Дерево живет и регулярно побеждает

Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.

Николай Малинин

Автор текста:
Николай Малинин

15 Сентября 2021
mainImg
0 В прошлом году, когда все мероприятия премии АРХИWOOD – и заседание жюри, и церемония награждения – проходили в онлайн-режиме, казалось, что и сама архитектура скоро растворится в цифровом небытии. Или что, по крайней мере, на второй год пандемии объектов станет раз в 10 меньше… Но нет, деревянная архитектура бодро пережила все эти напасти и даже количество заявок лишь немного не добрало до рекордного: 189 против 207 в прошлом году.

Но еще больше, чем количество, радует качество представленных объектов – особенно в номинации «Загородный дом», из которой в финал вышло целых 11 домов. В основном каркасные (но есть один рубленый); как правило, очень небольшие; черные и белые (первых больше); в основном – односкатные (а двускатные – все равно несимметричные); чаще всего двухэтажные (но много и одноэтажных); с панорамным остеклением или хотя бы с огромными окнами; и везде – очень интересные, всегда по-разному решенные террасы. Не только в Московской области, но также в Саратовской, Смоленской и Тюменской; как для себя (дача Рустама Керимова), так и для знаменитых заказчиков (дом коллекционера Игоря Маркина), не только от мэтров (Николай Белоусов, Сергей Колчин, Сергей Наседкин), но и от новичков премии: Кирилла Исаева, Федора Беляева, Алексея и Анны Кашаниных.

Впрочем, увидеть за всем этим какие-то «тренды» – дело безнадежное. В лонг-листе было много объектов, апеллирующих к стилю barn (и даже так называвшихся), но в финал никто из них не вышел. Хотя сама по себе тема простоты и даже брутальности звучит часто. Но и с некоторым кокетством: так, Black house Федора Беляева угольно-черный снаружи (тут хороша еще врубленная в стену лавка), но внутри все светлое, а в гостиную свет льется и через крышу. Полки же здесь словно бы «вдавлены» в стену, подсвечены и доходят до конька – что весьма эффектно. Похожий прием использует Николай Белоусов в даче Игоря Маркина: пространство гостиной окружают ниши, в которых полки чередуются с большущими окнами с широкими подоконниками. Тут все еще концептуальнее: ниши – это несущие колодцы, сложенные из двух рядов клееного бруса. Соединяется в углах брус редким в России приемом «тирольский замок», а вместо привычных деревянных балок использованы стальные затяжки. Все это превращает гостиную в «гимн свету» – а это фирменная тема Белоусова, который раз за разом доказывает, что и в рубленом доме может быть светло и современно. Полностью застеклен и фасад гостиной, обращенный на воду, что делает уже и фасад дома очень необычным.
 
Дом Игоря Маркина. Архитекторы Николай Белоусов, Владимир Белоусов, Ринат Гильмутдинов (Архитектурная мастерская Белоусова)
Фотография © Алексей Народицкий

Еще более радикален по внешнему облику собственный дом Рустама Керимова. Тут уже нет никаких двускатных крыш, это дом-стена – черная и тщательно проработанная. Ритм фасаду задает вертикальный брус, а оттеняет его громадное панорамное окно. Крыша же – обитаемая, а ведет на нее широкая лестница, под углом примыкающая к дому, и сама по себе тоже становящаяся общественным пространством. Окружают дачу широкие палубы террасы, а в одном месте на нее спускается цепь водостока. Непростой процесс строительства (включая мучительное обжигание дерева) Керимов тщательно видеодокументировал – и это не столько хвастовство, сколько честный отчет о собственных сомнениях и экспериментах (а еще очень увлекательное и полезное кино; ссылку можно найти в описании объекта).
 
Дача архитектора. Архитектор Рустам Керимов, конструктор Александр Мотков
Фотография © Илья Столяров (ТВ-проект «Дачный ответ»)

Дерзкой белой вороной в своем окружении выглядит и «Черный дом» в Хвалынске (Алексей и Анна Кашанины). Тут, впрочем, чернота оттенена рыжей фанерой, а в общем облике сооружения можно уловить дух европейского модернизма: цельность объема, эффектный взлет крыши, длинные панорамные окна. Все это, естественно, обусловлено рельефом и наличием вида на Волгу, куда и обращена терраса второго этажа. Красив компактный план дома, где большинство комнат имеет квадратные пропорции, а применение совмещенной кровли позволило дать помещениям разную высоту – от 2,6 до 4,2 метра.

Если это здание прочно стоит на земле, то «Белый дом» Кирилла Исаева в Свердловской области парит над горой, оторванный стальным каркасом – и за счет этого (а также белого цвета) становится немного похож на студенческий макет. Но это полноценный дом с тремя террасами, каждая из которых немного прикрыта для уюта боковыми стенками, но обязательно имеет свой вид на пруд. И совсем в иной ситуации, в тесноте Никольской горы ставят свой домик архитекторы Carton Group, что заставляет его вытягиваться в длину, а также в высоту – и обретать весьма неожиданные пропорции. Квадратный фасад гостиной полностью остеклен, сама же она вывешена над участком – и этот острый ход делает объект необычайно выразительным.

Чрезвычайно красив и фасад Siberian Retreat House в Тюмени (A61architects). Несимметричный двускат, разнобой окон, белый планкен в отделке – казалось бы, ничего сверхоригинального (как, например, у Керимова), но все это очень точно собрано и спропорционировано. А главной фишкой дома становится терраса, вырезанная в плоском фасаде и позволяющая находиться на природе в любую погоду. Не менее элегантен Roma House от Buro511: здесь тоже, как и в тюменском доме, нет вокруг роскошных видов, но зато есть старые сосны, с которыми так хорошо рифмуется фасад дома, набранный из очень высоких реек. Строгий и благородный параллелепипед здания (практически Мис ван дер Роэ) вдруг взрывается огромным кубом гостиной – впуская природу в дом. Отдельное удовольствие – история создания объекта, которую Артур Кариев излагает, как и Керимов, честно, но уже словами: когда б вы знали, из какого ора…
 
Siberian Retreat House. Архитекторы Гульнара Морозова, Дмитрий Морозов, Данил Девяшин (A61architects)
Фотография © Илья Иванов

Ну и, конечно, особняком стоит Дом на Истре бюро Le Atelier. Сергей Колчин уже два раза побеждал в главной номинации премии (чем больше никто похвастаться не может), и этот дом – не просто заявка на победу, но и логичное развитие той фирменной скульптурности, которая свойственна его стилю. Эта скульптурность – конечно, не просто так, она всегда – реакция на контекст, но при этом не механическая, а художественная. Так и тут: «Черный объем, врезающийся в светлый, служит механизмом для вмещения вида, который ломает форму». Дом падает вниз по рельефу, внешние стены развернуты по отношению к внутренним на 22 градуса, они выламываются из общего объема, открывая виды на окрестности и скрывая интерьеры от соседей. Как и в колчинском «Доме Кино», главная гостиная с главными видами не на высоте, а наоборот, в самом низу дома (на полтора метра ниже входа), что делает проход по нему настоящим приключением (еще и комнаты выстреливают вбок по диагонали), а мощная ферма перекрытия неожиданно становится антресолью и необычным декоративным элементом.
Дом на Истре. Архитекторы Антон Архипов, Сергей Колчин, Наталья Сенюгина (Le Atelier)
Фотография © Илья Иванов
 
Как всегда, много споров на заседании Экспертного совета вызвала номинация «Малый объект»: где та граница, после которой «загородный дом» превращается в «малый объект» (30 кв. м, 50?) и правильно ли вообще сравнивать жилье с беседками и банями? В результате в шорт-лист вышло всего 7 объектов, хотя в лонг-листе была 31 заявка! Среди финалистов – работы тех, кто уже становился победителем АРХИWOODа (Никиты Капитурова, Алексея Луки, Саши Эрмана, бюро «ХВОЯ») – и, конечно, как и в случае Колчина, они узнаваемы, поскольку развивают собственные темы. А баня Рустама Керимова – так и вовсе родная сестра главного дома, описанного выше. Что никак не мешает ей быть яркой и задорной, и не только в смысле острой формы: она была собрана всего за три дня за счет использования СИП-панелей нового типа FIXPAN. Поэтому она еще и «пассивный дом» с точки зрения энергопотребления, ну а уж о разнообразных радостях парения и говорить не приходится.

Баня/гостевой дом бюро «ХВОЯ» стилистически близка их знаменитому дому в Рощино: такой же вытянутый черный объем со светлым подбоем, вырезанная в теле дома терраса, обшивка вертикальной доской… Планировка же – не такая затейливая, как там, скорее, традиционно финская, но на то оно и баня, на то оно и Кавголово. И очень поэтичная зимняя съемка Григория Соколинского. Сарай Саши Эрмана в объективе Ильи Иванова тоже превратился в памятник архитектуры, хотя и в нем нет ничего сверхъестественного: та же вертикальная серая доска, поставленная частоколом и поликарбонат. При этом размер постройки обусловлен именно размерами поликарбоната, одним листом которого здание облицовано со всех сторон.  А внутри – мастерская и склад заготовок для мастерства. Все очень просто и тем не менее – важная вещь в смысле типологии: да, сарай, но и сарай должен быть прекрасен!

Восхитительно живописен Дом-антресоль Алексея Луки, продолжающий тему коллажа, которую автор заявил в своей «Стайке» 2019 года (взяв ее у жителей Сатки – и им же ее вернув в художественно-осмысленном виде). Но теперь это уже не просто авангардно отделанный сарайчик, а еще и симпатичный интерьер – очень компактный, но при этом двухуровневый. Что перебрасывает мостик к наркомфиновским ячейкам, а его рукотворная мебель и отделка (практически все это сделано из старых предметов) – уже к позднесоветскому дачному творчеству. Но это не просто ворох традиций, а очень умная и внятная программа, которой Алексей придал еще и вид манифеста: «Если в ХХ веке художник остраняет утилитарный объект, освящая его своим художественным жестом, то в ХХI веке задача заключается в том, чтобы лишить произведение искусства его элитарного флера и сделать доступным для человека, который отныне не обязан испытывать перед ним пиетет, а может просто жить с ним – или в нем, как в случае Дома-антресоли».
 
Дом-Антресоль в Никола-Ленивце. Архитектор Алексей Лука
Фотография © Алексей Ключников

Но пребывание в таком нагруженном смыслами доме требует все же некоторого самоотречения. И в этом смысле более щадящим вариантом оказывается Домик на сваях в Тульской области (бюро «Зеленая Тропа»): маленький, беленький, простенький. Почти никакой архитектуры (да еще мебель резная и обои в цветочек), но, когда все это поднято на сваи (да еще сделано в таком почти кукольном масштабе), а лестница так соблазнительно превращается в террасу, то все это вызывает острое желание жить именно там. То есть, это почти универсальный образец типологии, провоцирующий, правда, как и прошлогодние модульные дома, введение в премию новой номинации – «микродом».
 
Домик на сваях в Тульской области. Архитекторы Наталья Амирова, Дмитрий Целищев, Елена Макарова, Ирина Мамай («Зеленая Тропа»)
Фотография © Кристина Мережко

Еще более важным для широких народных масс образцом решения проблемы житья является пристройка к старому деревенскому дому в Остафьево (Алексей Козырь и Илья Бабак). Это всего два элемента: веранда и терраса, которые плотно и очень аккуратно пригнаны к существующей постройке. И это, конечно, просто гениальный пример того, как можно сохранить милое, любимое, намоленное (каковым для каждого является старый семейный дом или дача), просто добавив к нему новые, необходимые современному человеку функции. Примеров таких решений до слез мало, чаще граждане валят старое и ваяют на его месте что-то чудовищно новое. Те же редкие примеры, которые есть (прошлогодний победитель – реконструкция дачи Евгении Микулиной или знаменитый собственный дом Юрия Григоряна), подразумевают довольно серьезную, кропотливую и дорогостоящую работу. Конечно, и эта пристройка – отнюдь не трехкопеечное решение (одни гигантские окна веранды чего стоят), но как подход, как идея – это очень мудро и перспективно.
Летний флигель в Остафьево. Архитекторы Алексей Козырь, Илья Бабак (Архитектурная мастерская Алексея Козыря)
Фотография © Алексей Народицкий
 
Примыкает к этой теме объект из другой номинации («Реставрация») – дача архитектора Георгия Гольца (великолепная работа финского мастера Тапани Мустонена в кооперации с бюро Александра Бродского). Этот довоенный дом в стародачном поселке НИЛ хорошо известен (в нем долгие годы жила дочь зодчего – художник Ника Гольц), но также хорошо было известно и его бедственное состояние. Но всем нам очень повезло: дачу приобрела Елена Ольшанская, основатель проекта «Белый город», и сделала всё очень точно и с любовью. И хотя этот объект кажется здесь фаворитом, эксперты обнаружили так много ценного в других объектах, поданных на премию, что приняли беспрецедентное решение и пропустили в финал все 4 заявленных объекта.
Дача архитектора Г. П. Гольца в поселке НИЛ. Архитектор Тапани Мустонен (Бюро Александра Бродского)
Фотография © Владислав Ефимов

Самой же сложной для Экспертного совета стала номинация «Дерево в отделке», где собрались работы самых разных функций и масштабов. Здесь и мини-отель, и модульный дом, и спасательная станция, и беседка, и маяк: везде использованы не деревянные конструкции, но дерево благородно их дополняет и как бы «прописывает» эти объекты в природном окружении. Явным фаворитом в этой номинации выглядит Barn House Дмитрия Овчарова – загородный дом, чей фасад набран из состаренных досок разного цвета (и такого хода в истории премии еще не встречалось).
 
Barn House Архитектор Дмитрий Овчаров (nefa architects)
Фотография © Илья Иванов

Совсем мало объектов оказалось в шорт-листе номинации «Интерьер» (всего три), но здесь есть очень сильная работа Игоря Апарина – инфоцентр «Коммунарка»: музей расстрельного полигона, очень маленький и очень печальный, адекватно сделанный из вагонки, покрытой серой морилкой. Поспорит с ним библиотека гимназии в Петербурге (Архитектурное бюро 11), где из книжных полок почти все: стены, потолок, ротонда.
 
Инфоцентр «Коммунарка». Архитектор Игорь Апарин (NOYD collab)
Фотография © Серафима Тельканова

8 объектов прошли в финал в номинации «Дизайн городской среды». Дерево продолжает завоевывать общественные пространства наших городов (в этом году на карте премии впервые появились Ставрополь, Ульяновск, Уфа, Елабуга), и при кажущемся привычном наборе элементов (лавочки, беседки, качели) здесь всегда находится место эксперименту. Такова, например, многосоставная, тщательно продуманная и очень красивая набережная Енисея в Красноярске (бюро АДМ Алексея Мякоты). Или, наоборот, довольно простая, но остроумная затея Марии и Дмитрия Храмовых: резиденции волжских городов на набережной Самары, в крышах которых были пропилены карты этих городов, ложившиеся на асфальт эффектными тенями. Или павильон в московском Саду Баумана («Народный архитектор»), вызвавший определенное неудовольствие у местных жителей, но при этом являющийся весьма оригинальной архитектурой: овальной формы крышу несут широкие, поставленные перпендикулярно линии абриса, пилоны.
 
Резиденции волжских городов в Самаре. Архитекторы Дмитрий Храмов, Мария Храмова, Армен Арутюнов, Алексей Есин, Михаил Мятежин, Елена Загороднева (Архитектурное бюро Храмова)
Фотография © Екатерина Ананьева, Армен Арутюнов, Константин Африкантов

Еще одна сильная работа – двор Никольских рядов в Петербурге (бюро KATARSIS). В прошлом году бюро стало обладателем Гран-при АРХИWOOD за Сожженный мост в Никола-Ленивце, но выставляло на премию и первый объект в Никольских рядах – преостроумную Вращающуюся арку. Теперь арка дополнена эстрадой, ярмарочной улицей и катальной горкой (которая летом превращается в амфитеатр). Самое же интересное, что все это находится внутри исторического комплекса: «Ансамбль внутри ансамбля. – пишут авторы. – Композиция новой застройки следует принципам памятника классицизма: строгость осевых построений, симметрия. При этом сами объекты временной застройки, будучи абсолютно современными внешне, в своей внутренней логике находятся в диалоге с элементами исторического ансамбля. Объекты разные стилистически. За счет этого достигается характерный для традиционных зимних ярмарок в России эклектизм. Визуальное единство возникает за счет использования дерева как главного материала».
Общественное пространство в Никольских рядах, Санкт-Петербург. Архитекторы Пётр Советников, Вера Степанская (KATARSIS ab)
Фотография © Григорий Соколинский
 
В номинации «Общественное сооружение» за премию поспорят сразу два крытых скейт-парка – в Краснодаре и Казани, а также стадион «Енисей» в Красноярске, возведенный из клееных арок компанией «Большепролет», и имеющий действительно самый большой в России пролет длиной 100 метров (конструктор Алексей Крицин). В разы меньше, дешевле и рукотворнее мост в селе Зилаир (Башкортостан) – но ничуть не менее прекрасен. Мост меняет свое направление по ходу движения, а смотровая площадка с видом на Усьвинские столбы и вовсе извивается в пространстве что твоя Заха Хадид (Ad Hoc Architecture).
 
ZILAIR IS THE MOST в селе Зилаир (Башкортостан). Архитекторы Руслан Тетерин, Мурат Богданов, Алексей Поздняков, Екатерина Соколова, Марина Байдерина
Фотография © Глеб Поздняков

Почти привычно выглядит пул финалистов в номинации «Арт-объект»: здесь две работы с острова Ольхон на Байкале (кинетическая скульптура «Двумах» и не кинетическая, но все равно «Взлетающая рыба»), и два объекта с фестиваля «Древолюция», прошедшего в этом году под Коломной. Первый это «Диафрагма», отменно придуманная беседка для медитации. Второй – еще более концептуальный «Омут»: невидимый мостик, перекинутый с причала к отдельно стоящему в озере пню; мистический опыт хождения по воде. «Если принять страх, остаться и пройти по нему ногами, то найдется красота. Отражения, блики, прохлада, брызги из детства, облака и звезды».
 
Арт-объект «Омут» в деревне Новое. Архитекторы Полина Минина, Настасья Иванова, Дмитрий Мухин, Настя Минина, Полина Шевчук (падап)
Фотография © Дмитрий Мухин

 И еще 4 объекта – в шорт-листе номинации «Предметный дизайн»: весьма оригинальная Console Макария Щербакова, зигзаг кресла Flexy Дарьи Волковой, выверенный набор мебели для одной конкретной комнаты от бюро «ДИА» и «Буханочка»: не такой простой, как кажется, комодик Дарьи Литвак.

В общем, жюри премии предстоит, как всегда, тяжелая работа. В него в этом году вошли: Борис Левянт, генеральный директор ABD architects; Анна Щетинина, основатель творческого агентства TERRA; Олег Попов, руководитель архитектурного бюро «Попов и Архитекторы»; Лиза Фонская, архитектор, куратор проекта Woodfocus; Николай Калошин, архитектор, дизайнер (проектная группа «Поле-Дизайн»), победитель премии АРХИWOOD; Нина Фролова, шеф-редактор Архи.Ру; Егор Егорычев, инженер-архитектор (мастерская Diagonal), победитель премии АРХИWOOD.

Народное голосование уже стартовало и продлится до 22 сентября – так что торопитесь отдать ваш голос! Сделать это, как всегда, можно на сайте премии:
https://premiya.arhiwood.com/prize/vote

Генеральным спонсором и организатором премии по-прежнему – уже 12-й год подряд! – является компания РОССА РАКЕННЕ СПб (HONKA), а подведение итогов премии состоится 24 сентября.
 
 

15 Сентября 2021

Николай Малинин

Автор текста:

Николай Малинин
Эконом-вилла
Доступный, просторный и эстетичный каркасный дом от бюро ISAEV architects предназначен для отдыха от города и созерцания природы.
Черный лес
Небольшое помещение инфоцентра от бюро NOYD не просто знакомит посетителя с историей бывшего расстрельного полигона, но и вызывает глубокий эмоциональный отклик.
Поговорим о дереве: грани реставрации и современности
Гран-при, второй раз за историю премии АрхиWOOD, дали за реставрацию. Среди общественных пространств победили два фанерных скейт-парка – с их гибкой формой сложно спорить другим сооружениям; победитель номинации интерьеры – музей расстрельного полигона в Коммунарке. Вашему вниманию рассказ о проектах-победителях и репортаж с церемонии награждения.
Дом-гнездо
Шведский производитель спортивных электрокаров Polestar реализовал «концептуальную» модель домика на дереве, которая может сделать отдых на природе более экологичным.
Коридор над водой
Деревянный мост, спроектированный бюро LUO studio, соединил две части водного курорта «Береговая линия Гулоу». Его защищенное металлическими пластинами внутреннее пространство носит торжественный, почти сакральный характер.
Деревянные новации
Консорциум во главе с BIG победил в конкурсе на проект нового пирса аэропорта Цюриха. Большую часть сооружения выстроят из дерева.
Инновации продолжаются
На месте выставочного комплекса Экспо-2015 в Милане строится район MIND. Одной из ключевых его точек станет Центр инноваций по проекту бюро OBR.
Дом для школы
При проектировании школы во французской деревушке бюро HEMAA и Hesters-Oyon использовали в качестве прототипа традиционный для Бретани и Нормандии тип длинного сельского дома.
Балтийский эскапизм
Успевший стать знаменитым спа-комплекс в Янтарном расширяется – рядом появятся гостевые домики, придуманные в коллаборации с норвежцем Рейульфом Рамстадом.
Промежуточная типология
В норвежском Ульвике по проекту мастерской Rever & Drage построили гостевой дом-«сарай». Этим минималистичным коттеджем архитекторы попытались выразить свою признательность «архитектуре проселочных дорог».
По образцу шапито
Культурный центр по проекту K architectures рядом с городом Безье на юге Франции заключен в трех напоминающих цирковые шатры павильонах.
Береговые перископы
Архитекторы из Сантьяго-де-Чили Фелипе Кроксатто и Николас Опасо построили два крошечных домика для отдыха с видом на океанский прибой, скалистый остров, колонию морских львов и яркие крылья кайтов.
Таежными тропами
Благоустройство живописного, но труднодоступного маршрута в пермском заповеднике Басеги призвано помочь туристам во время восхождения как физически, предоставляя места для отдыха и обогрева, так и духовно, открывая самые красивые места без ущерба для экосистемы.
Черный лес
Небольшое помещение инфоцентра от бюро NOYD не просто знакомит посетителя с историей бывшего расстрельного полигона, но и вызывает глубокий эмоциональный отклик.
Тундра на крыше
Комплекс Living Landscape по проекту бюро Jakob+MacFarlane задуман как самое большое деревянное сооружение Исландии и «инструмент» для регенерации ее экосистем.
Минус дает плюс
«Углеродно негативный» культурный центр в Шеллефтео на севере Швеции построен из местного дерева, включая 20-этажный гостиничный корпус. Авторы проекта – бюро White.
Пространство на вырост
Столовая для детского сада в японском городе Фукуяма по проекту бюро UID должна будить воображение малышей, а также подходить для их родителей и воспитателей.
Вход в горы
Смотровая площадка в Пермском природном парке привлекает внимание к природным достопримечательностям края и готовит путешественников к восхождению на скальный массив.
Сарай, огород и очаг
Ищем национальную идею российской архитектуры среди проектов финалистов конкурса на разработку многоквартирного жилья для поселка Соловецкий. В первом выпуске: Мастерская деревянной архитектуры Евгения Макаренко + NORMA, Александр Бродский и бюро Katarsis.
Технологии и материалы
МасТТех. Этапы большого пути
Алюминиевые архитектурные конструкции Masttech используют в своих проектах архитекторы ведущих бюро, таких как СПИЧ, ATRIUM, ТПО «Резерв». Не так давно специалисты компании разработали – по техническому заданию АБ Цимайло, Ляшенко и Партнеры – эксклюзивное решение оконно-витражного блока, который монтируется сразу на два этажа.
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Сейчас на главной
Белые кровли
Офис продаж для жилого комплекса в Ухани в будущем превратится в детский сад для его обитателей. Архитекторы Atelier Xi заложили в свой проект оба варианта использования, чтобы не тратить ресурсы на снос и новое строительство.
Сохраняя историю Чистых прудов
Как сделать клубный дом комфортным, отвечающим требованиям дорогого современного жилья в центре города, сохранив максимум от подлинного здания 1915 года? Илья Уткин вместе с компанией Sminex решили этот ребус для Потаповского переулка, 5 – изучаем, как именно.
Яркий купаж
Винный бар в культурно-деловом кластере «Басманный двор», идеи для которого архитекторы позаимствовали у модернистской курортной архитектуры, добавив сочные цвета и винтажную мебель.
Звезды для Подмосковья
Выбрали 6 самых «звездных» и примечательных проектов Московской области из показанных на стенде «Зодчества» и рассматриваем их. Лидируют образовательные учреждения.
Спорт за окном
Скейт-площадка для линейного парка от XSA Ramps: профессиональный и любительский спорт, зрелищность и альтернативные сценарии досуга как часть благоустройства территорий жилых массивов.
Дом-гнездо
Шведский производитель спортивных электрокаров Polestar реализовал «концептуальную» модель домика на дереве, которая может сделать отдых на природе более экологичным.
Жизнь в лесу
Комплекс апартаментов в Рощино от бюро GAFA по своему устройству напоминает глэмпинг: жильцы наслаждаются нетронутой природой карельского перешейка, при этом располагают городскими удобствами и возможностями для общественной жизни.
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Школа как сообщество
Лондонское бюро AdjoubeiScott-Whitby Studio превратило здание Александровского училища в Калуге в уникальную школу на 150 учеников. Здание начала XX века адаптировали под британскую образовательную систему – как в программном смысле, так и в архитектурном.
Пена дней
В интерьере ресторана Sparkle бюро Archpoint переосмысляет эстетику винных погребов и обращается к образам, связанным с игристым вином – пузырькам, пене и жизнелюбию.
Небоскреб с оазисами
В Сингапуре завершено строительство небоскреба по проекту архитекторов BIG. Управляющим системами здания искусственным интеллектом и другими цифровыми компонентами занималось бюро CRA – Carlo Ratti Associati.
Королевство зеркал
На XXX по счету Зодчестве столько решеток и зеркал, что эффект дробления реальности на кусочки многократно усиливается. Только ради этого ощущения стоит посетить фестиваль. Но кроме того выставка богата, разнообразна и работает как хорошо отлаженная машина по всем направлениям: губернскому, студенческому, арт-объектному, круглостольному и прочим. Делать бы и делать такие фестивали.
Руин-бар
Нижегородский бар, спроектированный Fruit Design Studio, совмещает эстетику запустения с дворцовой роскошью, созданной из черновых материалов – бетона, армированного стекла и грубого металла.
Обещания и надежды
Объявлены шесть лауреатов Премии Ага Хана 2022. Они обещают лучшее будущее людям, демонстрируют новаторство и заботу о природе.
Оазис в дождливом городе
Бюро MAD Architects разработало интерьер первого в Петербурге коворкинга сети SOK. Его отличительная черта – обилие зелени и элементов биофильного дизайна, характерная для города колористика и отсылки к литературному наследию.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
Глядя в небо
В Саратове названы победители фестиваля короткометражных любительских роликов, посвященных архитектуре. Фильм, приглянувшийся редакции, занял 1 место. Размышляем о типологии, объясняем выбор, «показываем кино».
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.