходит на смену объекту, отмеченному советской госпремией.

Интервью

Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»

Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.

Новость

Есть основания полагать, что итоги голосования за...

Новость

По проектам СЭВ запустили голосование на «Активном...

Интервью

«Коллизии модернизма и ориентализма»

К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.

Наблюдения

Вент-фасад: беда или мелочь?

Еще один памятник модернизма под угрозой: Донскую публичную библиотеку в Ростове-на-Дону архитектора Яна Заниса планируется ремонтировать «с максимальным сохранением внешнего облика» – с переоблицовкой камнем, но на подсистеме, и заменой туфа в кинозале на что-то акустическое. Это пример паллиативного подхода к обновлению модернизма: искажения не касаются «буквы», но затрагивают «дух» и материальную уникальность. Рассказываем, размышляем. Проект прошел экспертизу, открыт тендер на генподрядчика, так что надежды особенной нет. Но почему же нельзя разработать, наконец, методику работы со зданиями семидесятых?

Пресса: Советский модернизм, который мы теряем

Общественная дискуссия вокруг судьбы Большого Московского цирка и сноса комплекса зданий бывшего СЭВа вновь привлекла внимание к проблеме сохранения архитектуры послевоенного модернизма

Новость

РААСН опубликовал протокол заседания Академического...

Исследование

Прощание с СЭВ

Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.

Новость

И вот, нам дали выбор

Сергей Собянин призвал москвичей голосовать за судьбу цирка на проспекте Вернадского на «Активном гражданине». Это новый поворот. Отметим, что в голосовании, во-первых, не фигурирует удививший многих проект неизвестного иностранца, а, во-вторых, проголосовать не так уж просто: сначала нас заваливают подобием агитации, а потом еще предлагают поупражняться в арифметике. Но мы же попробуем?

Интервью

Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»

Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.

Новость

Второй цирковой

Мэр Москвы Сергей Собянин показал проект, победивший в конкурсе на реконструкцию Большого цирка на проспекте Вернадского. Рассматриваем проект и разные отклики на него. Примерно половина из известных нам предпочла безмолвствовать. А нам кажется, ну как молчать, если про конкурс и проект почти ничего не известно? Рассуждаем.

Исследование

Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной

Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.

Исследование

Годы метро. Памяти Нины Алешиной

Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.

Пресса: Вернуть человеческий масштаб: проекты реконструкции...

В 1978 году Отдел перспективных исследований и экспериментальных предложений был переименован в Отдел развития и реконструкции городской среды. Тема развития через реконструкцию, которая в 1970-е годы разрабатывалась отделом для районов сложившейся застройки в центре города, в 1980-е годы расширяет географию, ОПИ предлагает подходы для реконструкции периферийных районов, т.н. «спальных» районов - бескрайних массивов массового жилищного строительства. Цель этой работы - с одной стороны, рациональное использование городской среды, с другой - гуманизация жилой застройки, создание психологически комфортных пространств.

Пресса: Морфотипы как ключ к сохранению и развитию своеобразия...

Из чего состоит город? Этот вопрос, который на первый взгляд может показаться абстрактным, имел вполне конкретный смысл – понять, как устроена историческая городская застройка, с тем чтобы при реконструкции центра, с одной стороны, сохранить его своеобразие, а с другой – не игнорировать современные потребности.

Мнение

ЛДМ: быть или не быть?

В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.

Рецензия

«Животворна и органична здесь»

Рецензия петербургского архитектора Сергея Мишина на третью книгу «Гаража» об архитектуре модернизма – на сей раз ленинградского, – в большей степени стала рассуждением о специфике города-проекта, склонного к смелым жестам и чтению стихов. Который, в отличие от «города-мицелия», опровергает миф о разрушительности модернистской архитектуры для традиционной городской ткани.

Петиция

Сохранить окна ТАСС!

Проблема в том, что фасады ТАСС 1977 года могут отремонтировать, сохранив в целом рисунок, но в других материалах – так, что оно перестанет быть похожим на себя и потеряет оригинальный, то есть подлинный, облик. Собираем подписи за присвоение зданию статуса объекта наследия и охрану его исторического облика.

все статьи по теме:Советский модернизм

Технологии и материалы

Осознанный выбор

С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.

Сёрфборд для жилья

Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.

Бетон со знаком «минус»

В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.

Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины

Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.

Полимеры: завтрашний день строительства

Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.

Земля плюс картон

Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.

Цифровой дозор

Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.

Палитра возможностей. Часть 2

В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.

Технадзор с дрона

В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.

Палитра возможностей

Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.

Поглотитель CO₂

Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.

Новая материальность: как полимеры изменили язык...

Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.

Юбилейный год РЕХАУ

В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.

Формула Real Brick

Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.

Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств

В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.

«Марсианская колония» на ВДНХ

Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.

ЖК Voxhall: выбор материала и технические решения

Эксперты компании Славдом делятся опытом реализации фасадов жилого комплекса бизнес-класса Voxhall в центре Москвы: от подбора материала до его индивидуальной разработки.

Материал как метод

Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.

Десять новых кирпичей ModFormat

Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.

Новинки керамогранита на Cersaie 2025

Бутик Итальянской Плитки LUCIDO представляет обзор самых ярких новинок, представленных на осенней выставке Cersaie в Болонье.

Сейчас на главной

send.project

Форма радости

Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.

send.project

Вторая жизнь гидроузла

Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.

Объект

На сцену приглашаются

Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.

Результаты конкурса

Симулятор «зеленой» жизни

Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.

send.project

Орел или решка

Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.

Объект

Консоли, как ни крути

Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.

send.project

От пещеры до звезды

Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.

Объект

Стены помогают

Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.

Объект

Балконы и психологический комфорт

В Амстердаме строится многоквартирный дом The Ark с почти полностью деревянной конструкцией. Авторы проекта – Powerhouse Company.

Объект

Лодка, раскрой паруса

Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.

send.project

Горный страж

В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.

send.project

Карельский разлом

Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.

Обзор

Обзор проектов 23-28 февраля

На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.

in memoriam

«Валерий Каняшин был одним из лучших современных...

Ушел из жизни Валерий Каняшин. Рано, в 73 года. Друзья и коллеги по «Остоженке» собрали много слов о нем. Публикуем.

in memoriam

Памяти Валерия Каняшина

В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.

send.project

Все красное

Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.

Репортаж

Гипертекст в пространстве

В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.

Объект

Частное и общественное на стрелке

Компактный жилой комплекс по проекту KCAP у воды в ближнем пригороде Амстердама сочетает плотную застройку с разнообразными общественными пространствами.

Репортаж

Площадь угасшей звезды

«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.

Объект

Открытость без наивности

В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.

send.project

Кирпичные зубцы

Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.

Работы студентов

«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени

Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.

Объект

Ковчег-консоль

В Ереване началось строительство Центра конвергенции инженерных и прикладных наук ЕС–ТУМО по проекту бюро MVRDV.

Интервью

Давай поговорим о брутализме

Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.

Объект

Контур «Основания»

В конкурсном проекте для ТПУ Фили архитекторы консорциума Алексея Ильина предложили «обитаемую арку» – форма простая, но сложная. Авторы подчеркивают, что уже на стадии конкурса реализуемость проекта была полностью просчитана с учетом минимальных по времени ночных перекрытий проспекта Багратиона. Каким образом? С какими функциями? Изучаем. На наш взгляд, здание подошло бы для героев книг Айзека Азимова про «Основание».

Объект

Летящая горизонталь

«Дом в стиле Райта», как называет его архитектор Роман Леонидов, указывая на источник вдохновения, построен на сложном участке клиновидной формы. Чтобы добиться камерности и хороших видов из окон, весь объем пришлось сместить к дальней границе, повернув дом «спиной» к соседним особнякам. Главный фасад демонстрирует приемы, проверенные в мастерской временем и опытом: артикулированные горизонтали, невесомая кровля, а также триада материалов – светлая штукатурка, темный сланец и теплое дерево.

Объект

Природа в витрине

Дом в Бангкоке по проекту местного бюро Unknown Surface Studio трактован как зеленое и тихое убежище среди плотной застройки.

send.project

Симоновская ветвь

Бюро UTRO вместе с единомышленниками и друзьями подготовило концепцию превращения бывшей железнодорожной ветки на юго-востоке Москвы в линейный парк, который улучшит проницаемость территории и свяжет жилые кварталы с набережной и центром города. Сохранившиеся рельсы превращаются в элементы благоустройства, дождевые сады помогают управлять ливневым стоком, а на безопасные пешеходные и велосипедные маршруты нанизаны площадки для отдыха. Проект некоммерческий и призван привлечь внимание к территории с большим потенциалом.

send.project

Чемпионский разряд

Дизайн-бюро «Уголок» посчастливилось вытянуть счастливый билет – проект редчайшей типологии, для которой изначально требуется интерьерный дизайн максимальной степени выразительности и харизматичности. Задача создать киберспортивный клуб Gosu Cyber Lounge – это шанс реализовать свои самые сумасшедшие идеи, и бюро отлично справилось с ней.

Обзор

Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...

Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.