English version

Архитектор в метаверс

Поговорили с участниками фестиваля креативных индустрий G8 о том, почему метавселенные – наша завтрашняя повседневность, и каким образом архитекторы могут влиять на нее уже сейчас.

mainImg
Метавселенные – центральная тема секции «Архитектура» на фестивале креативных индустрий G8, которая состоится в пространстве «Суперметалл» 9 сентября. Куратор секции – Сергей Надточий, арт-директор и руководитель направления по проектам для AR и VR-пространств в мастерской ATRIUM. По его мнению, мир стоит на пороге трансформации интернета, которая в свою очередь вызовет трансформацию архитектуры. И как графические дизайнеры создали двухмерный интернет, так и архитекторы создадут трехмерный, которым мы все будем пользоваться завтра. На конференции об архитектуре метавселенных расскажут пионеры этого направления в России – Иван Пузырев и Алина Черейская. 

Купить билет и ознакомиться с программой можно здесь. Мы попросили архитекторов рассказать о метавселенных и о том, что происходит в них прямо сейчас. 

Сергей Надточий, руководитель направлений ATRIUM Digital и ATRIUM Education

Арт-директор архитектурной мастерской Atrium, основатель платформы Dearch.space, посвященной NFT-архитектуре и дизайну. В мастерской Сергей возглавляет направления ATRIUM Digital и ATRIUM Education, которое разрабатывает проекты для AR/VR пространств и метавселенной и методологию проектирования современных образовательных пространств соответственно. 

Иван Пузырев

Сооснователь метаверс Arhead, эксперт по технологиям дополненной и виртуальной реальности с более чем 10-летним опытом работы в области цифровой стратегии, ориентированной на пространственные вычисления и использование дополненной реальности в масштабе города. В портфолио его проектов – «Культура Дубая», «Эрмитаж», «Венецианская биеннале». 
 

Алина Черейская

Архитектор и партнер SA lab, лауреат премии Europe 40under40, тьютор DigitalFUTURES. Редактор телеграм-канала @salab_daily о практическом применении роботов, AI, VR, AR и других технологий в архитектуре, а также ведущая подкаста об архитектуре в цифровую эпоху «Дом, который построил код»
Что такое метавселенная и почему она неизбежна

Алина:
Термин впервые появился в романе Нила Стивенсона Snow Crash в 1992 году – он описывал некое синтетическое виртуальное пространство, в котором можно быть кем угодно и делать что угодно. Прошло 30 лет, и все заговорили о метавселенных, поскольку появились технологии, которые могут их реализовать.

Мы находимся в переходном периоде от web 2.0 к web 3.0. Если web 1.0 – это статичные сайты, где пользователь может только потреблять контент, то в web 2.0 можно создавать контент и делиться им, а web 3.0. позволяет контентом владеть. Существенные проблемы web 2.0 – это уязвимое хранение личных данных и правообладание контентом. С помощью технологий блокчейна и NFT web 3.0 позволит их решить, а кроме того даст иммерсивный опыт за счет дополненной и виртуальной реальности и обеспечит горизонтальную систему, при которой сообщества сами определяют правила. В этом кризисе интернета и его постепенной трансформации появляются новые пространства, метавселенные становятся частью web 3.0. 

Сыграла свою роль и пандемия – изоляция дала понимание, что мы можем работать удаленно, учиться и общаться. AR и VR уже доступны, компьютеры и софты позволяют создавать виртуальные миры.

Сейчас человек живет в гибридном пространстве, где цифровой мир представлен соцсетями и сервисами, а физический – любимым кафе, городской площадью или домом. Прогнозируется, что к 2026 году 25% людей будут проводить в метавселенной не меньше часа в день, а количество активных пользователей кратно растет последние месяцы. Стоит заметить, что метавселенная должна стать единым бесшовным пространством, в 2022 году мы видим только формирование прототипов.



Иван: 
Метавселенные – это некий трехмерный интернет, следующее измерение для контента. Все, что мы видим вокруг – объемное, но по каким-то причинам цифровые интерфейсы долгое время оставались плоскими. Поэтому выход информации в трехмерное пространство можно воспринимать как что-то органичное: если информация не вмещается на маленькие экраны, ей нужно новое место. Это продолжение постепенного движения от книг, звукозаписей, кинематографа, радио и мобильных платформ к интерпланетарному феномену, соединяющему людей и информацию. 

Можно делать предварительный прогноз, что к 2026 году 1/4 населения мира будет проводить порядка часа в метавселенной в той или иной ее форме. Если считать виртуальными мирами любой совместный онлайн опыт внутри трехмерного мира, то такие феномены как Minecraft, Roblox или Fortnite уже сейчас собирают миллионы уникальных пользователей каждый месяц. Более современные метавселенные, которые касаются децентрализации и предполагают связь с некоей формой блокчейна, пока что привлекают не так много людей. Но это будет меняться. В метавселенных люди смогут получать ценности, которые ни в коем случае не противоречат ценностям физического мира. Это не способ выхода из физического мира, а лишь способ его дополнить.
Что архитектор может сделать для метаверс?

Сергей: 
Создавать архитектуру для метавселенных могут все ее пользователи, но свобода самовыражения в метавселенной имеет свои проблемы. Исторически города развивались стихийно, но сейчас мы хорошо понимаем проблемы самостроя, фавел и плохого градостроительного планирования. Перед нами стоит задача разработать системы взаимодействия и контроля, чтобы новое качество интернета не превратилось в хаос. Сейчас эту задачу пытаются решить сами технологические компании, иногда вовлекая пользователей, но этого явно недостаточно. Необходимо перенести экспертизу архитекторов в метавселенную.

В современном мире прогресс двигают технологические компании, но они ориентируются на свои маркеры успеха: количество совершенных покупок, количество времени, которое человек проводит на странице, и так далее. Действуя в своих интересах они могут создавать среду, не ориентированную на общепринятые социальные ценности. Характерный пример: автомобильное лобби середины XX века было настолько мощным, а архитекторы настолько не осознавали масштабы трансформации городов под действием технического прогресса, что мы до сих пор разгребаем ошибки того времени. Архитекторы должны взять на себя ответственность за то, что уже происходит в метавселенной, попытаться создать там архитектурно правильную среду.
Метавселенная Liberland
© Zaha Hadid Architects

Алина: 
Нынешние прототипы метавселенных часто похожи на города: те же общественные пространства, территории, которые можно застраивать, здания, парки и улицы. Сейчас это воксельная геометрия и низкополигональная эстетика – архитекторы привыкли к другой концепции. В то же время цифровой мир не сковывает нас нормами или физическими ограничениями, строительными правилами, бюджетом. В цифровом мире важно то, как ты работаешь с геометрией, как можешь ее оптимизировать, какой нарратив предлагаешь пользователю. Архитекторам предстоит придумать язык для этого цифрового мира. Будут авторские пространства, которые сотрудничают с архитекторами, но будут и стихийные. 

Иван: 
Для существования метавселенной необходимо три компонента. Первый – это мир, контекст, трехмерное пространство. Второй – это аватар. А третий – контент, который может быть расположен внутри пространства и с которым может взаимодействовать аватар. Все эти компоненты будут модернизироваться, дополняться, появятся субкатегории, но самым масштабным и значимым останется контекст. Точно так же, как архитектор в физическом мире, архитектор в метавселенной сможет влиять на ощущения целой группы людей внутри пространства. Сейчас это уже делают гейм-дизайнеры. Стадия мимикрирования под физический мир должна быстро пройти или занять небольшую часть в архитектуре метавселенных, поскольку челлендж заключается в новых материалах, инструментах и отсутствии большинства ограничений физического мира. 
Что должен уметь архитектор метавселенных 

Алина:
Важнейшим навыком я бы назвала creative coding, которое сочетает умение программировать и  и художественные навыки. Мы видим мощное развитие искусственного интеллекта,  которое уже меняет принципы и инструменты создания архитектуры. Нейронные сети умеют генерировать изображения, видео, менять геометрию, и мы в шаге от того, что они начнут генерировать 3D-объекты по описанию. Важно понимать принципы написания кода и находиться на стыке разных дисциплин.

Иван: 
Важнейшим навыком в профессии архитектора становятся гейм-дизайн и понимание игровых механик – не всегда это примитивный сбор кристалликов, аудитория может быть сложной. В целом контрастные комбинации профессий рождают уникальное видение внутри метавселенной, это очень ей полезно. Не стоит бояться, что метавселенные – это только про игры. Когда появился интернет, мы думали, что максимум будем отправлять имейлы, никто понятия не имел, что с помощью кремниевой коробочки можно будет заказывать еду или такси. Метавселенная ищет себя точно так же, придет большое количество функций, придет UX и UI-дизайн. 
Влияние цифровой архитектуры на физическую 

Сергей: 
В метавселенной нет традиционной конструктивной логики, а иногда можно даже менять физику, давая возможность аватарам прыгать на 10 метров вверх и ходить по потолку. Такие условия для творчества создадут новое качество архитектуры, которое, я абсолютно уверен, перейдет из виртуальной архитектуры в физическую. Для тех, кто считает, что стать настоящим архитектором можно только в том случае, если ты строишь и работаешь с материалом, напомню, что многие великие архитекторы вырабатывали свой стиль и подход именно на виртуальных проектах – можно вспомнить Fun Palace Седрика Прайса или утопические проекты Булле и Леду. Архитектурный дискурс в последние лет 20 находится в кризисном состоянии, потому что нет значимых, трансформирующих тенденций. Метавселенная – это новый подход, новые лидеры мнений. Совсем скоро они создадут новый визуальный язык, качество пространств, изменят стили.
Метавселенная Liberland
© Zaha Hadid Architects

Иван: 
Метавселенную можно рассматривать в том числе как цифровой слой, который накладывается поверх города и читается с помощью, например, смартфона. Поэтому здания должны обладать набором элементов, которые помогали бы не только человеческому зрению, но и машинному: уже сейчас есть беспилотный транспорт, дроны и роботы, которые могут заниматься доставкой и другими сервисами. На более дальнюю перспективу – я думаю, что смелость и безумство архитекторов в метавселенной будут вводить новую визуальную привычку у людей, что повлияет на архитектуру физического мира. 

Алина: 
Сейчас метавселенная может служить площадкой для тестирования идей, которые позже будут воплощены в физическом мире. Zaha Hadid Architects разрабатывает для Liberland генеральный план и общественные пространства для презентаций. 

Цифровой мир должен стать экспериментальным пространством для переосмысления того, что мы строим в физическом мире с учетом глобального влияния строительного сектора на экологию. Более того, метавселенные более инклюзивны благодаря доступности и расширенному функционалу.

Что ты сделал для метаверс? 

Алина:

В SA lab обратились к теме дигитальной архитектуры в 2020 году при проектировании объектов для фестиваля GEEK PICNIC. Когда мероприятие сменило формат с оффлайн на онлайн, мы придумали виртуальные павильоны. Проект исследовал возможности архитектуры без привычных ограничений и времени; за один день павильоны посетили более 10 000 пользователей, и это все еще возможно сделать любому пользователю с компьютером.
 

Спустя несколько месяцев мы провели с ARCHSLON и SYNTHESIS MOSCOW первый в России архитектурный онлайн фестиваль 360FEST, в котором студенты создавали виртуальные пространства для музеев. 
 
 

В 2022 году в рамках программы DigitalFUTURES на базе университета Tongji мы учили студентов из 9 стран создавать виртуальные пространства и ландшафты на воркшопе The Wormhole Gallery. Виртуальные галереи часто похожи на физические – это белые боксы с контентом. В данном проекте мы полностью переосмысливаем типологию галереи, размышляем о материальности и тактильности в цифре, а еще скрещиваем физику, геймдизайн, архитектуру и кодинг. Получилось  созерцательное пространство, в котором можно уединиться и путешествовать между работами архитекторов. Финальные проекты всех воркшопов размещены в трёх метавселенных – Voxels (Cryptovoxels), Decentraland и TopoPixel.
  
 

На фестивале G8 будет релиз новых проектов, которые еще не были нигде опубликованы.

Также мы хотим объединить наш образовательный опыт в единой среде, работая над проектом KODIIA – платформой с интерактивными образовательными инструментами для креативных разработчиков. KODIIA нацелена на формирование синтеза технических и творческих навыков и фокусируется на программировании как творческом инструменте для создания игрового опыта, виртуальных пространств и графических экспериментов. Сейчас можно оставить заявку на ранний доступ к бета версии. 

Иван: 
Мы занимались первой виртуальной выставкой цифрового искусства в Эрмитаже, кураторы удивительным образом дали нам карт-бланш. Мы взяли здание Биржи, отсканировали его и полностью воссоздали. Цифровой художник Олег Сороко применил набор алгоритмов, который позволил трансформировать нижнюю часть пространства до неузнаваемости и придать ему невероятное количество линий и форм, которые казалось бы неподвластны руке человека. Олег не вылепливал их, а запрограммировал алгоритм, который выдал эту форму. Верхняя часть осталась строгой репликой здания Биржи. Получилась транзакция между чем-то историческим и чем-то абсолютно новым. 

В рамках фестиваля Future Cities мы создали виртуальный мир, в котором были представлены арт-объекты художников, существующие и в физическом мире, но в разных городах. Мы аккуратно перенесли инсталляции и городские ландшафты в метаверс, получилось путешествие, которое можно совершить, не выходя из дома. 

Еще один наш клиент – застройщик Hutton. В рамках международной ярмарки современного искусства Cosmoscow он будет презентован свой проект, маленький тизер – каждый участник презентации сможет отправиться на Луну. 

На базе нашей платформы arhead.io Сергей Надточий с командой создал пространство для компании DEIP – он отправил нас внутрь компьютерной платы путешествовать в виде сгустка энергии. Для меня это было напоминанием о материальности: когда мы говорим об облаке – это лишь метафора, на самом деле все данные хранятся на серверах, в физических материалах, в металле. Пробежавшись по плате и услышав про блокчейн, мы еще раз вспоминаем, что все цифровое по-прежнему материально, как все неорганическое все равно органично, потому что поднялось из земли. Это опыт, пережить который в физическом мире было бы невозможно. 

  • zooming
    1 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    2 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    3 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    4 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM

Сергей: 
Мой первый проект, посвященный архитектуре в метавселенной, был моим дипломным проектом в AA School. Под руководством основателей студии Space popular мы с другими студентами целый год исследовали возможные сценарии развития иммерсивного виртуального пространства и дизайна в нем. Мы не ориентировались на доступные инструменты и платформы, а создавали проекты, которые можно будет реализовать только через 5-10 лет.



Первый проект в ATRIUM на платформе Arhead совместно с креативным агентством Balagan мы разработали для мероприятия блокчейн-компании, создав целый виртуальный город. А уже 7 сентября откроется Somnium Fashion Week – одно из самых значимых событий в мире диджитал моды, для которого мы спроектировали основное пространство для показа и шоурум одного из брендов.
Пространство Somnium Fashion Week, визуализация
© ATRIUM

Кроме этого с платформой Dearch Space мы помогли другим криэйторам создать еще шесть фэшн-пространств. Вместе с моими партнерами, у которых тоже есть архитектурный бэкграунд, мы создали эту платформу, чтобы помогать архитекторам и дизайнерам осваивать виртуальное пространство, и чтобы компании, которые хотят представлять свой продукт и взаимодействовать с жителями метавселенной, могли это делать в качественно спроектированной среде.

Сейчас мы активно изучаем рынок, выстраиваем партнерские взаимоотношения с платформами и криэйторами, организуем их совместную работу, готовим новые мероприятия, публикации и образовательный контент. Мы верим, что именно архитекторы создадут метавселенную, и приглашаем всех присоединиться к этому увлекательному процессу!
 

06 Сентября 2022

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Технологии и материалы
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Сейчас на главной
Офис без границ
Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Теплый берег
Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.
Жизнерадостный декаданс
Ресторан «Машенька», созданный бюро ARCHPOINT, представляет еще один взгляд на интерьерный дизайн, вдохновленный русскими традициями и народными промыслами. Правда, в нем не так много прямых цитат, а больше вольных фантазий в духе «Алисы в стране чудес», благодаря чему гости могут развлечься разгадыванием визуальных шарад.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Приближение таинства
Бюро Ивана Землякова ziarch спроектировало для Новой Москвы небольшой храм для венчаний и крещений, который также включает приходское кафе в духе «Антипы». Автор ясно разделяет мирскую и храмовую части, опираясь на аналоги из архангельских деревень. Постройка дополнит основной храм, перекликаясь с ним схожими материалами в отделке.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Легкая степень брутализма
Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Текстильный подход
Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.