Обреченные на современность

В Венеции продолжается 14-я биеннале архитектуры, где национальные павильоны впервые составили ясную картину – глобального торжества «модерности».

mainImg
Панорама эта так же наглядна, как и единообразна: очень многие участники пошли по очевидному пути, подробно рассмотрев, как на их родине в 1914–2014 происходило то «поглощение современности», которое куратор всей биеннале Рем Колхас сделал темой для всех национальных павильонов. Более того, также многие подчеркнули свое прилежное выполнение этого домашнего задания в пояснительных текстах, еще раз напомнив – кто и что им поручил сделать, и как они придерживались этого наказа. Результаты получились двойственными: с одной стороны, ради биеннале были подготовлены крайне интересные отчеты о последнем столетии развития архитектуры в тех странах Европы, Азии, Америки, о которых не так-то просто найти информацию.
Испытательный центр электролампового завода TEŽ в Загребе. 1963. Архитектор Лавослав Хорват. Фото: Marko Mihaljević

С другой – мы еще раз убедились в неотвратимом наступлении глобализации, «приговоренности к современности» (эту цитату из Октавио Паса вынесли в название своей выставки мексиканцы). Одну и ту же историю наблюдаешь и в Аргентине, и в Хорватии, и на Ближнем Востоке: от эклектики начала века через ар деко и модернизм, захвативший полную власть в середине столетия, мы приходим к 20-летию постмодернизма и к архитектуре «нашего времени», одновременно типичной и своеобычной. Возможно, на именно такой эффект «параллельности» и рассчитывал Колхас, но интересовавшие его характерные локальные черты этого «бродячего сюжета», которые тот приобретал в той или иной стране, далеко не каждый участник биеннале постарался показать и подчеркнуть. К слову, именно поэтому – на фоне множества «учебников истории» – у международной аудитории большим успехом пользуется павильон России, где удалось найти для экспозиции совершенно не дидактическую, актуальную и одновременно вполне познавательную форму.
Павильон Аргентины. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia

Уже упоминавшаяся Аргентина рассказывает свою историю под заголовком «Ideal/Real», противопоставляя идеи и их воплощение, а также снабдив ее видео-иллюстрациями в виде фрагментов из современных каждой эпохе фильмов. При этом экспозиция слегка напоминала аргентинский павильон-2012, где подобный хронологический рассказ был вдохновлен 200-летием независимости страны.
Клориндо Теста и др. Национальная библиотека в Буэнос-Айресе. Проект - 1962. Фото: Gobierno de la Ciudad Autónoma de Buenos Aires via Wikimedia Commons
Павильон Хорватии. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia
Концертный зал имени Ватрослава Лисинского в Загребе. 1973. Архитекторы М. Хаберле и др. Фото: Marko Mihaljević

В хорватском павильоне почти то же самое показано под заголовком «Подходящая абстракция» (имеется в виду, что абстрактные формы модернизма очень подошли для воплощения национальной идентичности), схожий подход продемонстрировал «…приговоренный к современности» мексиканский павильон; и там, и там хронология была совмещена с тематическим подходом, но «историчности» от этого не убавилось.
Павильон Мексики. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia
Павильон Мексики. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia
Марко Пани. Жилой массив «Президент Алеман» в Мехико. Фото: Dirección de Arquitectura dell’Instituto Nacional de Bellas Artes
Энрике Яньес-де-ла-Фуэнте. Национальный медицинский центр в Мехико. Фото: Archivo de Arquitectos Mexicanos, Facultad de Arquitectura, UNAM
zooming
Павильон Македонии. Фото: Нина Фролова

Выставка республики Македония была посвящена в первую очередь ее столице – Скопье, знаменитой своей необычной застройкой в русле позднего модернизма: после катастрофического землетрясения 1963 года город восстанавливали в буквальном смысле «всем миром» – под эгидой ООН.
Павильон Перу. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia

Более конкретный и потому любопытный подход выбрали кураторы из Перу, сосредоточившиеся лишь на одном из множества явлений XX столетия. Речь идет о новых жилых районах на окраинах Лимы, которые создавались как альтернатива трущобам, сооружаемым на самовольно захваченных землях мигрантами из сельских областей. Учитывая непреходящую актуальность этой темы, выставка получилась познавательной и поучительной, а заслуженно центральное место там занял известный экспериментальный район PREVI (с 1970), к проектированию которого были привлечены 13 ведущих зарубежных архитекторов. В их числе оказались Джеймс Стерлинг, Кристофер Александр, Альдо ван Эйк, Чарльз Корреа и группа метаболистов – Фумихико Маки, Кисё Курокава и Киёнори Кикутакэ.
zooming
Павильон Перу. Фото: Нина Фролова
zooming
Район PREVI в Лиме. Дома по проекту Дж. Стерлинга в 1978 и 2003. Фото с сайта quaderns.coac.net
zooming
Район PREVI в Лиме. Дома по проекту К. Курокавы, К. Кикутакэ и Ф. Маки в 1978 и 2003. Фото с сайта quaderns.coac.net
Павильон ОАЭ. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia

Не менее интересным получился павильон ОАЭ. В случае Эмиратов нельзя говорить о «старте» современности в 1914 году, так как по-настоящему она пришла в страну вместе с нефтяным бумом в последней трети XX века; однако этот переход интересен именно своей резкостью и близостью к нашим дням. Поэтому внимание кураторов сосредоточено на 1970-х – 80-х годах, когда архитекторы из разных стран создавали Абу-Даби, Дубай и Шарджу практически заново, приспосабливая западные типы построек к местным особенностям. От этой застройки сейчас осталось не так много: ее сменяют более крупные и гораздо менее интересные сооружения.
Финишная черта скачек на верблюдах в Дубае. 1950-е годы. Фото: Ronald Codral. Предоставлено: Codrai Gulf Collection - Abu Dhabi Tourism and Culture Authority
Павильон ОАЭ. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia
Центр Международной торговли в Дубае, 1979. Фото предоставлено John R Harris and Partners

В то же время, живы архитекторы тех зданий и наблюдавшие эти перемены жители Эмиратов, и их свидетельства в виде видео интервью и бесед, а также включенных в архив воспоминаний, любительских фотографий, почтовых открыток и т. д. придают этой неплохо известной урбанистически-архитектурной истории человеческое измерение.
Павильон ОАЭ. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia
Deira Tower и другие здания на площади Банийас. Фото: Mirco Urban
Павильон Австрии. Фото: Andrea Avezzù. Предоставлено Biennale di Venezia

На этом фоне неожиданно лаконичной и символической кажется экспозиция в павильоне Австрии: «Пленум – места власти». Размышляя о том, как устройство общества влияет на архитектуру – и наоборот, кураторы выбрали самый «политический» тип здания и создали своего рода «парламент из парламентов» – порядка 200 белоснежных макетов зданий национальных собраний в масштабе 1:500, закрепленных на таких же белых стенах (есть там и наша Госдума). Вместе эти объекты воспринимаются как странноватый декор, что так и задумано: устроители выставки считают, что эти репрезентативные сооружения кажутся людям уже не вдохновляющими символами демократии, а эффектными украшениями, скрывающими вовсе не народную, а иные формы власти.
Павильон Австрии. Фото: Нина Фролова
Павильон Австрии. Макет здания Госдумы в Москве. Фото: Нина Фролова

Кроме того, по-настоящему демократические собрания происходят теперь не в парадных залах, но в парках, на площадях или даже онлайн, о чем напоминает «стихийный» сад во дворе павильона (Auböck + Kárász) со звуковой инсталляцией, имитирующий шум возбужденной толпы (KOLLEKTIV/RAUSCHEN).
Инсталляция «Стекло разбито» в Палаццо Бембо. Фото предоставлено Петером Эбнером

Но павильон в Джардини – не единственная австрийская экспозиция на биеннале. В Палаццо Бембо на Гранд-канале Петер Эбнер и Greutmann Bolzern Designstudio представили инсталляцию «Стекло разбито», посвященную важной для современности проблеме прозрачности: эта проницаемость, обещая прекрасный обзор, на деле превращает обитателя постройки в объект наблюдения снаружи, лишая его частного пространства. Еще масштабней эта потеря приватности стала в начале XXI века, когда цифровые технологии фиксируют и транслируют едва ли не каждый шаг человека. Инсталляция предлагает альтернативу такой насильственной «открытости»: сложная конструкция позволяет выглянуть за пределы палаццо с помощью системы отражающих поверхностей, однако заглянуть внутрь не сможет никто. Комната с инсталляцией погружена во мрак: это также и комментарий по поводу базового для архитектуры явления – трехмерного пространства и связанных с ним оптических иллюзий. Если задуматься, они доступны лишь людям со стандартными зрительными возможностями, и «привычное» восприятие – лишь один из нескольких – субъективных – вариантов переживания пространства.
Инсталляция «Стекло разбито» в Палаццо Бембо. Фото предоставлено Петером Эбнером
Инсталляция «Стекло разбито» в Палаццо Бембо. Фото предоставлено Петером Эбнером



Эту небольшую работу о неопределенности любой трактовки окружающего мира (помимо темноты, «передаваемая» устройством картинка намеренно нечетка) вполне можно использовать как метафору всей 14-й международной архитектурной выставки в Венеции: пожалуй, ни одна из архитектурных биеннале текущего столетия не вызывала таких полярно противоположных мнений и настолько сильных чувств. И это – вполне достаточное основание, чтобы посетить Арсенал и Джардини.

14-я биеннале архитектуры в Венеции продлится до 23 ноября 2014.

23 Сентября 2014

Прививка современности
В национальном павильоне Италии на венецианской биеннале историю «усвоения современности» рассказывает не критик, не историк, а архитектор – Чино Дзукки. Он интерпретирует этот процесс в Италии термином из области садоводства: «Innesti/Grafting» означает «прививки».
Сквер имени Москвы
6 июня в Венеции открылась выставка «Moskva: urban space» – проект параллельной программы XIV Международной биеннале архитектуры.
Сказка смыслов
Экспозиция павильона России в этом году как капуста: и надо постараться, чтобы обнаружить за ворохом смыслов главные.
Премия хранительнице
«Золотой лев» за вклад в архитектуру 14-й Венецианской биеннале присужден Филлис Ламберт – заказчице Мис ван дер Роэ и основательнице Канадского центра архитектуры.
Павильон MOSKVA
На XIV Международной биеннале архитектуры в Венеции Москва представит собственную экспозицию.
Исследовательский подход
Куратор 14-й Венецианской биеннале архитектуры Рем Колхас представил название будущей выставки — «Основы» (Fundamentals) — и пообещал объединить все экспозиции в национальных павильонах общей темой.
Технологии и материалы
LVL брус в большепролетных сооружениях: свобода пространства
Высокая несущая способность LVL бруса позволяет проектировщикам реализовывать смелые пространственные решения – от безопорных перекрытий до комбинированных систем со стальными элементами. Технология упрощает создание сложных архитектурных форм благодаря высокой заводской готовности конструкций, что критично для работы в стесненных условиях существующей застройки.
Безопасность в движении: инновационные спортивные...
Безопасность спортсменов, исключительная долговечность и универсальность применения – ключевые критерии выбора покрытий для современных спортивных объектов. Компания Tarkett, признанный лидер в области напольных решений, предлагает два технологичных продукта, отвечающих этим вызовам: спортивный ПВХ-линолеум Omnisports Action на базе запатентованной 3-слойной технологии и многослойный спортивный паркет Multiflex MR. Рассмотрим их инженерные особенности и преимущества.
​Teplowin: 20 лет эволюции фасадных технологий – от...
В 2025 году компания Teplowin отмечает 20-летие своей деятельности в сфере фасадного строительства. За эти годы предприятие прошло путь от производителя ПВХ-конструкций до комплексного строительного подрядчика, способного решать самые сложные архитектурные задачи.
«АЛЮТЕХ»: как технологии остекления решают проблемы...
Основной художественный прием в проекте ЖК «Level Причальный» – смелый контраст между монументальным основанием и парящим стеклянным верхом, реализованный при помощи светопрозрачных решений «АЛЮТЕХ». Разбираемся, как это устроено с точки зрения технологий.
Искусство прикосновения: инновационные текстуры...
Современный интерьерный дизайн давно вышел за пределы визуального восприятия. Сегодня материалы должны быть не только красивыми, но и тактильными, глубокими, «живыми» – теми, что создают ощущение подлинности, не теряя при этом функциональности. Именно в этом направлении движется итальянская фабрика Iris FMG, представляя новые поверхности и артикулы в рамках линейки MaxFine, одного из самых технологичных брендов крупноформатного керамогранита на рынке.
Как бороться со статическим электричеством: новые...
Современные отделочные материалы всё чаще выполняют не только декоративную, но и высокотехнологичную функцию. Яркий пример – напольное покрытие iQ ERA SC от Tarkett, разработанное для борьбы со статическим электричеством. Это не просто пол, а интеллектуальное решение, которое делает пространство безопаснее и комфортнее.
​Тренды остекления аэропортов: опыт российских...
Современные аэровокзалы – сложные инженерные системы, где каждый элемент работает на комфорт и энергоэффективность. Ключевую роль в них играет остекление. Архитектурное стекло Larta Glass стало катализатором многих инноваций, с помощью которых терминалы обрели свой яркий индивидуальный облик. Изучаем проекты, реализованные от Камчатки до Сочи.
​От лаборатории до фасада: опыт Церезит в проекте...
Решенный в современной классике, ЖК «На Некрасова» потребовал от строителей не только технического мастерства, но и инновационного подхода к материалам, в частности к штукатурным фасадам. Для их исполнения компанией Церезит был разработан специальный материал, способный подчеркнуть архитектурную выразительность и обеспечить долговечность конструкций.
​Технологии сухого строительства КНАУФ в новом...
В центре Перми открылся первый пятизвездочный отель Radisson Hotel Perm. Расположенный на берегу Камы, он объединяет в себе премиальный сервис, панорамные виды и передовые строительные технологии, включая системы КНАУФ для звукоизоляции и безопасности.
Стеклофибробетон vs фиброцемент: какой материал выбрать...
При выборе современного фасадного материала архитекторы часто сталкиваются с дилеммой: стеклофибробетон или фиброцемент? Несмотря на схожесть названий, эти композитные материалы кардинально различаются по долговечности, прочности и возможностям применения. Стеклофибробетон служит 50 лет против 15 у фиброцемента, выдерживает сложные климатические условия и позволяет создавать объемные декоративные элементы любой геометрии.
Кирпич вне времени: от строительного блока к арт-объекту
На прошедшей АРХ Москве 2025 компания КИРИЛЛ в партнерстве с кирпичным заводом КС Керамик и ГК ФСК представила масштабный проект, объединивший застройщиков, архитекторов и производителей материалов. Центральной темой экспозиции стал ЖК Sydney Prime – пример того, как традиционный кирпич может стать основой современных архитектурных решений.
Фасад – как рукопожатие: первое впечатление, которое...
Материал, который понимает задачи архитектора – так можно охарактеризовать керамическую продукцию ГК «Керма» для навесных вентилируемых фасадов. Она не только позволяет воплотить концептуальную задумку проекта, но и обеспечивает надежную защиту конструкции от внешних воздействий.
Благоустройство курортного отеля «Славянка»: опыт...
В проекте благоустройства курортного отеля «Славянка» в Анапе бренд axyforma использовал малые архитектурные формы из трех коллекций, которые отлично подошли друг к другу, чтобы создать уютное и функциональное пространство. Лаконичные и гармоничные формы, практичное и качественное исполнение позволили элементам axyforma органично дополнить концепцию отеля.
Правильный угол зрения: угловые соединения стеклопакетов...
Угловое соединение стекол с минимальным видимым “соединительным швом” выглядит эффектно в любом пространстве. Но как любое решение, выходящее за рамки типового, требует дополнительных затрат и особого внимания к качеству реализации и материалов. Изучаем возможности и инновации от компании RGС.
«АЛЮТЕХ» в кампусе Бауманки: как стекло и алюминий...
Воплощая новый подход к организации образовательных и научных пространств в городе, кампус МГТУ им. Н.Э. Баумана определил и архитектурный вектор подобных проектов: инженерные решения явились здесь полноценной частью архитектурного языка. Рассказываем об устройстве фасадов и технологичных решениях «АЛЮТЕХ».
D5 Render – фотореализм за минуты и максимум гибкости...
Рассказываем про D5 Render – программу для создания рендеринга с помощью инструментов искусственного интеллекта. D5 Render уже покоряет сердца российских пользователей, поскольку позволяет значительно расширить их профессиональные возможности и презентовать идею на уровне образа со скоростью мысли.
Алюмо-деревянные системы UNISTEM: инженерные решения...
Современная архитектура требует решений, где технические возможности не ограничивают, а расширяют художественный замысел. Алюмо-деревянные системы UNISTEM – как раз такой случай: они позволяют решать архитектурные задачи, которые традиционными методами были бы невыполнимы.
Цифровой двойник для АГР: автоматизация проверки...
Согласование АГР требует от архитекторов и девелоперов обязательного создания ВПН и НПМ, высокополигональных и низкополигональных моделей. Студия SINTEZ.SPACE, глубоко погруженная в работу с цифровыми технологиями, разработала инструмент для их автоматической проверки. Плагин для Blender, который обещает существенно облегчить эту работу. Сейчас SINTEZ предлагают его бесплатно в открытом доступе. Публикуем рассказ об их проекте.
Фиброгипс и стеклофибробетон в интерьерах музеев...
Компания «ОРТОСТ-ФАСАД», специализирующаяся на производстве и монтаже элементов из стеклофибробетона, выполнила отделочные работы в интерьерах трех новых музеев комплекса «Новый Херсонес» в Севастополе. Проект отличает огромный и нестандартный объем интерьерных работ, произведенный в очень сжатые сроки.
​Парящие колонны из кирпича в новом шоуруме Славдом
При проектировании пространства нового шоурума Славдом Бутырский Вал перед командой встала задача использовать две несущие колонны высотой более четырех метров по центру помещения. Было решено показать, как можно добиться визуально идентичных фасадов с использованием разных материалов – кирпича и плитки, а также двух разных подсистем для навесных вентилируемых фасадов.
Сейчас на главной
Y-школа
По проекту «БалтИнвест-Проект» в Гатчине построена школа на 800 учеников. Лучевая планировка позволила разделить младшую и старшую школы, а также спортивный блок, обеспечив помещения большим количество естественного света. На многослойны фасадах оштукатуренные поверхности сочетаются с навесными элементами разных цветов и фактур.
Тропа к центру Земли
Посетительский центр в Национальном парке ледника Снайфедльсйёкюдль в Исландии, спроектированный бюро Arkis, служит также смотровой платформой и пропускает через себя пешеходную тропу.
Краеугольный храм
В московском Музее архитектуры на днях открылась выставка, посвященная всего одному памятнику средневековой русской архитектуры. Зато какому: Георгиевский собор Юрьева-Польского это последний по времени храм, сохранившийся от домонгольского периода. Впрочем, как сказать сохранившийся... Это один из самых загадочных и в то же время привлекательных памятников нашего средневековья. Которому требуется внимание и грамотная реставрация. Разбираемся, почему.
Блеск глубокий и хрустальный
Новый клубный дом про проекту ADM architects спроектирован для района Патриарших, недалеко от Новопушкинского сквера. Он заменит три здания, построенных в начале 1990-х. Авторы нового проекта, Андрей Романов и Екатерина Кузнецова, сделали ставку на разнообразие трех частей объема, современность решений и внимание к деталям: в одном из корпусов планируются плавно изогнутые балконы с керамическим блеском нижней поверхности, в другом стеклянные колонны-скульптуры.
Фасад под стальной вуалью
Гостиница Vela be Siam по проекту местного бюро ASWA в центре Бангкока напоминает о таиландских традициях, оставаясь в русле современной архитектуры.
Спокойствие, только спокойствие
В издательстве «Кучково поле Музеон» вышла книга Александра Змеула «Большая кольцевая линия. Новейшая история московского метро». Ее автор – историк архитектуры и знаток подземки – разобрал грандиозный проект БКЛ в подробностях, но главное – сохранил спокойную и взвешенную позицию. С равным сочувствием он рассказал о работе всех вовлеченных в строительство архитекторов, сосредоточившись на их профессиональном вкладе и вне зависимости от их творческих разногласий.
Вся мудрость океана
В Калининграде открылся новый корпус Музея мирового океана «Планета океан». Примечательно не только здание в виде 42-метрового шара, но и экспозиция, которая включает научные коллекции – их собирали около 10 лет, аквариумы с 3000 гидробионтов, а также специально разработанные инсталляции. Дизайн разработало петербургское бюро музейной сценографии «Метаформа», которое соединило все нити в увлекательное повествование.
Перепады «высотного напряжения»
Третья очередь ÁLIA с успехом доказывает, что внутри одного квартала могут существовать объемы совершенно разной высотности и масштаба: сто метров – и тридцать, и даже таунхаусы. Их объединяет теплая «кофейная» тональность и внимание к пешеходным зонам – как по внешнему контуру, так и внутри.
Хрупкая материя
В интерьере небольшого ресторана M.Rest от студии дизайна интерьеров BE-Interno, расположенного на берегу Балтийского моря в Калининградской области, воплощены самые характерные черты меланхоличной природы этого края, и сам он идеально подходит для неторопливого времяпрепровождения с видом на закат.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Уступы, арки и кирпич
По проекту PRSPKT.Architects в Уфе достроен жилой комплекс «Зорге Премьер», честно демонстрирующий роскошь, присущую заявленному стилю ар-деко: фасады полностью облицованы кирпичом, просторные лобби украшает барельефы и многоярусные люстры, вместо остекленных лоджий – гедонистические балкончики. В стройной башне-доминанте располагается по одной квартире на этаже.
Карельская кухня
Концепция ресторана на берегу Онежского озера, разработанная бюро Skaträ, предлагает совмещать гастрономический опыт с созерцанием живописного ландшафта, а также посещением пивоваренного цеха. Обеденный блок с панорамными окнами и деревянной облицовкой соединяется с бетонным цехом аркой, открывающей вид на гладь воды.
От кирпича к кирпичу
Школа Тунтай на северо-востоке Китая расположена на месте карьера по добыче глины для кирпичного производства: это обстоятельство не только усложнило работу бюро E Plus и SZA Design, но и стало для них источником вдохновения.
У лесного пруда
Еще один санаторный комплекс, который рассмотрел Градостроительный совет Петербурга, находится недалеко от усадьбы «Пенаты». Исходя из ограничений, связанных с площадью застройки на данной территории, бюро «А.Лен» рассредоточило санаторно-курортные функции и гостиничные номера по 18 корпусам. Проект почти не обсуждался экспертами, однако коэффициент плотности все же вызвал сомнения.
Вечный август
Каким должен быть офис, если он находится в месте, однозначно ассоциирующемся не с работой, а с отдыхом? Наверное, очень красивым и удобным – таким, чтобы сотрудникам захотелось приходить туда каждый день. Именно такой офис спроектировало бюро AQ для IT-компании на Кипре.
Санаторий в стилях
Градсовет Петербурга рассмотрел проект реконструкции базы отдыха «Маяк», которая располагается на территории Гладышевского заповедника в окружении корабельных сосен. Для многочисленных объектов будущего оздоровительного комплекса бюро Slavyaninov Architects предложило использовать разные стили и единый материал. Мнение экспертов – в нашем репортаже.
Налетай, не скупись…
В Москве открылся магазин «Локалы». Он необычен не только тем, что его интерьером занималось DA bureau, что само по себе привлекает внимание и гарантирует высокий уровень дизайна, но и потому, что в нем продаются дизайнерские предметы и объекты модных российских брендов.
Ласточкин хвост
Бюро Artel architects спроектировало для московского жилого комплекса «Сидней Сити» квартал, который сочетает застройку башенного и секционного типа. Любопытны фасады: клинкерный кирпич сочетается с полимербетоном и латунью, пилоны в виде хвоста ласточки формируют ритм и глубокие оконные откосы, аттик выделен белым цветом.
Белый дом с темными полосками
Многоквартирный дом Taborama по проекту querkraft architekten на севере Вены включает на разных этажах библиотеку, художественную студию, зал настольного тенниса и другие разнофункциональные пространства для жильцов.
Ступени в горах
Бюро Axis Project представило проект санаторно-курортного комплекса в Кисловодске, который может появиться на месте недостроенного санатория «Каскад». Архитекторы сохранили и развили прием предшественников: террасированные и ступенчатые корпуса следуют рельефу, образуя эффектную композицию и открывая виды на живописный ландшафт из окон и приватных террас.
Сопряжение масс
Загородный дом, построенный в Пензенской области по проекту бюро Design-Center, отличают брутальный характер и разноплановые ракурсы. Со стороны дороги дом представляет одноэтажную линейную композицию, с торца напоминает бастион с мощными стенами, а в саду набирает высоту и раскрывается панорамными окнами.
Работа на любой вкус
Новый офис компании Smart Group стал результатом большой исследовательской и проектной работы бюро АРХИСТРА по анализу современных рабочих экосистем, учитывающих разные сценарии использования и форматы деятельности.
Змея на берегу
Деревянная тропа вдоль берега реки Тежу, спроектированная бюро Topiaris, связывает пешеходным и велосипедным маршрутом входящие в агломерацию Большой Лиссабон муниципалитеты Лориш и Вила-Франка-ди-Шира.
Храм тенниса
Павильон теннисного клуба в Праге по проекту Pavel Hnilička Architects+Planners напоминает маленький античный храм с деревянной конструкцией.
Пикник теоретиков-градостроителей на обочине
Руководитель бюро Empate Марина Егорова собрала теоретиков-градостроителей – преемников Алексея Гутнова и Вячеслава Глазычева – чтобы возродить содержательность и фундаментальность профессиональной дискуссии. На первой встрече успели обсудить многое: вспомнили базу, сверили ценности, рассмотрели передовой пример Казанской агломерации и закончили непостижимостью российского межевания. Предлагаем тезисы всех выступлений.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Перспективный вид
Бюро CNTR спроектировало для нового района Екатеринбурга деловой центр, который способен снизить маятниковую миграцию и сделать среду жилых массивов более разнообразной. Архитектурные решения в равной степени направлены на гибкость пространства, комфортные рабочие условия и запоминающийся образ, который позволит претендовать зданию на звание пространственной доминанты района.